Двое молодых людей из Чикаго изобрели новый вид преступления — убийство для возбуждения. Ричард Лёб и Натан Леопольд, начитавшись Ницше, выбрали своей жертвой 14-летнего мальчика. Возомнив себя сверхлюдьми, они пошли на кровавое преступление без тени сомнения в своей безнаказанности.
Добавить в моё избранное
10 мин, 31 сек 8862
Термин «убийство для возбуждения» относительно новый в лексиконе, характеризующем уголовные преступления. С незапамятных времен люди убивали из ненависти, из-за денег, из мести, а также из темных сексуальных побуждений, не подконтрольных их разуму. Но в 1924 году в Америке выражение thrill killing было использовано, чтобы описать преступление дьявольского дуэта, который лишил жизни 14-летнего мальчика просто так, для получения удовольствия…
17-летний Ричард Лёб (на фото слева) и 18-летний Натан Леопольд (на фото справа) вообразили себя настолько выше простых смертных, что решили распорядиться чужой жизнью. Они уверили себя, что детективы будут поставлены в тупик — нет мотивов преступления, нет улик, нет подозреваемых — и что они будут упиваться безнаказанностью за содеянное.
У обоих были богатые родители, которые души в них не чаяли и потворствовали каждому их желанию. Отцу Лёба принадлежала сеть универсальных магазинов. Натан Леопольд-старший был судовладельцем, одним из самых богатых людей в Чикаго и тоже щедро тратил деньги на сына.
Сильный, красивый, атлетически сложенный Лёб был распутным, но умным и весьма способным молодым человеком. В 17 лет стал самым молодым выпускником Мичиганского университета. Он никогда не испытывал нужды в средствах. По первому слову Лёба-младшего семейный шофер отвозил его в офис отца, где Ричард беспрекословно получал любые деньги. Однако этого избалованному родительским вниманием юнцу было мало, и он стал задумываться о чем-то таком, что еще больше возбудило бы его страсть к острым ощущениям.
Натан Леопольд был таким же умным, но не таким ярким, как его приятель. Низкорослый, с округлыми плечами, в четырнадцать лет он проявлял склонность к гомосексуализму. И тем не менее Леопольд тоже был своего рода маленьким гением: говорил на десяти языках и к своим восемнадцати успел окончить Чикагский университет со степенью бакалавра философии. Психиатры говорили потом, что Леопольд находился под влиянием Лёба. Он восхищался своим младшим приятелем и стремился быть таким же сильным, как и он. Также Леопольд, как и Ричард, увлеченно читал работы немецкого философа Ницше и старался подражать его сверхчеловеку. Однако, поняв, что недотягивает до этого идеала, вообразил себя сверхженщиной — рабой красивого, сильного и всемогущего короля. И когда Лёб поделился с приятелем мыслью о «возбуждающем» убийстве, он почти не сомневался в том, что покорный Леопольд станет его сообщником.
В письме, которое Ричард написал ему до убийства, были строки: «Сверхчеловек не отвечает за то, что он делает, но он не имеет права на ошибку. Мы — сверхлюди! Ничто не может стоять на нашем пути».
Заговор, обдуманный еще в январе 1924 года, преступникам удалось осуществить только в мае. Четыре месяца шла детальная проработка злодейского плана. В последний момент Леопольд предложил потребовать выкуп за возвращение мальчика, который к тому времени будет уже мертв. В письмах друг другу сообщники обсуждали план убийства подетально, возбужденно споря о том, что и как предстоит сделать. Наконец обоюдное согласие было достигнуто и выбрана жертва: 14-летний Бобби Френке.
Лёб знал Бобби по совместным тренировкам на теннисном корте. Мальчик считал его своим другом и не задумываясь согласился покататься с ним в автомобиле. Бобби был из хорошей семьи и посещал частную школу по соседству с домом, где жили его будущие убийцы.
Идеальное преступление было назначено на 24 мая. Накануне Леопольд поселился в чикагской гостинице «Моррисон». Под вымышленным именем он записался в журнале регистрации как торговец из Иллинойса. Затем арендовал автомобиль в одной из фирм в центре города. И когда президент компании Джозеф Якобе потребовал поручительства, Леопольд с готовностью дал ему имя и номер телефона некоего Луи Мейсона — в действительности Лёба. Джозеф Якобе позвонил и получил информацию о мнимой финансовой стабильности нанимателя. Оставив залог в 50 долларов, Леопольд два часа покружил по городу, после чего вернул машину Якобсу и сказал, что позже возьмет ее снова.
Вернувшись в номер, Леопольд прокрутил в уме план убийства. Он связался с банком, чтобы быть уверенным, что счет, который он открыл на чужое имя, действует. Преступник надеялся, что банк готов принять деньги, которые они предполагали получить в виде выкупа.
В четыре часа дня, когда дети выходили на улицу, чикагские сверхлюди подъехали к зданию школы, где учился Бобби. В местном хозяйственном магазине они заблаговременно купили стамеску, веревку и соляную кислоту, с помощью которой убийцы намеревались изуродовать лицо подростка. Два заряженных пистолета из отцовской коллекции делали злодейский план достаточно полным.
