Со слов очевидца в местной газете: «Я помню его крепкое тело. Помню, как он расчленял трупы. Странно, что он не трогал женщин и детей, а лишь убивал именно мужчин. Его голова… Когда я смотрел на него издалека, видел эту страшную голову свиньи, он безжалостно делал, что хотел… Размахивая своим огромным топором»…
Добавить в моё избранное
10 мин, 47 сек 15845
Нидерланды, деревня Гитхорн. 1910 год.
Якоб и Оскар были лучшими друзьями. На тот момент им было по 20 лет. Работали они на старой мельнице, недалеко от магазина своего знакомого продавца, куда в свободное время ходили за свежими булочками и мягким сыром. Солнце пекло в тот день во всей Нидерландской Венеции, от чего половина рабочего персонала лежала на мельнице, халтуря от работы и скрываясь в теньке.
— Фуф, ну и устал я. — Сказал Якоб, поливая себя холодной водой из ведра.
— Я сам сейчас помру от жары. — Поддержав слова друга, Оскар вытер платком соленый пот со лба.
— Да уж, солнце сегодня во всю печёт. — Проговорил Якоб, выжимая сырую рубашку.
— Кинь фляжку. — Попросив фляжку с водой, Оскар сел возле полуоткрытой двери главного входа. Якоб достал из ледяной бочки фляжку и швырнул ему прямо в руку.
— Пойдешь в магазин? Я уже проголодался. — Спросил Якоб, открывая дверь мельницы.
— Пойду, у меня уже сейчас кишечник свернется. — Ответил он, закрывая флягу с водой.
Оскар и Якоб отправились через небольшое поле и подошли к столбу, где была привязана повозка с лошадью. Запрыгнув в карету, Якоб взял хлыст и ударил по лошадиной гриве, чтобы та сдвинулась с места. Лошадь тут же пошла вперед, приподнимая свои копыта. Пока Якоб управлял повозкой, Оскар лежал на сене, задрав ногу на ногу.
— Ты сегодня кормил её? — Спросил Оскар, посмотрев в спину другу.
— Кормил, с самого утра уже наелась красавица. — Ответил Якоб, продолжая смотреть вперед, и тогда повозка выехала с поля на прямую тропу в деревню.
— Ничего себе, посмотри, это ещё что за чертовщина?! — Сказал Оскар, указав пальцем на полосу с кровью, ведущую в деревню.
— Видел уже с утра, когда на работу ехал. Мужики на мельнице сказали, что, возможно, дикая собака завелась и убила пару кур. — Проговорился Якоб, посмотрев на полосу.
Спустя 10 минут два друга заехали в деревню и остановились возле первого магазина. На вывеске был нарисован голландский сыр, а сверху красовалась надпись «Лавка Ван Люффиксона». У окон магазинчика были прицеплены друг к другу свежие колбасы, фрукты и овощи. А внутри запах выпечки сразу бросался в нос. Как только Якоб и Оскар остановили свою повозку возле лавки, они распахнули дверь и зашли к старому знакомому, который уже долгие годы работает здесь продавцом. Этот, старый на вид мужчина, был тем, кого не назовешь хриплым или развалистым скелетом. Всю жизнь проработавший на ферме кузнецом, он сохранил свои крепкие руки. И иногда казалось, он сам смастерил их себе из стали. Но отличался этот старик от всех тем, что у него не было левого глаза, так как в юности, во время ковки топора, ему попала искра прямо в зрачок.
На данный момент в лавке никого не оказалось, кроме него и двух товарищей.
— Ооо, привет-привет, заходите, дорогие мои. — Поприветствовав друзей, пожилой продавец отодвинул шторку, сделанную из бусинок, и отложил книжку в сторону.
— Здравствуй, дядюшка Ван Люффиксон. Нам как обычно… — Сказал Якоб, навалившись к подоконнику.
— Дядюшка Ван Люффиксон, а это что такое? — Спросил Оскар, указав глазами на портреты трех мужчин, висевших над полками с арбузами.
— Где? А, это. Да вот, сегодня сыщики с утра принесли и повесили, говорят, что во всех магазинах теперь будут и на всех столбах святиться. — Ответил старый продавец, наливая кофе в чашки ребятам.
Возле полки были изображены лица трех человек, по словам старого продавца, эти люди пропали неделю назад. Сверху, над их головами, была надпись: «Пропали без вести». Якоб отошел от подоконника, чтобы разглядеть портреты поближе, после чего взял кофе со стойки и сделал глоток, приподняв свои брови.
— Чёрт, язык обжег. — Ругнулся Якоб, зажмурив глаза из-за того, что обжёгся горячим кофе.
Оскар, не отрывая взгляда с портретов, положил кусочек мягкого сыра на булочку, посыпанную кунжутом, и откусил немного, затем принялся говорить с набитым ртом:
— Мне кажется, что в деревне завелся серийный убийца. — Пережевывая еду, говорил он, разглядывая лица пропавших.
— Да, на этом свете хватает психов. — Поддержав слова Оскара, дядюшка Ван Люффиксон взял кухонный нож и стал разрезать спелое яблоко на мелкие кусочки.
— Думаете, убийца живет в нашей деревне? — Спросил Якоб, дуя на кофе.
— Даже если он живет среди нас, пусть только попробует подойти и я докажу ему, что он выбрал не того, с кем можно тягаться! — Героически сказал Оскар, проглотив свой бутерброд.
