Errorist

Тот, кто постоянно совершает ошибки или оказывается не прав

Майкрофт сверлил череп на каминной полке недовольным взглядом. Пустые глазницы отвечали ему тем же. Со стены гостиной на 221В равнодушно тикали часы — будто острые ножницы отрезали от ленты-времени одну секунду за другой. Чик-чик-чик. Тик-тик-тик.

И да, сам Майкрофт тоже был весьма близок к нервному тику.

Шерлок — как и всегда — опаздывал. Обычно это мало беспокоило его старшего брата, однако сегодня последний оказался в крайне неприятной — и непривычной — ситуации. Очень прозаичной. Ему приходилось ждать. Сидеть на краешке дивана для клиентов, сжимая в одной руке зонт, а в другой — флешку с данными, ради которых правительства некоторых (не будем называть, каких) стран согласились бы станцевать на столе голышом. В полном составе.

Часы тикали. Череп таращился. Миссис Хадсон включила «Pink Floyd».

Британское Правительство в лице мужчины средних лет страдальчески закатило глаза. Эти двое, что считают себя детективами, — они же совсем как мальчишки. Их всё забавляет. В том числе — смываться из-под наблюдения, ещё до рассвета покидать спальни через окна и слоняться по таким местам, о существовании которых приличным людям и знать не следовало бы. А Майкрофту из-за причуд младшего приходится тратить драгоценное время на бессмысленное, тупое, не требующее никаких умственных усилий просиживание пятой точки.

В компании миссис Хадсон, которая начала подпевать «Pink Floyd».

Череп насмешливо улыбался Майкрофту с каминной полки. Часы продолжали забивать в его виски иголки для акупунктуры.

— Нет, вы представляете!

Лучше бы она продолжала не попадать в ноты на первом этаже, право слово…

— Майкрофт Холмс, я к вам обращаюсь!

Что-то звонко тренькнуло прямо перед ним. Майкрофт с неудовольствием приподнял веки — неохотно, как человек, приоткрывающий жалюзи в чрезмерно солнечный полдень. Домовладелица поставила перед ним чашку чая и теперь замерла по другую сторону столика, уперев руки в бока. Когда мамочка делала так же, отец смеялся, говоря, что она снова приняла «позу сахарницы».

— Вы и представить себе не можете, что творится у вас под самым носом!

— Неужели, — ровным тоном отозвался Майкрофт, двумя пальцами приподнимая чашку за изящно выгнутую ручку.

Чай был тёмно-янтарным, крепким, идеальной температуры. Ради этого благословения небес можно было потерпеть измышления этой почтенной дамы относительно чего угодно. Пусть он и не сомневался, что она сейчас вывалит на него устаревшую информацию о каком-нибудь из экспериментов Шерлока или нечто в том же духе. Скука. Предсказуемость. Миссис Хадсон.

Майкрофту оставалось пребывать в счастливом неведении ровно пять секунд.

— Вы даже не представляете! — как заведённая повторила домовладелица и прищурилась, продолжив: — Любовница премьер-министра собирается подбить его на то, чтобы похитить любимую корги королевы!

Чай был отменной температуры. Для рта. Не для всего остального.

— Вот видите, вы не в курсе, а думали, что вас ничем не удивить, да? Я, может, и не молода, но держу ушки на макушке. Не то, что вы. — Миссис Хадсон сняла передник и предложила Майкрофту. — Да возьмите же его, вытритесь и слушайте внимательно. Вы же понимаете, да, что это не просто измена. Это же… В общем, мой муж был так себе супругом, но никогда мне не изменял. А тут мало того, что слаб на передок, так ещё и вкус у него… Вы её видели? Сущая сушёная треска! И как мужчине может такое нра…

— Да остановитесь уже! — простонал Майкрофт, промакивая влажные пятна на рубашке и брюках. — Какая любовница? Я знаю Роджера. Он примерный семьянин и такой трудоголик, что у него на жену времени не остаётся, а вы про…

— Вот именно! — провозгласила миссис Хадсон. — Я же говорю именно об этом! Вам нужно почаще общаться с простыми людьми, Майкрофт, а то вы сидите в своём стеклянном пузыре и знать не знаете, что в мире творится. Вот если бы вы сегодня не пришли к Шерлоку, так бы и общались с вашим Роджером, а он ведь нехороший человек. Между прочим, вся страна в курсе.

— Миссис Хадсон. — Он изо всех сил выравнивал интонацию, чтобы голос не прыгал по синусоиде, то уходя в мистический фальцет, то проваливаясь в басовитые хрипы. Горло драло раздражение. — Я только что из Парламента. Поверьте моему слову, нет у премьер-министра ни любовницы, ни любовника, ни извращённого интереса к королевским корги, что бы вы ни прочитали в таблоиде накануне. Вам нужно уделять меньше внимания жёлтой прессе и больше — своему ухудшающемуся слуху. В данный момент вашей стереосистеме внимает вся улица и несколько прилегающих.

Но разошедшуюся Марту Хадсон нельзя было просто так взять и остановить банальным сочетанием здравого смысла, сарказма и холмсовской наблюдательности. Она жила на 221В уже долгое, долгое время. И собиралась донести до Майкрофта свою позицию в мельчайших деталях.