Фандом: Ориджиналы. Жизнь рвется в клочья, когда умирают родные. Возможно ли обрести счастье с новой семьей или пустота в душе невосполнима?
Добавить в моё избранное
51 мин, 20 сек 9769
сердце… Представляешь, Влад, у него сердце не выдержало… прямо там и лег…
Макс всхлипнул в унисон с Анатолием. Альфы беспомощно переглянулись.
— А другие родственники? — Влад тряхнул бету — слезы слезами, но что делать-то?
— Нет больше никого, — замотал Анатолий головой и зажал рот, подавляя рвущиеся рыдания.
Через полчаса и два успокоительных укола, вкаченных знакомым доктором Анатолию и Максу, Владилен и Кирилл добились хоть каких-то сведений о погибших.
— А ребенок? — вдруг вскинулся Макс. — Тоже?
— Спасли, — угрюмо ответил патологоанатом, выдернутый из своего кабинета. — Пока их вытаскивали, взрезали прямо в машине и успели спасти. В конце концов, ему пару недель донашивать оставалось. И хорошо еще, что омега до прибытия неотложки дожил, а то и…
Синхронный оскал двух альф заставил патологоанатома попятится. Ну, а что он-то? Спросили — ответил!
Анатолий вновь зарыдал.
— Где? — вдруг рявкнул Макс, перепугав несчастного патологоанатома сильнее альф. — Где ребенок?!
— Не ко мне! — крикнул тот, скрываясь за углом.
— Бардак! — пробормотал Владилен, медленно зверея. — Кир, пригляди за Анатолием, пойду разбираться!
Разобрался. Не один — Макс пошел с ним. Отец и сын устроили такой скандал, что перед Анатолием лично извинялся главврач Центральной больницы в чьем ведении и морг был.
Младенец обнаружился в детском отделении. Живой. Здоровый — по заверениям заведующего. Его готовы были наблюдать стационарно неделю, а потом…
— Родственники есть?
— Есть! — злющий Макс окрысился на врача. — Что надо оформить?
— Опекунство, — врач не был бы заведующим, пяться он перед каждым разгневанным омегой, что посещал его. Еще и горе в семье — сразу троих потерять, ясное дело — тут и крики, и плач, и все, что угодно может быть. — У вас неделя, чтобы обратиться через опеку с заявлением — в экстренных случаях они в первую очередь удовлетворяют такие заявления. Естественно, если вы предъявите все справки, что действительно являетесь родственниками умерших и дополнительные справки — я дам вам список.
— Неделя? — уточнил Владилен.
— Да. Соболезную вашей утрате, — врач склонил голову. — Но с бумагами поторопитесь. Конечно, раньше, чем через неделю никто его никуда не заберет, но если вы не подадите заявление сразу, то потом придется пройти гораздо больше бюрократических препятствий, вплоть до детского дома — в последнее время сирот и отказников определяют туда практически моментально. А из детского дома вам ребенка просто так не отдадут.
Макс заявил, что это он никуда ребенка не отдаст и вытолкал отца на выход — нужно было найти все документы, подтверждающие родство.
Уже на выходе из больницы Анатолий вскрикнул и пошатнулся.
— Что? — Владилен поддержал его. — Тебе плохо?
— Идиот… — простонал тот, схватившись за волосы. — У него же два старших сына в пансионе учатся… Влад, как же это я, а? Как я им…
В пансион они помчались этим же вечером. К счастью, Анатолий числился в доверенных лицах, которым можно было забирать детей, включая случаи, если с их родителями что-то случится. Директор пансиона, знавший бету в лицо, без проволочек допустил их поговорить с осиротевшими братьями.
Мрачные и растерянные Май и Радим известие приняли стойко, переглянулись и хором попросили забрать их, согласившись пойти с Анатолием в органы опеки и попечительства для оформления всех документов. Владилен прекрасно понял, что оба в шоке и основная буря эмоций им только предстоит.
Наскоро покидав вещи в спортивные сумки, братья двинулись вслед за альфой, представившимся Владиленом — им насквозь пропах их дядя. У здания пансиона на парковке обитал здоровенный внедорожник, возле которого ошивался еще один альфа — такой же внушительный, как и машина, еще и налысо бритый и покрытый шрамами на голове. Шарахнуться от него не позволил Анатолий — бета крепко ухватил их за плечи и придержал, когда тот присел перед ними на корточки.
— Кирилл, — он протянул лапищу, в которой поочередно утонули ладошки братьев.
А ведь до этого им казалось, что они вполне взрослые и высокие — вон, даже Владилен всего чуть-чуть выше их…
В машине их моментально укачало, чему порадовался Анатолий, с трудом сдерживавший слезы. Пока спят и пусть спят — попробуй их успокоить на ходу. Придерживал сопящих альфочек, прижимая к себе. Дома-то полная аптечка, да и под присмотром будут…
Разбудили их уже после приезда. Май и Радим, потирая красные глаза, вылезли из машины с помощью Кирилла и завертели головами — куда их привезли? Однако, Кирилл, извлекший сумки из багажника, уже подталкивал обоих к входу в особняк, не дав толком осмотреться. Стоило им войти, как на них вихрем налетел какой-то омега, принялся обнимать и куда-то тащить.
