Фандом: Ориджиналы. Наемник Даррен, вор Салех, эльфийский принц Леандор и Темная Эльфийка-чародейка Ирайа. Они были соперниками в стремлении овладеть великой силой. И сила эта досталась им… одна на четверых. Но мир жесток, он не признает таких компромиссов; четыре охотника за Сердцем Таэраны стали изгоями и отверженными для своих народов. И теперь они вынуждены спасаться от этого мира… и спасать этот мир, как ни странно, тоже.
Добавить в моё избранное
156 мин, 52 сек 1457
Надо сказать, что короткая стычка (не говоря уж про ее исход) приободрила четверых товарищей по несчастью. Ведь эта кучка неудачников и изгоев впервые попробовала действовать заодно, как сплоченная команда. И попытка эта удалась.
— Коллеги, — начал свое выступление Магистр Ольгерд и по обыкновению сразу перешел к делу, — я намерен обсудить с вами вопрос… ультиматума. Ультиматума Рах-Навазу, если быть точным.
Услышав слово «ультиматум» первый раз, члены Коллегии Серого Ордена тревожно зашептали и забормотали; почти сразу их голоса слились в один робкий шелестящий хор. Когда же в связке с роковым словом прозвучало имя Города Магов, шелест начал стремительно перерастать в гул. Магистр поймал несколько взглядов, взиравших на него как на умалишенного.
Однако сам Ольгерд остался невозмутимым.
— Я не оговорился и не сошел с ума, коллеги, — произнес он предельно спокойным тоном, — хоть от имени Грейпорта, хоть от собственного имени — но мы должны потребовать у магов выдачи участников недавних событий вокруг Сердца Таэраны. Я говорю о Леандоре, сыне хвиэльского короля Сириния; о чародейке Ирайе из клана Морандора, о ее сообщнике, наемнике-человеке Даррене и наконец о воре Салехе аль-Касиме. Потребовать выдачи… именно потребовать, а не попросить. И добиться выполнения этих требований.
— Прошу прощения, — сухо молвила с места стратег Долабелла, — насколько нам всем известно, Сердце Таэраны уничтожено, причем уничтожено самими охотниками на него. В силу их собственной глупости. И вместе с Сердцем уничтожена угроза равновесию. Так не объясните ли, Магистр, какой смысл нам добиваться выдачи этих людей… и эльфов? Коли уж все закончилось?
— Вы ошибаетесь, стратег Долабелла, — голос Ольгерда прозвучал с некоторой укоризной, — уничтожено не Сердце, а его бренная металлическая оболочка. Творение мастера Хругнира… А вот та изначальная сущность, что содержалась внутри нее… она просто поменяла место пребывания. Проще говоря, переселилась в этих четверых.
Так что смею заверить вас, а также всех собравшихся: угроза равновесию не только не миновала — она возросла. Ведь покуда Сердце было заковано в металл, пока мирно покоилось во дворце Архимага — сила, сокрытая в нем, никому не была опасна. Металл, знаете ли, не умеет ходить, не говоря уж о том, чтобы принимать самостоятельные решения. Даже если это металл из гномьих горнов.
Теперь же… чтобы всем было ясно, я объясню произошедшее так. Представьте, что Сердце Таэраны… научилось ходить. Само. Это будет недалеко от истины. Оно обрело даже не одно, а целых четыре вместилища, которые есть не только живые, но и разумные существа. Да, они еще не осознали полученную ими силу и не в полной мере способны пользоваться ей. Но это лишь пока, коллеги. Рано или поздно они и осознают, и научаться использовать… и используют силу Сердца в чьих-либо интересах. Не так важно в чьих; важно, что оставлять носителей такой мощи на свободе — значит заранее вынести миру смертный приговор.
Собрание обескуражено притихло. Примерно с минуту Ольгерд обозревал членов Коллегии Ордена, лишь молчаливо переглядывавшихся и не знавших, что возразить. Затем из-за стола поднялся стратег Томас — тот самый, под чьим руководством воины Ордена безуспешно охотились на Ирайу.
— Начну с того… и не для кого не секрет, что ни Ордену, ни всему Грейпорту нечем грозить столь внушительной силе, как маги.
Голос стратега звучал недобро и угрожающе. Выражение лица тоже отнюдь не свидетельствовало об одобрении предложений Магистра.
— … у города нет военного флота — только каперская эскадра. У города нет армии — поскольку нет соседей, с которыми Грейпорту выгоднее воевать, чем торговать. А воины Ордена вкупе с каперской эскадрой — это, право же, слишком мало, чтобы напугать хозяев Рах-Наваза. Да будет вам известно, Магистр, что магам достанет сил не только потопить эскадру; они и весь Грейпорт обратят в руины, если понадобится.
Это первое. Второе. Подобные вопросы, если вы забыли, не в компетенции Ордена. Не надо путать Орден с городскими властями. И хотя новый бургомистр относится к нам с предельной лояльностью… стоит ли испытывать ее на прочность? Боюсь, что даже лояльная Ратуша не решится на тот шаг, какой предлагает почтенный Магистр.
Третье. Совершенно непонятно, в каких таких интересах могут действовать эти четверо. Они представляют слишком разные народы: тут и Темные Эльфы, и Светлые Эльфы, и кочевники юго-западной пустыни. А Даррен, насколько нам известно, выходец из владений Белых Рыцарей.
