Фандом: Гарри Поттер. Одиннадцать лет спустя после событий, описываемых в первой части, Северуса назначают профессором в Хогвартс, надеясь, что хотя бы он справится с малолетними бандитами и не даст им разрушить замок.
Добавить в моё избранное
178 мин, 43 сек 10590
Но нахальный Блэк, всунул ему в руки пакет с колдографиями и достав с камина бутылку вина, по-хозяйски расположился в кресле.
— Зацени кадры! Этот Криви далеко пойдет. Я планирую познакомить его с Филом.
— Зачем?
— Ну как же? Всем нужен талантливый колдограф, а мы вырастим своего сами, — Блэк одним глотком осушил бокал и деловито поинтересовался: — А ты что такой неприветливый?
— А не пошел бы ты…
— И несколько хамоватый… но мне нравится!
Блэк довольно улыбнулся и принялся раскачиваться в тяжелом кресле. Как ему это удавалось? Решив реагировать на незваного гостя как можно меньше, Северус принялся разглядывать колдографии. Изредка он чувствовал на себе косые взгляды, но делал вид, что не замечает. Желая похвастаться, Блэк вложил в пакет несколько колдографий собственной дуэли с Флитвиком. Северус с интересом разглядывал их, взяв так, чтобы Блэк не видел изображений. Конечно же, тот выбрал самые удачные снимки, но нельзя было отрицать очевидного — Блэк был хорош. Если бы его надо было охарактеризовать одним словом, то Северус бы выбрал слово «жадный». Он жил без оглядки, жадно радуясь каждой прожитой минуте, словно торопился не успеть. Он жадно дышал, ел и пил. Жадно любил… Северус чувствовал, как у него горят уши, и радовался, что они надежно скрыты завесой волос. Жадные ласки он тоже вспомнил и порадовался, что неясное томление так и не вылилось в острое возбуждение, с которым бы он точно не знал, что делать.
— Нравится?
Блэк, как всегда, застал врасплох.
— Что?
— Моя манера дуэли? Руку мне ставил дядюшка Альфард. Тот еще был дуэлянт и повеса.
— Как и ты.
— Не… мне до него далеко. В один год к его матери приходили подряд родители восьми беременных ведьм с требованиями сатисфакции. Забавно то, что сами ведьмы были всем довольны…
— Ты просто не по этой части. Забавно было бы, если бы к миссис Блэк пришли гневные отцы беременных магов.
— А что? Знаешь, я всегда мечтал переплюнуть своего дядюшку, — Блэк выпил еще вина и развеселился, — представляю, как бы орала моя матушка… а ведь предполагается, что леди и слов-то таких не знают.
Северус теперь уже просто делал вид, что разглядывает колдографии, только бы не выдать того, что разговор ему начал доставлять удовольствие. Блэк, при всех своих недостатках, умел отвлечь от любой проблемы… так было и в школе… было! Северус взял бокал и налил себе вина, почему-то ощутив сильную жажду. А Блэк тем временем сменил тему:
— Ты-то сам что думаешь про надпись и кошку?
— Надпись — вполне может оказаться обычным хулиганством, а вот чары на кошке…
— На что похожи?
— В том-то и дело, что не могу понять. Магия очень темная и какая-то древняя.
— Ты и такое чувствуешь?
— А ты нет?
— И я чувствую… но впервые я такое ощутил, когда принял Род, а ты-то…
— А я-то безродный…
— Нет, Снейп, ты просто талантливый… и где только такому научился?
— Книжки читал… — Северуса вдруг осенило: — Слушай, Блэк, ты же не избавился от своей библиотеки?
— Обижаешь…
— Тебя обидишь! Пустишь поработать?
— Разумеется. Считай, что у тебя абонемент. Только подумай, чем платить будешь.
— Разумеется, ничем.
— Даже не могу представить себе такого варианта собственного бескорыстия.
— А ты постарайся…
Блэк поперхнулся воздухом.
— Сволочь ты, Снейп… памятливая.
— Так что там с библиотекой?
— Выбирай любое удобное время.
— А с оплатой?
— Черт с тобой! Пользуйся моей добротой. Только я тоже участвую в поисках.
— Куда же без тебя?
Блэк почему-то смутился и заторопился уйти, наскоро попрощавшись. А Северус остался пить вино и разглядывать колдографии, выбирая, какую из них поставить в рамочку на каминную полку в память о победе над Квирреллом. Снимки, где Сириус, картинно улыбаясь, теснит Флитвика, он решил убрать подальше… просто подальше… от греха подальше.
Темпус показал скорое начало факультатива, и Северус, поправляя мантию, задержался перед зеркалом. Собственный взгляд показался ему немного безумным. Бросив взгляд в кресло, на котором сидел Блэк, он заметил у самой его ножки темно-зеленую шелковую ленту для волос. Ту самую, что носил Люциус… ту самую, что он снял с него всего несколько дней назад… Как же давно это было! В другой жизни…
Новый день не принес ни бодрости, ни приятных ожиданий. К утру действие зелья выветрилось, и Северус мучительно долго пытался подоткнуть одеяло под отсутствующего любовника. Обрывки снов были невыносимо жаркими, а подступившая горечь — отчаянно тошнотворной. Северус попытался смыть с себя воспоминания и, стоя у зеркала, долго убеждал себя в том, что всегда любил одиночество. Выходило плохо — жизнь с Люциусом его избаловала.