Ребята и продавец начали хохотать над убийцей, думая о том, что он всего лишь сумасшедший придурок, которого давно пора проучить и отправить на электрический стул. Пообедав в лавке, двое друзей достали из кармана несколько монеток и положили их на кассу. Расплатившись со своим знакомым, они попрощались и пошли к выходу.
— Оскар, Якоб.
Якоб и Оскар были лучшими друзьями. На тот момент им было по 20 лет. Работали они на старой мельнице, недалеко от магазина своего знакомого продавца, куда в свободное время ходили за свежими булочками и мягким сыром. Солнце пекло в тот день во всей Нидерландской Венеции, от чего половина рабочего персонала лежала на мельнице, халтуря от работы и скрываясь в теньке.
— Фуф, ну и устал я. — Сказал Якоб, поливая себя холодной водой из ведра.
— Я сам сейчас помру от жары. — Поддержав слова друга, Оскар вытер платком соленый пот со лба.
— Да уж, солнце сегодня во всю печёт. — Проговорил Якоб, выжимая сырую рубашку.
— Кинь фляжку. — Попросив фляжку с водой, Оскар сел возле полуоткрытой двери главного входа. Якоб достал из ледяной бочки фляжку и швырнул ему прямо в руку.
— Пойдешь в магазин? Я уже проголодался. — Спросил Якоб, открывая дверь мельницы.
— Пойду, у меня уже сейчас кишечник свернется. — Ответил он, закрывая флягу с водой.
Оскар и Якоб отправились через небольшое поле и подошли к столбу, где была привязана повозка с лошадью. Запрыгнув в карету, Якоб взял хлыст и ударил по лошадиной гриве, чтобы та сдвинулась с места. Лошадь тут же пошла вперед, приподнимая свои копыта. Пока Якоб управлял повозкой, Оскар лежал на сене, задрав ногу на ногу.
— Ты сегодня кормил её? — Спросил Оскар, посмотрев в спину другу.
— Кормил, с самого утра уже наелась красавица. — Ответил Якоб, продолжая смотреть вперед, и тогда повозка выехала с поля на прямую тропу в деревню.
— Ничего себе, посмотри, это ещё что за чертовщина?! — Сказал Оскар, указав пальцем на полосу с кровью, ведущую в деревню.
— Видел уже с утра, когда на работу ехал. Мужики на мельнице сказали, что, возможно, дикая собака завелась и убила пару кур. — Проговорился Якоб, посмотрев на полосу.
Спустя 10 минут два друга заехали в деревню и остановились возле первого магазина. На вывеске был нарисован голландский сыр, а сверху красовалась надпись «Лавка Ван Люффиксона». У окон магазинчика были прицеплены друг к другу свежие колбасы, фрукты и овощи. А внутри запах выпечки сразу бросался в нос. Как только Якоб и Оскар остановили свою повозку возле лавки, они распахнули дверь и зашли к старому знакомому, который уже долгие годы работает здесь продавцом. Этот, старый на вид мужчина, был тем, кого не назовешь хриплым или развалистым скелетом. Всю жизнь проработавший на ферме кузнецом, он сохранил свои крепкие руки. И иногда казалось, он сам смастерил их себе из стали. Но отличался этот старик от всех тем, что у него не было левого глаза, так как в юности, во время ковки топора, ему попала искра прямо в зрачок.
На данный момент в лавке никого не оказалось, кроме него и двух товарищей.
— Ооо, привет-привет, заходите, дорогие мои. — Поприветствовав друзей, пожилой продавец отодвинул шторку, сделанную из бусинок, и отложил книжку в сторону.
— Здравствуй, дядюшка Ван Люффиксон. Нам как обычно… — Сказал Якоб, навалившись к подоконнику.
— Дядюшка Ван Люффиксон, а это что такое? — Спросил Оскар, указав глазами на портреты трех мужчин, висевших над полками с арбузами.
— Где? А, это. Да вот, сегодня сыщики с утра принесли и повесили, говорят, что во всех магазинах теперь будут и на всех столбах святиться. — Ответил старый продавец, наливая кофе в чашки ребятам.
Возле полки были изображены лица трех человек, по словам старого продавца, эти люди пропали неделю назад. Сверху, над их головами, была надпись: «Пропали без вести». Якоб отошел от подоконника, чтобы разглядеть портреты поближе, после чего взял кофе со стойки и сделал глоток, приподняв свои брови.
— Чёрт, язык обжег. — Ругнулся Якоб, зажмурив глаза из-за того, что обжёгся горячим кофе.
Оскар, не отрывая взгляда с портретов, положил кусочек мягкого сыра на булочку, посыпанную кунжутом, и откусил немного, затем принялся говорить с набитым ртом:
— Мне кажется, что в деревне завелся серийный убийца. — Пережевывая еду, говорил он, разглядывая лица пропавших.
— Да, на этом свете хватает психов. — Поддержав слова Оскара, дядюшка Ван Люффиксон взял кухонный нож и стал разрезать спелое яблоко на мелкие кусочки.
— Думаете, убийца живет в нашей деревне? — Спросил Якоб, дуя на кофе.
— Даже если он живет среди нас, пусть только попробует подойти и я докажу ему, что он выбрал не того, с кем можно тягаться! — Героически сказал Оскар, проглотив свой бутерброд.
Ребята и продавец начали хохотать над убийцей, думая о том, что он всего лишь сумасшедший придурок, которого давно пора проучить и отправить на электрический стул. Пообедав в лавке, двое друзей достали из кармана несколько монеток и положили их на кассу. Расплатившись со своим знакомым, они попрощались и пошли к выходу.
— Оскар, Якоб.
Страница 1 из 3
