Фандом: Ориджиналы. Что ждет людей, когда боги вернутся на Землю? Рабство? А что будет с анкийцами, и готовы ли они дать отпор высшей расе или же анкийский и земной мир ждет второй Освенцим?
Добавить в моё избранное
604 мин, 30 сек 8003
Либо это будут партнерские отношения, и мы будем поставлять золото за деньги, либо…
— Либо вы планируете уничтожение Нибиру, — подсказал Энки, сощурившись, и Ривка похолодела от его взгляда.
— Мы не столь кровожадны. Я имела в виду второй расклад, в котором ваш сын сядет на трон Нибиру, и тогда я буду уверена, что Земле ничего угрожать не будет.
Энки усмехнулся, позабавленный ее бравурным уверенным ответом.
— И теперь вы спрашиваете, почему я хочу помочь? — теперь он улыбался во всю ширь, демонстрируя намерения. — Я понимаю ваше недоверие, учитывая то, как ведет себя принц Нинурта. Но то, что вы только сейчас получили статус полноправной нибируанки, может сыграть нам на руку.
— Статус волнует меня в последнюю очередь. Он нужен только чтобы приняли апелляцию по освобождению Александра из плена, — Ривка умолчала о том, что знает о непосредственной причастности Энки к получению ею нибируанских прав, ведь он, несомненно, оказал влияние на Нинхурсаг. — А почему вы не пытаетесь освободить его? — неожиданно спросила она.
— О, боюсь, я уже сделал все, что мог, — понизил он голос, и улыбка исчезла с его лица. — Его хотя бы не казнили, и вас вслед за ним, — Энки облокотился на колени и произнес то, о чем Ривка и подумать не могла: — Я сделал ставку на вас, Ребекка, в ваших силах помочь моему сыну не только стать свободным, но и занять трон Нибиру. И сила в вашей незначительности, — услышала Ривка то, что сама когда-то сказала Харуке. — Они не придают вам значения, вы их забавляете, они не могут ожидать удара, который вы им готовите. Ребекка, вы даже не представляете, какую большую работу вы проделали…
Его хвалебные речи все больше удивляли Ривку, но вместе с тем росло и недоверие. Энки представлял опасность для деятельности Ордена Шемеш, и Энгельс, введя его в курс дела, возможно, сделал непоправимую ошибку, которая, весьма вероятно, может привести к ужасающим последствиям. Энки выглядел и говорил благодушно, однако он мог, как и Нинхурсаг, только казаться хорошим, а в душе хранить коварство.
— Каковы мотивы царицы? — осмелилась Ривка на мучивший ее вопрос. — Почему она благоволит мне и даже помогла освободиться от ее сына? Разве ей есть в этом какой-то интерес? Я — супруга Мардука, угрозы для царской семьи, я и сама могу быть угрозой.
— И вы ей и являетесь, Ребекка, поэтому царица не хочет, чтобы вы проводили столько времени с ее сыном. И убить она вас тоже не может, вы, при всей внешней незначительности, важны. И именно ваше лицо на политических транспарантах всего мира призывает к сотрудничеству. Может быть, вы не осознаете, насколько важны, но если вас уберут, не избежать кровопролитной войны. Нибируанцам нужны рабы, но интеллект людей и анкийцев намного выше, нежели прежде, и это вызывает в нас опасение. Разум в войне куда более действенное оружие, нежели бомбы. Нибируанцам нужно сохранение этого пусть и хлипкого мира, потому что мы не хотим уничтожать Землю, она нужна нам. Нам не нужна война.
— С анкийскими активами она будет короткой. Это можно сравнить с битвой якобитов и английской армии при Каллодене, — пробормотала Ривка, выудив факт из истории Шотландии, когда-то думая, что страна горцев имеет отношение к ее корням, но, встретив непонимающий взгляд собеседника, пояснила: — Это мало о чем вам скажет, но суть в том, что армия якобитов оказалась слишком мала и небоеспособна. Они с голыми руками пошли против пушек и мушкетов и проиграли.
— Энгельс предоставил мне сведения о вашем космическом флоте, но смею дать вам надежду: нибируанская армия не так сильна, как вы думаете. Около пятидесяти лет назад на Нибиру произошла гражданская война, в разы сократившая нашу боевую мощь.
Ривка смотрела на него, как громом пораженная, он только что раскрыл весьма важные карты, действительно подарившие надежду на избавление.
— Вы с такой легкостью оглашаете подобную информацию, что это наводит меня на еще большие подозрения. В чем подвох, Ваша Светлость? — спросила Ривка, понимая, что и Нинхурсаг тоже не спроста прониклась к ней, ведь не могло же здесь пахнуть простой симпатией.
— С той же легкостью, с какой я был лишен права на престол, невзирая на то, что я старше Энлиля, — он говорил абсолютную чушь, ведь Ривка доподлинно знала, кем являлся Энки. — Вижу, в вашей голове, Ребекка, роятся мысли о моем происхождении, о котором вам наверняка поведал сын или сохранившаяся история. Дело в том, что изначально Ану сделал наследным принцем меня, ведь он любил мою мать, собираясь идти против традиций наследования. Вы ведь знаете, что она была простой наложницей. Но затем мы с Нинхурсаг совершили серьёзную ошибку. Мы были молоды и влюблены, и мы верили, что вдвоем со временем сядем на трон Нибиру. Но было одно но: у нас рождались только дочери и, конечно же, вне брака. Ану прознал о нашей связи до брака и в конечном итоге отстранил меня от трона, а ей до конца жизни запретил выходить замуж.