— Зацени кадры! Этот Криви далеко пойдет. Я планирую познакомить его с Филом.
— Зачем?
— Ну как же? Всем нужен талантливый колдограф, а мы вырастим своего сами, — Блэк одним глотком осушил бокал и деловито поинтересовался: — А ты что такой неприветливый?
— А не пошел бы ты…
— И несколько хамоватый… но мне нравится!
Блэк довольно улыбнулся и принялся раскачиваться в тяжелом кресле. Как ему это удавалось? Решив реагировать на незваного гостя как можно меньше, Северус принялся разглядывать колдографии. Изредка он чувствовал на себе косые взгляды, но делал вид, что не замечает. Желая похвастаться, Блэк вложил в пакет несколько колдографий собственной дуэли с Флитвиком. Северус с интересом разглядывал их, взяв так, чтобы Блэк не видел изображений. Конечно же, тот выбрал самые удачные снимки, но нельзя было отрицать очевидного — Блэк был хорош. Если бы его надо было охарактеризовать одним словом, то Северус бы выбрал слово «жадный». Он жил без оглядки, жадно радуясь каждой прожитой минуте, словно торопился не успеть. Он жадно дышал, ел и пил. Жадно любил… Северус чувствовал, как у него горят уши, и радовался, что они надежно скрыты завесой волос. Жадные ласки он тоже вспомнил и порадовался, что неясное томление так и не вылилось в острое возбуждение, с которым бы он точно не знал, что делать.
— Нравится?
Блэк, как всегда, застал врасплох.
— Что?
— Моя манера дуэли? Руку мне ставил дядюшка Альфард. Тот еще был дуэлянт и повеса.
— Как и ты.
— Не… мне до него далеко. В один год к его матери приходили подряд родители восьми беременных ведьм с требованиями сатисфакции. Забавно то, что сами ведьмы были всем довольны…
— Ты просто не по этой части. Забавно было бы, если бы к миссис Блэк пришли гневные отцы беременных магов.
— А что? Знаешь, я всегда мечтал переплюнуть своего дядюшку, — Блэк выпил еще вина и развеселился, — представляю, как бы орала моя матушка… а ведь предполагается, что леди и слов-то таких не знают.
Северус теперь уже просто делал вид, что разглядывает колдографии, только бы не выдать того, что разговор ему начал доставлять удовольствие. Блэк, при всех своих недостатках, умел отвлечь от любой проблемы… так было и в школе… было! Северус взял бокал и налил себе вина, почему-то ощутив сильную жажду. А Блэк тем временем сменил тему:
— Ты-то сам что думаешь про надпись и кошку?
— Надпись — вполне может оказаться обычным хулиганством, а вот чары на кошке…
— На что похожи?
— В том-то и дело, что не могу понять. Магия очень темная и какая-то древняя.
— Ты и такое чувствуешь?
— А ты нет?
— И я чувствую… но впервые я такое ощутил, когда принял Род, а ты-то…
— А я-то безродный…
— Нет, Снейп, ты просто талантливый… и где только такому научился?
— Книжки читал… — Северуса вдруг осенило: — Слушай, Блэк, ты же не избавился от своей библиотеки?
— Обижаешь…
— Тебя обидишь! Пустишь поработать?
— Разумеется. Считай, что у тебя абонемент. Только подумай, чем платить будешь.
— Разумеется, ничем.
— Даже не могу представить себе такого варианта собственного бескорыстия.
— А ты постарайся…
Блэк поперхнулся воздухом.
— Сволочь ты, Снейп… памятливая.
— Так что там с библиотекой?
— Выбирай любое удобное время.
— А с оплатой?
— Черт с тобой! Пользуйся моей добротой. Только я тоже участвую в поисках.
— Куда же без тебя?
Блэк почему-то смутился и заторопился уйти, наскоро попрощавшись. А Северус остался пить вино и разглядывать колдографии, выбирая, какую из них поставить в рамочку на каминную полку в память о победе над Квирреллом. Снимки, где Сириус, картинно улыбаясь, теснит Флитвика, он решил убрать подальше… просто подальше… от греха подальше.
Темпус показал скорое начало факультатива, и Северус, поправляя мантию, задержался перед зеркалом. Собственный взгляд показался ему немного безумным. Бросив взгляд в кресло, на котором сидел Блэк, он заметил у самой его ножки темно-зеленую шелковую ленту для волос. Ту самую, что носил Люциус… ту самую, что он снял с него всего несколько дней назад… Как же давно это было! В другой жизни…
Новый день не принес ни бодрости, ни приятных ожиданий. К утру действие зелья выветрилось, и Северус мучительно долго пытался подоткнуть одеяло под отсутствующего любовника. Обрывки снов были невыносимо жаркими, а подступившая горечь — отчаянно тошнотворной. Северус попытался смыть с себя воспоминания и, стоя у зеркала, долго убеждал себя в том, что всегда любил одиночество. Выходило плохо — жизнь с Люциусом его избаловала.
Страница 23 из 52
