Хотели проду к Darning L? Вот вам прода! Как мы уже знаем, Джефф просто победитель по жизни — вместо собственного дефектного сердца получил механическое, тоже дефектное. Джейн сумела сбежать и жаждет мести. Почему бы и не воспользоваться ссорой Лью и Джеффа?
Добавить в моё избранное
39 мин, 20 сек 7777
Это был своеобразный ежевечерний ритуал, без которого парень не мог заснуть. Выйти на балкон, выкурить три или четыре сигареты, обязательно затушив окурки о собственные запястья, вернуться в комнату, достать из шкафа вешалку с Джеффа и сесть на кровать, стискивая в руках предмет одежды. Так было легче. Так казалось, что братик рядом.
Первое время Лью вообще не реагировал ни на что. Просто лежал на кровати и смотрел в одно точку. Дошло до полного истощения ресурсов организма, и Джеку пришлось вводить ему глюкозу и жидкость внутривенно. Первое потрясение прошло, и Вудс начал потихоньку оправляться. Сначала он нашёл утешение в алкоголе и компании КагеКао. Затем парень начал воровать у Маски героин. Тим быстро заметил это, зависимость Лью пока что не была сильной, удалось отучить. Сошлись на том, что можно позволить ему курить. Теперь Лью за день обязательно выкуривал не меньше десяти сигарет.
Странно, но ткань толстовки всегда была мягкой и тёплой, как будто Джефф только что снял её и небрежно швырнул на стул, а Льюис, полушутливо ворча, взял её чтобы аккуратно сложить. Когда становилось совсем невмоготу, крипи сбрасывал свою одежду и надевал худи покойного брата на голое тело. Толстовка была до жути маленькой и жала везде, где только можно — куплена была для четырнадцатилетнего парня, хоть и на вырост. Даже Джеффу она уже была маловата, а Лью ведь всегда был крупнее младшего брата. Давление растянутой ткани на кожу, такой мягкой и тёплой, всё ещё пахнущей кровью, было похоже на объятия. Как будто братик обнимает со спины…
Лью почувствовал нежное прикосновение к своей мокрой от слёз щеке. Чьи-то пальцы осторожно вытирали его слёзы. Такие холодные… У брата почти всегда были холодные руки… Горло снова сжимает спазм, хочется разрыдаться.
— Тише-тише… Всё хорошо… — шепчет кто-то над ухом, обнимая содрогающееся от плача тело. Лью не верит в то, что слышит. Но в сердце разгорается маленький-маленький огонёк надежды. А вдруг всё же чудеса возможны? Парень несмело поднимает голову и смотрит на припозднившегося гостя.
Джефф сидит напротив, поджав под себя ноги и максимально растягивает свою вечную улыбку. Но ведь он мёртв! Безглазый впустую потратил двадцать минут реанимационных действий, что было уже бесполезно. Густо-фиолетовые отпечатки ладоней на шее слишком уж явно говорили о летальном исходе. Тело похоронили как положено… Но он здесь, сидит рядом, одетый в красную рубашку и чёрные классические брюки, в которых был похоронен. Всё та же улыбка, те же глаза без век, та же сожжённая белая кожа, грубая и неровная из-за шрамов.
— Не плачь, — В ответ Льюис бросается на брата и обнимает так, что рёбра чуть ли не трещат.
— Джефф… Прости меня, пожалуйста… Какое счастье! Я больше никогда не допущу, чтобы с тобой что-то случилось!
— Лью, успокойся. Обещаю, что больше никогда никуда от тебя не уйду.
— Он всё же тронулся, — медленно, чуть растягивая гласные, произнёс Худи, из-за угла посматривая на абсолютно счастливого Лью.
— Хочу заметить, это неудивительно. Не думал, что простыми мальборо можно укуриться до зелёных чертей, — Тим задумчиво постучал по маске там, где была нижняя губа. Двое крипи вернулись поздно ночью, вошли в дом тихо, чтобы никого не разбудить, и застали поразительную картину.
Лью сидел за кухонным столом, включив лампу над раковиной, самый слабый источник освещения. На столе стояли две чашки с чаем. Лью периодически отхлёбывал из одной, вторая просто стояла на месте. Иногда крипи, размахивая руками, попадал краем рукава в чашку и её содержимое расплёскивалось. Лью говорил с воздухом, счастливо улыбаясь.
У Маски и Худи появилось одинаковое желание звать Слендера, или хотя бы Безглазого. И искать успокоительное. Не с проста их друг ни с того ни с сего устроил ночное чаепитие с воображаемым собеседником. Явно крыша помахала шифером и улетела на блинах в далёкие дали воровать помидоры. Ребята пока что стояли в темноте и оставались невидимыми для Вудса. Худи собрался было сделать первый шаг в сторону друга, чтобы на всякий случай обездвижить, но был остановлен рукой Тима.
