Инферно

Амелия и Констанс остались одни посреди темного леса, наблюдая, как землю сковывает первый ноябрьский мороз. На короткий миг это напомнило им, что их ждет, если они откажут Агате. Амелия горестно застонала и упала на колени. Констанс подхватила ее прежде, чем ее колени коснулись земли и поставив на ноги, повела обратно в замок.

— Ах, Констанс, — воскликнула директриса, прикрыв руками замерзшее лицо. — Что же нам делать?

Глава 3

Амелия была рада, что ее заместительницу ничего не беспокоит. Замок был перенесен в Ад, Констанс перенесла тяжелейшую травму и практически мгновенное исцеление, но к тому времени, как они достигли относительно безопасных стен школы Кэкл, в голове учительницы зелий уже начал формироваться план действий.

— Если Агата собирается позволить нам эвакуировать некоторую часть школы, мы должны рискнуть, — пробормотала она отчасти для себя, а отчасти для своей начальницы. — Население школы составляет пятьдесят четыре человека: четыре класса по двенадцать человек в каждом, это сорок восемь человек, плюс четыре учителя и два человека из обслуживающего персонала. Две трети от пятидесяти четырех — это тридцать шесть. Это как раз первый, второй и третий классы. Также, если захотят, школу покинут мисс Дрилл, миссис Тапиока и мистер Блоссом. Вы согласны, директриса?

— Да, конечно, — согласилась Амелия. Если уж они не могли спасти всех девочек, то по крайней мере, нужно было вывести из школы младших. Директриса взглянула на руки Констанс, которые покраснели на морозном воздухе.

— Констанс, как ваши пальцы?

— Болят, — коротко ответила ее заместительница. — Но когда я проверяла их в последний раз, они все еще были на месте. Сейчас у нас очень мало времени, чтобы организовать полномасштабную эвакуацию, так что предлагаю начать.

— Конечно, — кивнула Амелия, глядя, как Констанс потирает руку. — Как скажете.

Громкий голос Констанс наполнил школу. Если бы обстоятельства были менее плачевными, Амелия бы удивилась, что ей не нужно усиливающего заклинания, чтобы быть услышанной во всем замке, но в тот момент директриса была слишком напугана и не могла думать ни о чем, кроме тяжелого решения, которое ждало ее.

— Девочки, это срочно! Пожалуйста, одевайтесь и собирайтесь в большом зале как можно скорее! — распорядилась Констанс.

— Что происходит? — спросила Имоджен, идя к коллегам и ловко лавируя между бегущими в свои комнаты девочками. — Зачем это все?

— Мы эвакуируем три младших класса, — пояснила Амелия. — Я так понимаю, вы слышали наш разговор с Агатой.

— Я думаю, что все в замке его слышали, мисс Кэкл, — ответила Имоджен, покосившись на пальцы Констанс, и открыла было рот, чтобы спросить о том, как она себя чувствует, но Амелия покачала головой, показывая, что сейчас не время для бесед, и заговорила:

— Я думаю, нам надо организовать срочное собрание сотрудников школы. Имоджен, вы не могли бы найти Фрэнка Блоссома? Констанс, сходите за миссис Тапиокой, а я пока найду Давину.

Имоджен слабо улыбнулась и побежала в ту сторону, откуда только что пришла. Амелия повернулась к заместительнице, но Констанс уже исчезла. Ее способ передвижения был гораздо эффективнее, чем у ее коллег. Директриса быстро пошла по коридору в сторону учительской, точно зная, где можно найти эксцентричную учительницу пения. После годового отдыха Давина вернулась к ним, сославшись на одиночество, и вела свои уроки на удивление хорошо. Но некоторые привычки у нее все же остались, и она по-прежнему пряталась в шкаф в чрезвычайных ситуациях. Идя по коридору, Амелия угрюмо думала, что ситуация сейчас как раз такая.

— Давина! — крикнула она, входя в учительскую. — Давина, вы здесь?

Из шкафа раздался какой-то стук и директриса услышала, как с полок падают тетради и карандаши. Амелия подошла к шкафу и открыла дверцу. Давина практически выпала наружу, трясясь от страха и обливаясь истерическими слезами.

— Успокойтесь, Давина, — сказала Амелия, осторожно поглаживая учительницу пения по спине. — Мы непременно пройдем через это.

— Но что вы будете делать, мисс Кэкл? — всхлипывала Давина. — Какой у вас есть выбор?

Насчет выбора — это было правдой. Амелия уже приняла решение. Она отдаст школу и примет любые последствия, к которым это приведет. Она должна отвечать за безопасность своих учениц и не может распоряжаться их судьбами подобным образом. Ее собственная жизнь не имела большого значения, но она не могла обречь девочек на столь ужасную участь.

Амелия продолжала бормотать бессмысленные слова утешения, размышляя о том, что Агата имела в виду, говоря про картину в целом. Вполне вероятно, что спасая школу от проклятия и передав ее сестре, она обречет ее на еще большие мучения. Школа Кэкл больше никогда не будет такой, какой директриса стремилась ее видеть — местом, где девочки могли чувствовать себя в такой же безопасности, как и дома.