— Либо вы планируете уничтожение Нибиру, — подсказал Энки, сощурившись, и Ривка похолодела от его взгляда.
— Мы не столь кровожадны. Я имела в виду второй расклад, в котором ваш сын сядет на трон Нибиру, и тогда я буду уверена, что Земле ничего угрожать не будет.
Энки усмехнулся, позабавленный ее бравурным уверенным ответом.
— И теперь вы спрашиваете, почему я хочу помочь? — теперь он улыбался во всю ширь, демонстрируя намерения. — Я понимаю ваше недоверие, учитывая то, как ведет себя принц Нинурта. Но то, что вы только сейчас получили статус полноправной нибируанки, может сыграть нам на руку.
— Статус волнует меня в последнюю очередь. Он нужен только чтобы приняли апелляцию по освобождению Александра из плена, — Ривка умолчала о том, что знает о непосредственной причастности Энки к получению ею нибируанских прав, ведь он, несомненно, оказал влияние на Нинхурсаг. — А почему вы не пытаетесь освободить его? — неожиданно спросила она.
— О, боюсь, я уже сделал все, что мог, — понизил он голос, и улыбка исчезла с его лица. — Его хотя бы не казнили, и вас вслед за ним, — Энки облокотился на колени и произнес то, о чем Ривка и подумать не могла: — Я сделал ставку на вас, Ребекка, в ваших силах помочь моему сыну не только стать свободным, но и занять трон Нибиру. И сила в вашей незначительности, — услышала Ривка то, что сама когда-то сказала Харуке. — Они не придают вам значения, вы их забавляете, они не могут ожидать удара, который вы им готовите. Ребекка, вы даже не представляете, какую большую работу вы проделали…
Его хвалебные речи все больше удивляли Ривку, но вместе с тем росло и недоверие. Энки представлял опасность для деятельности Ордена Шемеш, и Энгельс, введя его в курс дела, возможно, сделал непоправимую ошибку, которая, весьма вероятно, может привести к ужасающим последствиям. Энки выглядел и говорил благодушно, однако он мог, как и Нинхурсаг, только казаться хорошим, а в душе хранить коварство.
— Каковы мотивы царицы? — осмелилась Ривка на мучивший ее вопрос. — Почему она благоволит мне и даже помогла освободиться от ее сына? Разве ей есть в этом какой-то интерес? Я — супруга Мардука, угрозы для царской семьи, я и сама могу быть угрозой.
— И вы ей и являетесь, Ребекка, поэтому царица не хочет, чтобы вы проводили столько времени с ее сыном. И убить она вас тоже не может, вы, при всей внешней незначительности, важны. И именно ваше лицо на политических транспарантах всего мира призывает к сотрудничеству. Может быть, вы не осознаете, насколько важны, но если вас уберут, не избежать кровопролитной войны. Нибируанцам нужны рабы, но интеллект людей и анкийцев намного выше, нежели прежде, и это вызывает в нас опасение. Разум в войне куда более действенное оружие, нежели бомбы. Нибируанцам нужно сохранение этого пусть и хлипкого мира, потому что мы не хотим уничтожать Землю, она нужна нам. Нам не нужна война.
— С анкийскими активами она будет короткой. Это можно сравнить с битвой якобитов и английской армии при Каллодене, — пробормотала Ривка, выудив факт из истории Шотландии, когда-то думая, что страна горцев имеет отношение к ее корням, но, встретив непонимающий взгляд собеседника, пояснила: — Это мало о чем вам скажет, но суть в том, что армия якобитов оказалась слишком мала и небоеспособна. Они с голыми руками пошли против пушек и мушкетов и проиграли.
— Энгельс предоставил мне сведения о вашем космическом флоте, но смею дать вам надежду: нибируанская армия не так сильна, как вы думаете. Около пятидесяти лет назад на Нибиру произошла гражданская война, в разы сократившая нашу боевую мощь.
Ривка смотрела на него, как громом пораженная, он только что раскрыл весьма важные карты, действительно подарившие надежду на избавление.
— Вы с такой легкостью оглашаете подобную информацию, что это наводит меня на еще большие подозрения. В чем подвох, Ваша Светлость? — спросила Ривка, понимая, что и Нинхурсаг тоже не спроста прониклась к ней, ведь не могло же здесь пахнуть простой симпатией.
— С той же легкостью, с какой я был лишен права на престол, невзирая на то, что я старше Энлиля, — он говорил абсолютную чушь, ведь Ривка доподлинно знала, кем являлся Энки. — Вижу, в вашей голове, Ребекка, роятся мысли о моем происхождении, о котором вам наверняка поведал сын или сохранившаяся история. Дело в том, что изначально Ану сделал наследным принцем меня, ведь он любил мою мать, собираясь идти против традиций наследования. Вы ведь знаете, что она была простой наложницей. Но затем мы с Нинхурсаг совершили серьёзную ошибку. Мы были молоды и влюблены, и мы верили, что вдвоем со временем сядем на трон Нибиру. Но было одно но: у нас рождались только дочери и, конечно же, вне брака. Ану прознал о нашей связи до брака и в конечном итоге отстранил меня от трона, а ей до конца жизни запретил выходить замуж.
Страница 132 из 169