— Смотри. Что это? — Лью резко встал и обнял пустое пространство. Воздух начал слегка рябить, будто бы нагреваемый. Постепенно начал сформировываться нечёткий бледный полупрозрачный силуэт. Наконец, фантом приобрёл определённый вид, повернул голову в сторону Маски и Худи. Белое лицо, чёрные волосы, алая полоса улыбки на щеках… Призрак приложил палец к губам и исчез. Льюис продолжал обнимать пустоту
Первое время Лью вообще не реагировал ни на что. Просто лежал на кровати и смотрел в одно точку. Дошло до полного истощения ресурсов организма, и Джеку пришлось вводить ему глюкозу и жидкость внутривенно. Первое потрясение прошло, и Вудс начал потихоньку оправляться. Сначала он нашёл утешение в алкоголе и компании КагеКао. Затем парень начал воровать у Маски героин. Тим быстро заметил это, зависимость Лью пока что не была сильной, удалось отучить. Сошлись на том, что можно позволить ему курить. Теперь Лью за день обязательно выкуривал не меньше десяти сигарет.
Странно, но ткань толстовки всегда была мягкой и тёплой, как будто Джефф только что снял её и небрежно швырнул на стул, а Льюис, полушутливо ворча, взял её чтобы аккуратно сложить. Когда становилось совсем невмоготу, крипи сбрасывал свою одежду и надевал худи покойного брата на голое тело. Толстовка была до жути маленькой и жала везде, где только можно — куплена была для четырнадцатилетнего парня, хоть и на вырост. Даже Джеффу она уже была маловата, а Лью ведь всегда был крупнее младшего брата. Давление растянутой ткани на кожу, такой мягкой и тёплой, всё ещё пахнущей кровью, было похоже на объятия. Как будто братик обнимает со спины…
Лью почувствовал нежное прикосновение к своей мокрой от слёз щеке. Чьи-то пальцы осторожно вытирали его слёзы. Такие холодные… У брата почти всегда были холодные руки… Горло снова сжимает спазм, хочется разрыдаться.
— Тише-тише… Всё хорошо… — шепчет кто-то над ухом, обнимая содрогающееся от плача тело. Лью не верит в то, что слышит. Но в сердце разгорается маленький-маленький огонёк надежды. А вдруг всё же чудеса возможны? Парень несмело поднимает голову и смотрит на припозднившегося гостя.
Джефф сидит напротив, поджав под себя ноги и максимально растягивает свою вечную улыбку. Но ведь он мёртв! Безглазый впустую потратил двадцать минут реанимационных действий, что было уже бесполезно. Густо-фиолетовые отпечатки ладоней на шее слишком уж явно говорили о летальном исходе. Тело похоронили как положено… Но он здесь, сидит рядом, одетый в красную рубашку и чёрные классические брюки, в которых был похоронен. Всё та же улыбка, те же глаза без век, та же сожжённая белая кожа, грубая и неровная из-за шрамов.
— Не плачь, — В ответ Льюис бросается на брата и обнимает так, что рёбра чуть ли не трещат.
— Джефф… Прости меня, пожалуйста… Какое счастье! Я больше никогда не допущу, чтобы с тобой что-то случилось!
— Лью, успокойся. Обещаю, что больше никогда никуда от тебя не уйду.
— Он всё же тронулся, — медленно, чуть растягивая гласные, произнёс Худи, из-за угла посматривая на абсолютно счастливого Лью.
— Хочу заметить, это неудивительно. Не думал, что простыми мальборо можно укуриться до зелёных чертей, — Тим задумчиво постучал по маске там, где была нижняя губа. Двое крипи вернулись поздно ночью, вошли в дом тихо, чтобы никого не разбудить, и застали поразительную картину.
Лью сидел за кухонным столом, включив лампу над раковиной, самый слабый источник освещения. На столе стояли две чашки с чаем. Лью периодически отхлёбывал из одной, вторая просто стояла на месте. Иногда крипи, размахивая руками, попадал краем рукава в чашку и её содержимое расплёскивалось. Лью говорил с воздухом, счастливо улыбаясь.
У Маски и Худи появилось одинаковое желание звать Слендера, или хотя бы Безглазого. И искать успокоительное. Не с проста их друг ни с того ни с сего устроил ночное чаепитие с воображаемым собеседником. Явно крыша помахала шифером и улетела на блинах в далёкие дали воровать помидоры. Ребята пока что стояли в темноте и оставались невидимыми для Вудса. Худи собрался было сделать первый шаг в сторону друга, чтобы на всякий случай обездвижить, но был остановлен рукой Тима.
— Смотри. Что это? — Лью резко встал и обнял пустое пространство. Воздух начал слегка рябить, будто бы нагреваемый. Постепенно начал сформировываться нечёткий бледный полупрозрачный силуэт. Наконец, фантом приобрёл определённый вид, повернул голову в сторону Маски и Худи. Белое лицо, чёрные волосы, алая полоса улыбки на щеках… Призрак приложил палец к губам и исчез. Льюис продолжал обнимать пустоту
Страница 11 из 11
