Фандом: Гарри Поттер. С Тайной Комнатой и Философским Камнем разобрались? Отлично. На очереди — Узник Азкабана! Но почему он должен быть одиноким и печальным, бедняжка? Пусть будут два Узника… три Узника… лучше бы, конечно, пять Узников!
Добавить в моё избранное
134 мин, 14 сек 19019
— Хочешь занять ее место?
— Нет, — вежливо отказался Теодор, — не хочу.
— А что, она предсказала разве что-то дельное?
— Да не знаю. Девчонки говорят, что да. Когда что-то случается, они всегда подгоняют это под ее предсказания, — пожаловался Рон.
— Хороший способ.
— Вот перед каникулами Трелони выгнала Гермиону, и Патил тут же говорит: а вы это предсказывали, вы еще на первом занятии сказали, что перед Новым годом нас кто-то навсегда покинет. И Трелони сразу: да, да, я всегда это знала, молодец, деточка…
— Лучше бы она предсказала, когда поймают Сириуса Блэка, — фыркнул Гарри. — Или где он прячется.
— А ее спрашивали. И она говорит знаете что? «Всеведущее Око не зрит по приказу»!
— Ну понятно. Когда надо, так Око не зрит, — заключил Гарри.
Урок трансфигурации тоже прошел на уровне. Профессор Макгонагалл, явно намекая на горячую тему Сириуса Блэка, начала цикл лекций про анимагию.
Рассказывала она великолепно, независимо от того, как провела нынешнюю ночь; а Гарри знал, что все преподаватели не смыкали глаз до утра.
Правда, с заверением профессора, что стать анимагами очень тяжело и это редкое искусство, мало кто согласился. (Не согласился внутри себя — кто же осмелится спорить с профессором вслух!)
Тем не менее, Софи Роупер сплетничала, что на ее родном Когтевране разработки-самоделки по анимагии очень популярны, и она сама пробовала превращаться в кого-нибудь. Пока на их факультете ни у кого не получилось, но работа продолжается!
Трансфигурация закончилась предсказуемо:
— Домашнее задание: эссе на три фута об отличии анимагов от превращенных насильно, коротенький пергамент о сути полианимагии и первые пять задач по задачнику трансфигурации в теме «Анимагия», страница 203… Нечего ныть! — прикрикнула профессор. — Задачи простейшие, там делать нечего, только формулы подставлять! На этом урок закончен, с Булстрод и Лонгботтома по пять баллов за то, что спали на уроке.
— Как будто они виноваты, что спали, — возмутился Рон. — Лучше бы с Сириуса Блэка эти баллы сняли!
— Сняли бы, да где его найти…
— Надо найти троих, — сказала Гермиона. — Блэка, Поттера и Люпина. Рон прав, они всё делали вместе.
— Ты целую книжку о них прочла, — проворчал Кребб. — И что, много узнала? Помогло искать?
— Я еще не дочитала, но уже узнала много полезного, — с достоинством заявила Гермиона.
— Ну-ну, поделись, — подзадорил Малфой.
— И не забывай ни одной мелочи. В расследованиях детективов мелочи — самое главное, — важно сказал Гойл.
— Они дружили с первого курса. Они всегда держались вместе и жили рядом. Их было четверо, сразу образовалась банда. Банда звалась Мародерами, члены ее имели клички Лунатик, Сохатый, Бродяга и Хвост. Лунатик — Люпин, Сохатый — Поттер, Бродяга — Блэк и Хвост — Петтигрю, — начала Гермиона.
— И Лунатик — потому что Люпин — оборотень, Бродяга — потому что Блэк — пес, а Хвост — потому что Петтигрю — крыса, — зевнул Малфой. — Это мы всё знаем.
— А почему Поттер — Сохатый?
— Видели мы однажды Патронус профессора Поттера, — задумчиво сказал Гарри. — Такой шикарный большой олень, помнишь, Рон?
— Ну да, олень — Сохатый, — кивнула Гермиона. — И знаешь, наверное, он тоже был анимагом. Они же все были.
— Шикарный олень, — вздохнул Рон и посмотрел на слизеринцев. — Жаль, вы не видели.
— Ну, у Хуч примерно такой же, — вставил Гарри.
— Да, кстати.
— Когда вы перестанете меня перебивать, я продолжу, — ледяным тоном сказала Гермиона.
— Извиняемся!
— Так вот, Лунатик был оборотнем, и поэтому… — Гермиона рассказывала прекрасно, но Гарри всё это знал, потому что он тоже читал книгу Скитер.
Поэтому он быстро перестал слушать — и потом, его так клонило в сон… Сквозь дрему мозг выхватывал отдельные слова: «Лунатик», «Бродяга», «Сохатый»… опять «Лунатик»… и опять «Лунатик»…
Слишком много в этом деле Лунатиков, сонно подумал Гарри. Там Лунатик, и у нас Лунатик. Этот профессор Злей, который тоже болеет по полнолуниям… Нет, много кто болеет по полнолуниям, это в магии время очень подозрительное: оборотни, проклятые, просто лунозависимые… Интересно, а профессор Злей — кто? Патронус у него — волк, боггарт — полная луна… Скорее всего, он оборотень…
Гарри зевнул. Оборотней они еще не проходили, поэтому знал он об оборотнях крайне мало. Что оборотни боятся изделий из осины и серебра, что оборотни должны соблюдать усиленную гигиену, чтобы не заразить никого. Например, отдельную посуду и столовые приборы…
Были ли у профессора Злея свои ложки, ножи и тарелки? Гарри не помнил. Приборы раскладывали на столах до того, как он заходил в зал. Но однажды на уроке профессор Злей захотел пить и наколдовал себе кубок с водой.
