— Да, много я слышал страшных историй, много страшных рассказов прочел… — господин С. вдруг задумался и посерьезнел. Но самый ужасный рассказ…
Добавить в моё избранное
5 мин, 30 сек 3441
— Да, да, понимаю! — господин Т. как-то странно взглянул на него. — «Голова быка», не так ли?
Господин С. слегка побледнел и опустил глаза:
— Вы угадали… Жуткий рассказ…
— Только прошу вас, не вспоминайте подробностей! — голос господина Т. дрогнул, выдавая крайнее волнение.
— И дело ведь не только в том, что рассказ страшный, — продолжал господин С., словно не слыша собеседника, — это еще куда ни шло. Но какой осадок остается… Отвратительный… Даже передать трудно…
— Да, да, да… — господин Т. взмахнул рукой и беспокойно заерзал на стуле, украдкой поглядывая на меня. — Вы тысячу раз правы, но не надо об этом!
Чудно… Отчего он так разнервничался? Почему так упорно старается изменить тему разговора? Я невольно подался вперед.
— О каком рассказе вы говорите?
— Как о каком? Неужели вы не читали? — господин Т. исподлобья взглянул на меня и сейчас же отвел взгляд. — Это знаменитый рассказ.
— К стыду моему, должен признаться — не только не читал, но никогда и не слышал о нем…
Порозовев от предвкушения жуткой и удивительной истории, я приготовился слушать. Обожаю всякие ужасы с привидениями и разбойниками!
Они переглянулись.
— Значит, не знаете… — сказал господин Т. — А если не знаете, лучше и не стремитесь узнать, друг мой…
Творилось что-то странное. Господин С. побледнел еще больше. Его, кажется, начало познабливать. Шея под широким отложным воротником покрылась гусиной кожей. На лбу господина Т. появилась легкая испарина.
— Да что это вы в самом деле? — запротестовал я. — Мне ведь не пять лет! Ну, расскажите, пожалуйста! Просветите меня. Просто стыдно не знать такого замечательного рассказа.
— Но… — господин Т. судорожно проглотил слюну. — Говорят, с тем, кто услышит эту историю, обязательно случится что-нибудь недоброе.
— Но вы же ее знаете и до сих пор живы и здоровы!
Они снова многозначительно переглянулись.
— Ну, будет вам! Не набивайте себе цену! — взмолился я. — Пусть со мной случится несчастье, все равно расскажите. Так что же это за история?
— Ладно, так и быть, слушайте, — господин С. глубоко вздохнул, провел рукой по лицу, словно отгоняя жуткий призрак, и поднял на меня глаза. Эта история… этот ужасный, не поддающийся никаким объяснениям случай…
Я весь обратился в слух и жадно следил за каждым движением губ господина С. Но он вдруг умолк. Лицо его исказил страх.
— Н-нет… не могу… не могу рассказывать.
— Т.-сан, в таком случае вы расскажите.
— Да знаете, как-то язык не поворачивается, — глухо пробормотал господин Т., опуская голову. — Очень уж страшно… Да и противно… Такая гнусная история…
— Давайте как-нибудь в другой раз, — решительно сказал господин С. — А еще лучше попросите кого-нибудь другого рассказать. Лично у меня просто не хватает смелости.
С этого вечера «Голова быка» лишила меня покоя. Я стал расспрашивать всех знакомые писателей, всех моих друзей, увлекавшихся литературой ужасов. Оказывается, все они знали этот рассказ и откровенно удивлялись моему невежеству.
Я недоумевал. Если рассказ действительно такой уж замечательный, как же он прошел мимо меня? Ведь одно время я даже коллекционировал подобные произведения. Мои родственники даже шутили, что у нас в доме страшно прикасаться к книжным полкам — того и гляди выскочит какой-нибудь мертвец, призрак, дьявол или разбойник с окровавленными руками.
Так вот, все отлично знали этот рассказ, но как только я просил пересказать его, начиналось нечто странное. Собеседник мялся, бледнел, краснел, поджимал губы и неизменно отвечал: как-нибудь в другой раз.
— Рассказ великолепный. Пожалуй, даже гениальный, — сказал один приятель. — Написан удивительно ярко и точно. Такое ощущение, будто ты сам в гуще событий.
Но он отказался передать его содержание, только, содрогнувшись, посмотрел на меня леденящим душу взглядом.
— Кошмарный рассказ! — сказал другой, сдерживая охватившую его дрожь. Такое не приснится в самом дурном сне. Не знаю, конечно, может быть, есть книги и пострашнее, по я, во всяком случае, ничего страшнее не читал и не слышал.
Проклятая «Голова быка» стала моим наваждением. Меня сжигало жгучее, болезненное любопытство, граничащее с навязчивой идеей. Встретив знакомого, я вцеплялся в него бульдожьей хваткой и вместо обычных вопросов о здоровье и служебных делах говорил:
— «Голова быка»… Вы знаете этот рассказ?
В конце концов меня стали избегать как опасного маньяка. Мои пылающие щеки и горящие глаза отпугивали людей. Завидев меня, знакомые шарахались в сторону с возгласом: «Голова быка» идет!
