Когда кого-то убивают в большом городе на это мало обращают внимания. Мы смотрим новости, читаем свежие газеты, но в нашем сознании нет места для чужих людей, после увиденного или прочтенного об очередном преступлении, мы ужаснемся, но вскоре обыденность жизни вытесняет эту информацию из нашей головы. Возможно, нам просто хочется чувствовать себя в безопасности, сохранить свой хрупкий мирок. Но когда речь заходит о «серийном убийце» никто уже не может остаться равнодушным, страх липкими щупальцами пробирается в наши сердца. Спокойной жизни приходит конец, когда ты знаешь, что по городу ходит безумец.
Добавить в моё избранное
7 мин, 9 сек 15448
Всё это началось пару месяцев назад. В мусорном контейнере нашли мёртвую девушку, точнее то, что от неё осталось. Тело было ужасно изуродовано, одного из полицейских просто вывернуло при одном взгляде на это. Голова висела на кусках кожи, видимо её пытались отрубить или отрезать, но не довели дело до конца. Волосы на ней выжгли, и кожа на черепе была обуглено чёрной. Пустые глазницы так же были выжжены, глазные яблоки нашли позже, они оказались зажатыми в кулаках жертвы. Ногти на руках и ногах девушки были вырваны с мясом. Соски на груди неаккуратно срезаны, из тела были грубо удалены сердце и все женские органы. У следователя, помощником которого я являлся на тот момент, сразу появилась версия сексуального насилия, но после экспертизы она не подтвердилась. Зато выяснилось, что девушку долго истязали, продержав в полуживом состоянии несколько дней.
Мой наставник, как всегда, нагрузил меня рутиной работой, поручив отслеживать всех пропавших девушек, которых подали в розыск. Я проводил время сравнивая параметры убитой с базой данных пропавших в компьютере.
Со дня произошедшего прошло уже несколько недель, но следствие так и не выявило личность жертвы и какие мотивы преследовал садист.
— Ну как, Джон, ты нашёл совпадение? — спрашивает в очередной раз мой наставник Майк Гордон.
— Пока нет… — раздраженно бормочу я, завистливо поглядывая на кружку со свежим кофе, который он держит в руке. — Есть какие-то новости?
Лицо Майка мрачнеет, на переносице появляется глубокая морщина, немного помедлив он нехотя отвечает:
— Похоже у нас будет «серия». Найден ещё один труп девушки, на этот раз в Центральном парке, останки тела были развешены на ветвях дерева, оно было расчленено, но в общем тот же набор.
— Что-то их должно объединять… — задумчиво проговорил я, загружая очередное досье.
Но Майк уже не слушал меня, он полностью погрузился в кипу бумаг на своём столе, очки смешно сползали с его острого носа.
Возвращаясь глубоким вечером с работы домой, я не мог перестать думать об этом деле. Всё во мне содрогалось от воспоминаний изувеченного тела той несчастной девушки. В руках я нёс папку с документами, собираясь провести заслуженные выходные за компьютером. Я понимал, что не смогу спокойно спать, не раскрыв личность жертвы.
Всю дорогу меня не покидало ощущение «слежки», я чувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд и мурашки бегали по моему телу.
— Похоже на то, что я становлюсь шизофреником с этой работой. — задумчиво пробормотав это, я открыл парадную дверь своего дома и подошёл к лифту. Жил я аж на одиннадцатом этаже огромного здания, в небольшой однокомнатной квартирке, которая досталась мне от покойного отца. Своё жилище я прозвал «скворечником», всю жизнь мечтая жить где-то за городом, я был вынужден слушать скандалы своих не совсем порой адекватных соседей, что изрядно напрягало после изнуряющего рабочего дня.
С этими мыслями я заскочил в утробу тесного, вонючего лифта и ели успел отреагировать, чтобы придержать двери для худенькой девушки.
— Спасибо. — поблагодарила она меня, уставши улыбнувшись. Вид у неё был слегка изнурённый, под прекрасными светло-зелёными глазами залегли тёмные тени, острые скулы слишком выделялись на миловидном лице молодой особы. На вид ей было не больше двадцати двух лет, но я конечно мог ошибаться со своими выводами. Что меня удивило так это отсутствие на её лице какой-либо косметики, редко можно встретить в наше время молодую девушку, которая не прибегает к тоннам тонального крема, пудры и других средств маскировки. Даже на её ногтях не было и следа лака, а тем более длинных гелевых ногтей, которые обычно вызывали у меня ассоциацию с когтями какой-нибудь хищной птицы.
Девушка задумчиво смотрела в пол, прижимая к груди какую-то папку. Одета она была скромно и неприметно, в тёмные джинсы и чёрную свободную футболку. Единственным ярким пятном во всём её образе являлись огненно-рыжие, длиной ниже лопаток, волосы. Они были необычно насыщенного цвета и мне даже на секунду представилось, что я провожу по её волосам пальцами и чувствую их мягкость. Слегка смутившись, я перевёл взгляд на рекламные объявления, которые «украшали» стену лифта.