«Эй, Бобби, хочешь прокатиться?» — крикнул Лёб, который сидел в глубине машины, пряча стамеску с большой ручкой, обернутой липкой лентой, чтобы было удобнее держать в руках орудие убийства. Ничего не подозревающий мальчишка шмыгнул в кабину, удобно устраиваясь на переднем сиденье.
17-летний Ричард Лёб (на фото слева) и 18-летний Натан Леопольд (на фото справа) вообразили себя настолько выше простых смертных, что решили распорядиться чужой жизнью. Они уверили себя, что детективы будут поставлены в тупик — нет мотивов преступления, нет улик, нет подозреваемых — и что они будут упиваться безнаказанностью за содеянное.
У обоих были богатые родители, которые души в них не чаяли и потворствовали каждому их желанию. Отцу Лёба принадлежала сеть универсальных магазинов. Натан Леопольд-старший был судовладельцем, одним из самых богатых людей в Чикаго и тоже щедро тратил деньги на сына.
Сильный, красивый, атлетически сложенный Лёб был распутным, но умным и весьма способным молодым человеком. В 17 лет стал самым молодым выпускником Мичиганского университета. Он никогда не испытывал нужды в средствах. По первому слову Лёба-младшего семейный шофер отвозил его в офис отца, где Ричард беспрекословно получал любые деньги. Однако этого избалованному родительским вниманием юнцу было мало, и он стал задумываться о чем-то таком, что еще больше возбудило бы его страсть к острым ощущениям.
Натан Леопольд был таким же умным, но не таким ярким, как его приятель. Низкорослый, с округлыми плечами, в четырнадцать лет он проявлял склонность к гомосексуализму. И тем не менее Леопольд тоже был своего рода маленьким гением: говорил на десяти языках и к своим восемнадцати успел окончить Чикагский университет со степенью бакалавра философии. Психиатры говорили потом, что Леопольд находился под влиянием Лёба. Он восхищался своим младшим приятелем и стремился быть таким же сильным, как и он. Также Леопольд, как и Ричард, увлеченно читал работы немецкого философа Ницше и старался подражать его сверхчеловеку. Однако, поняв, что недотягивает до этого идеала, вообразил себя сверхженщиной — рабой красивого, сильного и всемогущего короля. И когда Лёб поделился с приятелем мыслью о «возбуждающем» убийстве, он почти не сомневался в том, что покорный Леопольд станет его сообщником.
В письме, которое Ричард написал ему до убийства, были строки: «Сверхчеловек не отвечает за то, что он делает, но он не имеет права на ошибку. Мы — сверхлюди! Ничто не может стоять на нашем пути».
Заговор, обдуманный еще в январе 1924 года, преступникам удалось осуществить только в мае. Четыре месяца шла детальная проработка злодейского плана. В последний момент Леопольд предложил потребовать выкуп за возвращение мальчика, который к тому времени будет уже мертв. В письмах друг другу сообщники обсуждали план убийства подетально, возбужденно споря о том, что и как предстоит сделать. Наконец обоюдное согласие было достигнуто и выбрана жертва: 14-летний Бобби Френке.
Лёб знал Бобби по совместным тренировкам на теннисном корте. Мальчик считал его своим другом и не задумываясь согласился покататься с ним в автомобиле. Бобби был из хорошей семьи и посещал частную школу по соседству с домом, где жили его будущие убийцы.
Идеальное преступление было назначено на 24 мая. Накануне Леопольд поселился в чикагской гостинице «Моррисон». Под вымышленным именем он записался в журнале регистрации как торговец из Иллинойса. Затем арендовал автомобиль в одной из фирм в центре города. И когда президент компании Джозеф Якобе потребовал поручительства, Леопольд с готовностью дал ему имя и номер телефона некоего Луи Мейсона — в действительности Лёба. Джозеф Якобе позвонил и получил информацию о мнимой финансовой стабильности нанимателя. Оставив залог в 50 долларов, Леопольд два часа покружил по городу, после чего вернул машину Якобсу и сказал, что позже возьмет ее снова.
Вернувшись в номер, Леопольд прокрутил в уме план убийства. Он связался с банком, чтобы быть уверенным, что счет, который он открыл на чужое имя, действует. Преступник надеялся, что банк готов принять деньги, которые они предполагали получить в виде выкупа.
В четыре часа дня, когда дети выходили на улицу, чикагские сверхлюди подъехали к зданию школы, где учился Бобби. В местном хозяйственном магазине они заблаговременно купили стамеску, веревку и соляную кислоту, с помощью которой убийцы намеревались изуродовать лицо подростка. Два заряженных пистолета из отцовской коллекции делали злодейский план достаточно полным.
«Эй, Бобби, хочешь прокатиться?» — крикнул Лёб, который сидел в глубине машины, пряча стамеску с большой ручкой, обернутой липкой лентой, чтобы было удобнее держать в руках орудие убийства. Ничего не подозревающий мальчишка шмыгнул в кабину, удобно устраиваясь на переднем сиденье.
Страница 1 из 4