Однажды при очередной встрече я вдруг сам ужасно испугался. Помчался домой, бросился к зеркалу. Недаром же говорят, что рассказ «дурной»… Может быть, он обладает магической силой воздействия, и…
Господин С. слегка побледнел и опустил глаза:
— Вы угадали… Жуткий рассказ…
— Только прошу вас, не вспоминайте подробностей! — голос господина Т. дрогнул, выдавая крайнее волнение.
— И дело ведь не только в том, что рассказ страшный, — продолжал господин С., словно не слыша собеседника, — это еще куда ни шло. Но какой осадок остается… Отвратительный… Даже передать трудно…
— Да, да, да… — господин Т. взмахнул рукой и беспокойно заерзал на стуле, украдкой поглядывая на меня. — Вы тысячу раз правы, но не надо об этом!
Чудно… Отчего он так разнервничался? Почему так упорно старается изменить тему разговора? Я невольно подался вперед.
— О каком рассказе вы говорите?
— Как о каком? Неужели вы не читали? — господин Т. исподлобья взглянул на меня и сейчас же отвел взгляд. — Это знаменитый рассказ.
— К стыду моему, должен признаться — не только не читал, но никогда и не слышал о нем…
Порозовев от предвкушения жуткой и удивительной истории, я приготовился слушать. Обожаю всякие ужасы с привидениями и разбойниками!
Они переглянулись.
— Значит, не знаете… — сказал господин Т. — А если не знаете, лучше и не стремитесь узнать, друг мой…
Творилось что-то странное. Господин С. побледнел еще больше. Его, кажется, начало познабливать. Шея под широким отложным воротником покрылась гусиной кожей. На лбу господина Т. появилась легкая испарина.
— Да что это вы в самом деле? — запротестовал я. — Мне ведь не пять лет! Ну, расскажите, пожалуйста! Просветите меня. Просто стыдно не знать такого замечательного рассказа.
— Но… — господин Т. судорожно проглотил слюну. — Говорят, с тем, кто услышит эту историю, обязательно случится что-нибудь недоброе.
— Но вы же ее знаете и до сих пор живы и здоровы!
Они снова многозначительно переглянулись.
— Ну, будет вам! Не набивайте себе цену! — взмолился я. — Пусть со мной случится несчастье, все равно расскажите. Так что же это за история?
— Ладно, так и быть, слушайте, — господин С. глубоко вздохнул, провел рукой по лицу, словно отгоняя жуткий призрак, и поднял на меня глаза. Эта история… этот ужасный, не поддающийся никаким объяснениям случай…
Я весь обратился в слух и жадно следил за каждым движением губ господина С. Но он вдруг умолк. Лицо его исказил страх.
— Н-нет… не могу… не могу рассказывать.
— Т.-сан, в таком случае вы расскажите.
— Да знаете, как-то язык не поворачивается, — глухо пробормотал господин Т., опуская голову. — Очень уж страшно… Да и противно… Такая гнусная история…
— Давайте как-нибудь в другой раз, — решительно сказал господин С. — А еще лучше попросите кого-нибудь другого рассказать. Лично у меня просто не хватает смелости.
С этого вечера «Голова быка» лишила меня покоя. Я стал расспрашивать всех знакомые писателей, всех моих друзей, увлекавшихся литературой ужасов. Оказывается, все они знали этот рассказ и откровенно удивлялись моему невежеству.
Я недоумевал. Если рассказ действительно такой уж замечательный, как же он прошел мимо меня? Ведь одно время я даже коллекционировал подобные произведения. Мои родственники даже шутили, что у нас в доме страшно прикасаться к книжным полкам — того и гляди выскочит какой-нибудь мертвец, призрак, дьявол или разбойник с окровавленными руками.
Так вот, все отлично знали этот рассказ, но как только я просил пересказать его, начиналось нечто странное. Собеседник мялся, бледнел, краснел, поджимал губы и неизменно отвечал: как-нибудь в другой раз.
— Рассказ великолепный. Пожалуй, даже гениальный, — сказал один приятель. — Написан удивительно ярко и точно. Такое ощущение, будто ты сам в гуще событий.
Но он отказался передать его содержание, только, содрогнувшись, посмотрел на меня леденящим душу взглядом.
— Кошмарный рассказ! — сказал другой, сдерживая охватившую его дрожь. Такое не приснится в самом дурном сне. Не знаю, конечно, может быть, есть книги и пострашнее, по я, во всяком случае, ничего страшнее не читал и не слышал.
Проклятая «Голова быка» стала моим наваждением. Меня сжигало жгучее, болезненное любопытство, граничащее с навязчивой идеей. Встретив знакомого, я вцеплялся в него бульдожьей хваткой и вместо обычных вопросов о здоровье и служебных делах говорил:
— «Голова быка»… Вы знаете этот рассказ?
В конце концов меня стали избегать как опасного маньяка. Мои пылающие щеки и горящие глаза отпугивали людей. Завидев меня, знакомые шарахались в сторону с возгласом: «Голова быка» идет!
Однажды при очередной встрече я вдруг сам ужасно испугался. Помчался домой, бросился к зеркалу. Недаром же говорят, что рассказ «дурной»… Может быть, он обладает магической силой воздействия, и…
Страница 1 из 2
