Хотели проду к Darning L? Вот вам прода! Как мы уже знаем, Джефф просто победитель по жизни — вместо собственного дефектного сердца получил механическое, тоже дефектное. Джейн сумела сбежать и жаждет мести. Почему бы и не воспользоваться ссорой Лью и Джеффа?
Добавить в моё избранное
39 мин, 20 сек 7758
Весна только начала прогонять суровую снежную зиму. Всюду мгновенно появились грязные лужи и выползшие из-под снега останки человеческих трупов, недоеденных Смайлом… Воистину волшебная пора!
В последнее время между братьями возникло некое напряжение. Нет, они по-прежнему любили друг-друга больше всего на свете. Просто по каким-то им самим не ведомым причинам общаться стало труднее. Начались постоянные мелкие ссоры, чего раньше никогда не случалось. Другие крипи беспокоились за друзей, пытались помочь им разобраться. В итоге Слендермен просто приказал остальным не трогать братьев, мол сами разберутся… Разобрались, ничего не скажешь…
Началось все с дня рождения Тоби. Восемнадцать лет, надо же отметить! Именно так Оффендер аргументировал появления на празднике ящика абсента. Пили все без исключения, даже Салли, которой вообще-то запрещено, но она украла бутылку из-под носа у пьяных взрослых, и Джефф, которому нельзя из-за несовместимости принимаемых им таблеток с алкоголем. Парень просто воспользовался невнимательностью захмелевшего брата. Итог очевиден — хреновое самочувствие, сбой работы механического органа. Кстати, о том, что с новым сердцем не все в порядке, Джефф предпочел никому не рассказывать, даже Лью. Льюис увел брата в их общую комнату, где начался разбор полетов. Парень потом долго сожалел о сказанном.
— Почему ты такой безответственный? — Лью шагами измерял расстояние от окна до кровати брата. Джефф, заботливо уложенный на аккуратно заправленную постель лишь приподнялся и пожал плечами.
— Ничего ведь не случилось!
— Ничего не случилось? Ничего? Тебе же нельзя пить! — лицо Вудса-старшего покраснело. — Твое сердце может не выдержать реакции лекарств на алкоголь!
— Курить вредно, пить противно, а умирать здоровым жалко, — парень встал с кровати.
От этой беспечности в голосе брата в душе начала закипать ничем не обоснованная и неконтролируемая ярость. Слова начали слетать с языка быстрее, чем Лью умудрялся их обдумать.
— Значит вот как? Я всю жизнь батрачил, лишь бы вылечить тебя! Ночей не спал, пытаясь унять твои приступы, опасаясь, что ты умрешь у меня на руках! Да я тебе кровь свою отдал!
— Мог бы всего этого не делать. Дал бы мне просто сдохнуть, и были бы все довольны.
— Неблагодарный идиот! — впервые в жизни Лью кричал на своего брата. — Да лучше бы ты уж вообще не рождался, дефектный! Кому нужен такой брат?
И тут Лью испугался самого себя, ровно как и реакции Джеффа. Как? Как он посмел сказать это брату? Ведь братик ни в чем не виноват. Подумаешь, не удержался и выпил полстакана абсента, ведь обычно вообще соблюдает сухой закон. И незачем было так орать! Вообще, как он мог повысить голос на любимого младшего брата? Не говоря уже об этих жутких словах.
Льюис прижал ладони ко рту, испуганно глядя на Джеффа. Брат выглядел ошарашенным, нет, скорее даже сломанным. Неужели за одну секунду глаза могут стать настолько пустыми и безжизненными?
— Джефф… — парень сделал пару шагов в сторону брата и протянул руку, намереваясь коснуться снежно-белой щеки. Надо немедленно извиниться, сказать, что на самом деле он так не думает…
— Не прикасайся ко мне, — сердце буквально раскололось на части. Брат почти что плакал, едва сдерживаясь. Подчиняясь вечному желанию защитить дорогое существо от всех невзгод, Лью обнимает Джеффа и прижимает к груди. Вроде, это должно дать младшему понять, что на самом деле брат его любит… Но нет, Джеффри вырывается из объятий, смотрит брату в глаза своими, опустевшими.
— Раз так, ты меня больше не увидишь.
Веселье было в самом разгаре. Бен, смешавший свою жижу с абсентом и лимоном торжественно забрался на стол и уже открыл рот для произнесения тоста.
— Да лучше бы ты уж вообще не рождался, дефектный! Кому нужен такой брат! — да, разобрались сами. Бен так и остался стоять с открытым ртом и поднятым стаканом. Всеобщее веселье замерло. Это точно был голос Льюиса. Что там происходит? Спустя несколько минут хлопнула входная дверь, а затем Смертоносный Лью, на ходу обматывая шею чёрно-белым полосатым шарфом с криками пронёсся мимо гостиной, где проходила вечеринка.
— Джефф, подожди! Вернись! — проорал парень куда-то в темноту, выскочив на улицу и точно так же хлопнув дверью. Только бы догнать! Успеть, пока Джефф не натворил глупостей!
— Да, Сленди, вот тебе и «сами разберутся», — Оффендермен отставил стакан с напитком в сторону и начал натягивать свой плащ, который уже давно был снят.
— Ты куда?
— Этих двоих мирить надо, пока дел не наворотили.