Так на чью сторону, из вышеперечисленных, может встать наша четверка? Мой ответ: ни на чью. Любой вариант может быть поддержан только кем-то одним из четырех и решительно отвергнут остальными. Действовать же каждый порознь они, скорее всего, не смогут. Либо утратят приобретенную силу — либо и вовсе погибнут.
Четвертое. Как Магистр вообще представляет себе эту передачу?
— Коллеги, — начал свое выступление Магистр Ольгерд и по обыкновению сразу перешел к делу, — я намерен обсудить с вами вопрос… ультиматума. Ультиматума Рах-Навазу, если быть точным.
Услышав слово «ультиматум» первый раз, члены Коллегии Серого Ордена тревожно зашептали и забормотали; почти сразу их голоса слились в один робкий шелестящий хор. Когда же в связке с роковым словом прозвучало имя Города Магов, шелест начал стремительно перерастать в гул. Магистр поймал несколько взглядов, взиравших на него как на умалишенного.
Однако сам Ольгерд остался невозмутимым.
— Я не оговорился и не сошел с ума, коллеги, — произнес он предельно спокойным тоном, — хоть от имени Грейпорта, хоть от собственного имени — но мы должны потребовать у магов выдачи участников недавних событий вокруг Сердца Таэраны. Я говорю о Леандоре, сыне хвиэльского короля Сириния; о чародейке Ирайе из клана Морандора, о ее сообщнике, наемнике-человеке Даррене и наконец о воре Салехе аль-Касиме. Потребовать выдачи… именно потребовать, а не попросить. И добиться выполнения этих требований.
— Прошу прощения, — сухо молвила с места стратег Долабелла, — насколько нам всем известно, Сердце Таэраны уничтожено, причем уничтожено самими охотниками на него. В силу их собственной глупости. И вместе с Сердцем уничтожена угроза равновесию. Так не объясните ли, Магистр, какой смысл нам добиваться выдачи этих людей… и эльфов? Коли уж все закончилось?
— Вы ошибаетесь, стратег Долабелла, — голос Ольгерда прозвучал с некоторой укоризной, — уничтожено не Сердце, а его бренная металлическая оболочка. Творение мастера Хругнира… А вот та изначальная сущность, что содержалась внутри нее… она просто поменяла место пребывания. Проще говоря, переселилась в этих четверых.
Так что смею заверить вас, а также всех собравшихся: угроза равновесию не только не миновала — она возросла. Ведь покуда Сердце было заковано в металл, пока мирно покоилось во дворце Архимага — сила, сокрытая в нем, никому не была опасна. Металл, знаете ли, не умеет ходить, не говоря уж о том, чтобы принимать самостоятельные решения. Даже если это металл из гномьих горнов.
Теперь же… чтобы всем было ясно, я объясню произошедшее так. Представьте, что Сердце Таэраны… научилось ходить. Само. Это будет недалеко от истины. Оно обрело даже не одно, а целых четыре вместилища, которые есть не только живые, но и разумные существа. Да, они еще не осознали полученную ими силу и не в полной мере способны пользоваться ей. Но это лишь пока, коллеги. Рано или поздно они и осознают, и научаться использовать… и используют силу Сердца в чьих-либо интересах. Не так важно в чьих; важно, что оставлять носителей такой мощи на свободе — значит заранее вынести миру смертный приговор.
Собрание обескуражено притихло. Примерно с минуту Ольгерд обозревал членов Коллегии Ордена, лишь молчаливо переглядывавшихся и не знавших, что возразить. Затем из-за стола поднялся стратег Томас — тот самый, под чьим руководством воины Ордена безуспешно охотились на Ирайу.
— Начну с того… и не для кого не секрет, что ни Ордену, ни всему Грейпорту нечем грозить столь внушительной силе, как маги.
Голос стратега звучал недобро и угрожающе. Выражение лица тоже отнюдь не свидетельствовало об одобрении предложений Магистра.
— … у города нет военного флота — только каперская эскадра. У города нет армии — поскольку нет соседей, с которыми Грейпорту выгоднее воевать, чем торговать. А воины Ордена вкупе с каперской эскадрой — это, право же, слишком мало, чтобы напугать хозяев Рах-Наваза. Да будет вам известно, Магистр, что магам достанет сил не только потопить эскадру; они и весь Грейпорт обратят в руины, если понадобится.
Это первое. Второе. Подобные вопросы, если вы забыли, не в компетенции Ордена. Не надо путать Орден с городскими властями. И хотя новый бургомистр относится к нам с предельной лояльностью… стоит ли испытывать ее на прочность? Боюсь, что даже лояльная Ратуша не решится на тот шаг, какой предлагает почтенный Магистр.
Третье. Совершенно непонятно, в каких таких интересах могут действовать эти четверо. Они представляют слишком разные народы: тут и Темные Эльфы, и Светлые Эльфы, и кочевники юго-западной пустыни. А Даррен, насколько нам известно, выходец из владений Белых Рыцарей.
Так на чью сторону, из вышеперечисленных, может встать наша четверка? Мой ответ: ни на чью. Любой вариант может быть поддержан только кем-то одним из четырех и решительно отвергнут остальными. Действовать же каждый порознь они, скорее всего, не смогут. Либо утратят приобретенную силу — либо и вовсе погибнут.
Четвертое. Как Магистр вообще представляет себе эту передачу?
Страница 3 из 44