— Нет, — вежливо отказался Теодор, — не хочу.
— А что, она предсказала разве что-то дельное?
— Да не знаю. Девчонки говорят, что да. Когда что-то случается, они всегда подгоняют это под ее предсказания, — пожаловался Рон.
— Хороший способ.
— Вот перед каникулами Трелони выгнала Гермиону, и Патил тут же говорит: а вы это предсказывали, вы еще на первом занятии сказали, что перед Новым годом нас кто-то навсегда покинет. И Трелони сразу: да, да, я всегда это знала, молодец, деточка…
— Лучше бы она предсказала, когда поймают Сириуса Блэка, — фыркнул Гарри. — Или где он прячется.
— А ее спрашивали. И она говорит знаете что? «Всеведущее Око не зрит по приказу»!
— Ну понятно. Когда надо, так Око не зрит, — заключил Гарри.
Урок трансфигурации тоже прошел на уровне. Профессор Макгонагалл, явно намекая на горячую тему Сириуса Блэка, начала цикл лекций про анимагию.
Рассказывала она великолепно, независимо от того, как провела нынешнюю ночь; а Гарри знал, что все преподаватели не смыкали глаз до утра.
Правда, с заверением профессора, что стать анимагами очень тяжело и это редкое искусство, мало кто согласился. (Не согласился внутри себя — кто же осмелится спорить с профессором вслух!)
Тем не менее, Софи Роупер сплетничала, что на ее родном Когтевране разработки-самоделки по анимагии очень популярны, и она сама пробовала превращаться в кого-нибудь. Пока на их факультете ни у кого не получилось, но работа продолжается!
Трансфигурация закончилась предсказуемо:
— Домашнее задание: эссе на три фута об отличии анимагов от превращенных насильно, коротенький пергамент о сути полианимагии и первые пять задач по задачнику трансфигурации в теме «Анимагия», страница 203… Нечего ныть! — прикрикнула профессор. — Задачи простейшие, там делать нечего, только формулы подставлять! На этом урок закончен, с Булстрод и Лонгботтома по пять баллов за то, что спали на уроке.
— Как будто они виноваты, что спали, — возмутился Рон. — Лучше бы с Сириуса Блэка эти баллы сняли!
— Сняли бы, да где его найти…
— Надо найти троих, — сказала Гермиона. — Блэка, Поттера и Люпина. Рон прав, они всё делали вместе.
— Ты целую книжку о них прочла, — проворчал Кребб. — И что, много узнала? Помогло искать?
— Я еще не дочитала, но уже узнала много полезного, — с достоинством заявила Гермиона.
— Ну-ну, поделись, — подзадорил Малфой.
— И не забывай ни одной мелочи. В расследованиях детективов мелочи — самое главное, — важно сказал Гойл.
— Они дружили с первого курса. Они всегда держались вместе и жили рядом. Их было четверо, сразу образовалась банда. Банда звалась Мародерами, члены ее имели клички Лунатик, Сохатый, Бродяга и Хвост. Лунатик — Люпин, Сохатый — Поттер, Бродяга — Блэк и Хвост — Петтигрю, — начала Гермиона.
— И Лунатик — потому что Люпин — оборотень, Бродяга — потому что Блэк — пес, а Хвост — потому что Петтигрю — крыса, — зевнул Малфой. — Это мы всё знаем.
— А почему Поттер — Сохатый?
— Видели мы однажды Патронус профессора Поттера, — задумчиво сказал Гарри. — Такой шикарный большой олень, помнишь, Рон?
— Ну да, олень — Сохатый, — кивнула Гермиона. — И знаешь, наверное, он тоже был анимагом. Они же все были.
— Шикарный олень, — вздохнул Рон и посмотрел на слизеринцев. — Жаль, вы не видели.
— Ну, у Хуч примерно такой же, — вставил Гарри.
— Да, кстати.
— Когда вы перестанете меня перебивать, я продолжу, — ледяным тоном сказала Гермиона.
— Извиняемся!
— Так вот, Лунатик был оборотнем, и поэтому… — Гермиона рассказывала прекрасно, но Гарри всё это знал, потому что он тоже читал книгу Скитер.
Поэтому он быстро перестал слушать — и потом, его так клонило в сон… Сквозь дрему мозг выхватывал отдельные слова: «Лунатик», «Бродяга», «Сохатый»… опять «Лунатик»… и опять «Лунатик»…
Слишком много в этом деле Лунатиков, сонно подумал Гарри. Там Лунатик, и у нас Лунатик. Этот профессор Злей, который тоже болеет по полнолуниям… Нет, много кто болеет по полнолуниям, это в магии время очень подозрительное: оборотни, проклятые, просто лунозависимые… Интересно, а профессор Злей — кто? Патронус у него — волк, боггарт — полная луна… Скорее всего, он оборотень…
Гарри зевнул. Оборотней они еще не проходили, поэтому знал он об оборотнях крайне мало. Что оборотни боятся изделий из осины и серебра, что оборотни должны соблюдать усиленную гигиену, чтобы не заразить никого. Например, отдельную посуду и столовые приборы…
Были ли у профессора Злея свои ложки, ножи и тарелки? Гарри не помнил. Приборы раскладывали на столах до того, как он заходил в зал. Но однажды на уроке профессор Злей захотел пить и наколдовал себе кубок с водой.
Страница 21 из 40