В воздухе повисло неловкое молчание, и я неожиданно для себя выпалил:
— Вы недавно переехали или к кому-то в гости? Раньше я вас тут не видел… — собственный голос показался мне неестественным, я почувствовал себя глупым подростком, хоть давно и вышел из того возраста, когда при разговоре с девушкой чувствуешь неловкость.
— Я несколько дней назад сняла тут квартиру. — улыбнулась она. — Цена оказалась очень соблазнительной для меня. — Мимолетным движением она убрала прядь волос за ухо, и я увидел короткий карандаш, который она спрятала за ним. Эта деталь показалась мне интересной.
— Вы художница? — поинтересовался я, кивая на карандашик.
— Мне пора выходить…
Мой наставник, как всегда, нагрузил меня рутиной работой, поручив отслеживать всех пропавших девушек, которых подали в розыск. Я проводил время сравнивая параметры убитой с базой данных пропавших в компьютере.
Со дня произошедшего прошло уже несколько недель, но следствие так и не выявило личность жертвы и какие мотивы преследовал садист.
— Ну как, Джон, ты нашёл совпадение? — спрашивает в очередной раз мой наставник Майк Гордон.
— Пока нет… — раздраженно бормочу я, завистливо поглядывая на кружку со свежим кофе, который он держит в руке. — Есть какие-то новости?
Лицо Майка мрачнеет, на переносице появляется глубокая морщина, немного помедлив он нехотя отвечает:
— Похоже у нас будет «серия». Найден ещё один труп девушки, на этот раз в Центральном парке, останки тела были развешены на ветвях дерева, оно было расчленено, но в общем тот же набор.
— Что-то их должно объединять… — задумчиво проговорил я, загружая очередное досье.
Но Майк уже не слушал меня, он полностью погрузился в кипу бумаг на своём столе, очки смешно сползали с его острого носа.
Возвращаясь глубоким вечером с работы домой, я не мог перестать думать об этом деле. Всё во мне содрогалось от воспоминаний изувеченного тела той несчастной девушки. В руках я нёс папку с документами, собираясь провести заслуженные выходные за компьютером. Я понимал, что не смогу спокойно спать, не раскрыв личность жертвы.
Всю дорогу меня не покидало ощущение «слежки», я чувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд и мурашки бегали по моему телу.
— Похоже на то, что я становлюсь шизофреником с этой работой. — задумчиво пробормотав это, я открыл парадную дверь своего дома и подошёл к лифту. Жил я аж на одиннадцатом этаже огромного здания, в небольшой однокомнатной квартирке, которая досталась мне от покойного отца. Своё жилище я прозвал «скворечником», всю жизнь мечтая жить где-то за городом, я был вынужден слушать скандалы своих не совсем порой адекватных соседей, что изрядно напрягало после изнуряющего рабочего дня.
С этими мыслями я заскочил в утробу тесного, вонючего лифта и ели успел отреагировать, чтобы придержать двери для худенькой девушки.
— Спасибо. — поблагодарила она меня, уставши улыбнувшись. Вид у неё был слегка изнурённый, под прекрасными светло-зелёными глазами залегли тёмные тени, острые скулы слишком выделялись на миловидном лице молодой особы. На вид ей было не больше двадцати двух лет, но я конечно мог ошибаться со своими выводами. Что меня удивило так это отсутствие на её лице какой-либо косметики, редко можно встретить в наше время молодую девушку, которая не прибегает к тоннам тонального крема, пудры и других средств маскировки. Даже на её ногтях не было и следа лака, а тем более длинных гелевых ногтей, которые обычно вызывали у меня ассоциацию с когтями какой-нибудь хищной птицы.
Девушка задумчиво смотрела в пол, прижимая к груди какую-то папку. Одета она была скромно и неприметно, в тёмные джинсы и чёрную свободную футболку. Единственным ярким пятном во всём её образе являлись огненно-рыжие, длиной ниже лопаток, волосы. Они были необычно насыщенного цвета и мне даже на секунду представилось, что я провожу по её волосам пальцами и чувствую их мягкость. Слегка смутившись, я перевёл взгляд на рекламные объявления, которые «украшали» стену лифта.
В воздухе повисло неловкое молчание, и я неожиданно для себя выпалил:
— Вы недавно переехали или к кому-то в гости? Раньше я вас тут не видел… — собственный голос показался мне неестественным, я почувствовал себя глупым подростком, хоть давно и вышел из того возраста, когда при разговоре с девушкой чувствуешь неловкость.
— Я несколько дней назад сняла тут квартиру. — улыбнулась она. — Цена оказалась очень соблазнительной для меня. — Мимолетным движением она убрала прядь волос за ухо, и я увидел короткий карандаш, который она спрятала за ним. Эта деталь показалась мне интересной.
— Вы художница? — поинтересовался я, кивая на карандашик.
— Мне пора выходить…
Страница 1 из 2