Джейн давно сидела в полной тишине. Её уши настолько отвыкли от звуков, что с огромного расстояния она вполне могла различить чужие разговоры. Цифровой код от замка камеры, где Аркенсоу была заточена, ей был известен давно — услышала, как на первом этаже Джек говорил его кому-то, кто приносил ей еду.
В последнее время между братьями возникло некое напряжение. Нет, они по-прежнему любили друг-друга больше всего на свете. Просто по каким-то им самим не ведомым причинам общаться стало труднее. Начались постоянные мелкие ссоры, чего раньше никогда не случалось. Другие крипи беспокоились за друзей, пытались помочь им разобраться. В итоге Слендермен просто приказал остальным не трогать братьев, мол сами разберутся… Разобрались, ничего не скажешь…
Началось все с дня рождения Тоби. Восемнадцать лет, надо же отметить! Именно так Оффендер аргументировал появления на празднике ящика абсента. Пили все без исключения, даже Салли, которой вообще-то запрещено, но она украла бутылку из-под носа у пьяных взрослых, и Джефф, которому нельзя из-за несовместимости принимаемых им таблеток с алкоголем. Парень просто воспользовался невнимательностью захмелевшего брата. Итог очевиден — хреновое самочувствие, сбой работы механического органа. Кстати, о том, что с новым сердцем не все в порядке, Джефф предпочел никому не рассказывать, даже Лью. Льюис увел брата в их общую комнату, где начался разбор полетов. Парень потом долго сожалел о сказанном.
— Почему ты такой безответственный? — Лью шагами измерял расстояние от окна до кровати брата. Джефф, заботливо уложенный на аккуратно заправленную постель лишь приподнялся и пожал плечами.
— Ничего ведь не случилось!
— Ничего не случилось? Ничего? Тебе же нельзя пить! — лицо Вудса-старшего покраснело. — Твое сердце может не выдержать реакции лекарств на алкоголь!
— Курить вредно, пить противно, а умирать здоровым жалко, — парень встал с кровати.
От этой беспечности в голосе брата в душе начала закипать ничем не обоснованная и неконтролируемая ярость. Слова начали слетать с языка быстрее, чем Лью умудрялся их обдумать.
— Значит вот как? Я всю жизнь батрачил, лишь бы вылечить тебя! Ночей не спал, пытаясь унять твои приступы, опасаясь, что ты умрешь у меня на руках! Да я тебе кровь свою отдал!
— Мог бы всего этого не делать. Дал бы мне просто сдохнуть, и были бы все довольны.
— Неблагодарный идиот! — впервые в жизни Лью кричал на своего брата. — Да лучше бы ты уж вообще не рождался, дефектный! Кому нужен такой брат?
И тут Лью испугался самого себя, ровно как и реакции Джеффа. Как? Как он посмел сказать это брату? Ведь братик ни в чем не виноват. Подумаешь, не удержался и выпил полстакана абсента, ведь обычно вообще соблюдает сухой закон. И незачем было так орать! Вообще, как он мог повысить голос на любимого младшего брата? Не говоря уже об этих жутких словах.
Льюис прижал ладони ко рту, испуганно глядя на Джеффа. Брат выглядел ошарашенным, нет, скорее даже сломанным. Неужели за одну секунду глаза могут стать настолько пустыми и безжизненными?
— Джефф… — парень сделал пару шагов в сторону брата и протянул руку, намереваясь коснуться снежно-белой щеки. Надо немедленно извиниться, сказать, что на самом деле он так не думает…
— Не прикасайся ко мне, — сердце буквально раскололось на части. Брат почти что плакал, едва сдерживаясь. Подчиняясь вечному желанию защитить дорогое существо от всех невзгод, Лью обнимает Джеффа и прижимает к груди. Вроде, это должно дать младшему понять, что на самом деле брат его любит… Но нет, Джеффри вырывается из объятий, смотрит брату в глаза своими, опустевшими.
— Раз так, ты меня больше не увидишь.
Веселье было в самом разгаре. Бен, смешавший свою жижу с абсентом и лимоном торжественно забрался на стол и уже открыл рот для произнесения тоста.
— Да лучше бы ты уж вообще не рождался, дефектный! Кому нужен такой брат! — да, разобрались сами. Бен так и остался стоять с открытым ртом и поднятым стаканом. Всеобщее веселье замерло. Это точно был голос Льюиса. Что там происходит? Спустя несколько минут хлопнула входная дверь, а затем Смертоносный Лью, на ходу обматывая шею чёрно-белым полосатым шарфом с криками пронёсся мимо гостиной, где проходила вечеринка.
— Джефф, подожди! Вернись! — проорал парень куда-то в темноту, выскочив на улицу и точно так же хлопнув дверью. Только бы догнать! Успеть, пока Джефф не натворил глупостей!
— Да, Сленди, вот тебе и «сами разберутся», — Оффендермен отставил стакан с напитком в сторону и начал натягивать свой плащ, который уже давно был снят.
— Ты куда?
— Этих двоих мирить надо, пока дел не наворотили.
Джейн давно сидела в полной тишине. Её уши настолько отвыкли от звуков, что с огромного расстояния она вполне могла различить чужие разговоры. Цифровой код от замка камеры, где Аркенсоу была заточена, ей был известен давно — услышала, как на первом этаже Джек говорил его кому-то, кто приносил ей еду.
Страница 1 из 11