Макс всхлипнул в унисон с Анатолием. Альфы беспомощно переглянулись.
— А другие родственники? — Влад тряхнул бету — слезы слезами, но что делать-то?
— Нет больше никого, — замотал Анатолий головой и зажал рот, подавляя рвущиеся рыдания.
Через полчаса и два успокоительных укола, вкаченных знакомым доктором Анатолию и Максу, Владилен и Кирилл добились хоть каких-то сведений о погибших.
— А ребенок? — вдруг вскинулся Макс. — Тоже?
— Спасли, — угрюмо ответил патологоанатом, выдернутый из своего кабинета. — Пока их вытаскивали, взрезали прямо в машине и успели спасти. В конце концов, ему пару недель донашивать оставалось. И хорошо еще, что омега до прибытия неотложки дожил, а то и…
Синхронный оскал двух альф заставил патологоанатома попятится. Ну, а что он-то? Спросили — ответил!
Анатолий вновь зарыдал.
— Где? — вдруг рявкнул Макс, перепугав несчастного патологоанатома сильнее альф. — Где ребенок?!
— Не ко мне! — крикнул тот, скрываясь за углом.
— Бардак! — пробормотал Владилен, медленно зверея. — Кир, пригляди за Анатолием, пойду разбираться!
Разобрался. Не один — Макс пошел с ним. Отец и сын устроили такой скандал, что перед Анатолием лично извинялся главврач Центральной больницы в чьем ведении и морг был.
Младенец обнаружился в детском отделении. Живой. Здоровый — по заверениям заведующего. Его готовы были наблюдать стационарно неделю, а потом…
— Родственники есть?
— Есть! — злющий Макс окрысился на врача. — Что надо оформить?
— Опекунство, — врач не был бы заведующим, пяться он перед каждым разгневанным омегой, что посещал его. Еще и горе в семье — сразу троих потерять, ясное дело — тут и крики, и плач, и все, что угодно может быть. — У вас неделя, чтобы обратиться через опеку с заявлением — в экстренных случаях они в первую очередь удовлетворяют такие заявления. Естественно, если вы предъявите все справки, что действительно являетесь родственниками умерших и дополнительные справки — я дам вам список.
— Неделя? — уточнил Владилен.
— Да. Соболезную вашей утрате, — врач склонил голову. — Но с бумагами поторопитесь. Конечно, раньше, чем через неделю никто его никуда не заберет, но если вы не подадите заявление сразу, то потом придется пройти гораздо больше бюрократических препятствий, вплоть до детского дома — в последнее время сирот и отказников определяют туда практически моментально. А из детского дома вам ребенка просто так не отдадут.
Макс заявил, что это он никуда ребенка не отдаст и вытолкал отца на выход — нужно было найти все документы, подтверждающие родство.
Уже на выходе из больницы Анатолий вскрикнул и пошатнулся.
— Что? — Владилен поддержал его. — Тебе плохо?
— Идиот… — простонал тот, схватившись за волосы. — У него же два старших сына в пансионе учатся… Влад, как же это я, а? Как я им…
В пансион они помчались этим же вечером. К счастью, Анатолий числился в доверенных лицах, которым можно было забирать детей, включая случаи, если с их родителями что-то случится. Директор пансиона, знавший бету в лицо, без проволочек допустил их поговорить с осиротевшими братьями.
Мрачные и растерянные Май и Радим известие приняли стойко, переглянулись и хором попросили забрать их, согласившись пойти с Анатолием в органы опеки и попечительства для оформления всех документов. Владилен прекрасно понял, что оба в шоке и основная буря эмоций им только предстоит.
Наскоро покидав вещи в спортивные сумки, братья двинулись вслед за альфой, представившимся Владиленом — им насквозь пропах их дядя. У здания пансиона на парковке обитал здоровенный внедорожник, возле которого ошивался еще один альфа — такой же внушительный, как и машина, еще и налысо бритый и покрытый шрамами на голове. Шарахнуться от него не позволил Анатолий — бета крепко ухватил их за плечи и придержал, когда тот присел перед ними на корточки.
— Кирилл, — он протянул лапищу, в которой поочередно утонули ладошки братьев.
А ведь до этого им казалось, что они вполне взрослые и высокие — вон, даже Владилен всего чуть-чуть выше их…
В машине их моментально укачало, чему порадовался Анатолий, с трудом сдерживавший слезы. Пока спят и пусть спят — попробуй их успокоить на ходу. Придерживал сопящих альфочек, прижимая к себе. Дома-то полная аптечка, да и под присмотром будут…
Разбудили их уже после приезда. Май и Радим, потирая красные глаза, вылезли из машины с помощью Кирилла и завертели головами — куда их привезли? Однако, Кирилл, извлекший сумки из багажника, уже подталкивал обоих к входу в особняк, не дав толком осмотреться. Стоило им войти, как на них вихрем налетел какой-то омега, принялся обнимать и куда-то тащить.
Страница 2 из 15
