Фандом: Ориджиналы. Наемник Даррен, вор Салех, эльфийский принц Леандор и Темная Эльфийка-чародейка Ирайа. Они были соперниками в стремлении овладеть великой силой. И сила эта досталась им… одна на четверых. Но мир жесток, он не признает таких компромиссов; четыре охотника за Сердцем Таэраны стали изгоями и отверженными для своих народов. И теперь они вынуждены спасаться от этого мира… и спасать этот мир, как ни странно, тоже.
Добавить в моё избранное
156 мин, 52 сек 1534
Само собой разумеется, мост через Сой-Бранг был построен отнюдь не для удобства захожих путешественников… ну или, по крайней мере, не только для их удобства. На другой стороне реки находились три здоровенных орка, подрядившихся собирать со всех проходящих дань. Впрочем, здоровенными эти трое оказались только с виду; чтобы убрать их с дороги, хватило одного лишь вскрика Ирайи.
За Сой-Брангом Даррена, Ирайу, Леандора и Салеха ждали Горы Хаоса. Так, видимо с подачи какого-то поэта, был наречен остаток древнего горного хребта, ныне почти сточившийся под дождями и ветрами. Теперь он жался к гораздо более могучей и почти не проходимой цепи Пограничных Гор, пересекавших материк с юга на север — от Гагома до самой Темной Долины. Что находилось по ту сторону Пограничных Гор — никто достоверно не знал; зато легенд и баек про «запредельные земли» было придумана уйма. И одна слыла завиральней другой.
Горы Хаоса же, напротив, несмотря на красочное название, выглядели не слишком внушительно. И едва ли действительно имели отношение к тому Хаосу, о котором говорил Архимаг. Знамениты же эти горы были тем, что именно среди них располагался Дрекикх — твердыня Дибладрона, самозваного короля орков. А также крупнейший в Таэране невольничий рынок.
В остальном же переход через Горы Хаоса был немногим труднее, чем путь по равнине. Здесь не было крутых склонов, обрывов или острых скал — зато вдоволь хватало натоптанных троп. Правда, в этих горах было удобно устраивать засады, но опасения путников на этот счет не подтвердились. Засада на их пути встретилась всего одна и была поставлена столь неуклюже, что закончилась плачевно — для самих, устроивших ее, орков.
А потом Горы Хаоса остались позади и на пути четверки беглецов встали болота Нев-Талара. Обиталище так называемой дикой нежити — то есть нежити неразумной и не покорной воле некроманта… однако оттого не менее опасной. Когда-то в землях Нев-Талара пало немало имперских воинов; к своему несчастью, они так и не обрели покой в этом, зараженном Тьмой, месте. Вдобавок, ряды дикой нежити продолжали пополняться — главным образом, за счет незадачливых путешественников.
Впрочем, нежить-то как раз беспокоила путников мало; сладить с нею получалось даже легче, чем с орками. Зато Даррена с каждым днем все больше беспокоило поведение спутников… вернее, перемена в их поведении. Леандор, Салех и Ирайа становились с каждым днем все более мрачными, сосредоточенными и молчаливыми. Разговоры на привале, смакование своих новых возможностей — все это постепенно сошло на нет. И главное: с тупым упорством, достойным плугового быка, эти трое двигались именно к Темной Долине — напрочь забыв про изначальную цель пути.
А Даррен помнил — и все больше понимал происходящее. Вот только сколько-нибудь помешать, воспрепятствовать своим спутникам он был не в силах. Убеждения же на эльфов и бывшего вора не действовали; они просто не желали слушать ничьих слов. Не мог Даррен и уйти… не мог, сам не зная, почему.
… А тем временем по следам четверки беглецов неотступно следовал стратег Томас. Следовал с не меньшим упорством, даром что разум и способность мыслить вроде бы не потерял. А остатки отряда «серых плащей» тем временем таяли на глазах. Один из воинов, сопровождавших Томаса, погиб в стычке в Гагоме, еще двое получили тяжелые ранены в Горах Хаоса. Стратег был вынужден оставить их умирать… как затем и своего коня, не выдержавшего трудной и опасной дороги. На исходе были запасы пищи, стратег Томас пробавлялся чем придется — но все равно с упорством шел по следам опасной четверки.
Устремился на восток и беглый Магистр Ольгерд. В новой, специально купленной карете… в которую он не забыл погрузить Тадора Летающего Кинжала. К тому времени охотник на нежить успел допиться до бесчувствия и был вывезен из Бартола ночью — вопреки собственной воле, и естественно, без всякого разрешения товарищей по труппе. Впрочем, когда Тадор очнулся, он не стал артачиться… а в душе, похоже, был даже рад предстоящему приключению.
Наконец, на след уже Ольгерда и Тадора вскоре напало сразу пять Темных Эльфов. Они принадлежали к тому клану, который не так давно возглавлялся Морандором… однако после его смерти перешел под начало чародейки Лийнары. Лаин незаметно как тени следовали за каретой беглого Магистра… однако предпринимать что-то действенное против него пока что не решались. Вернее, им было запрещено это делать.
Словно точки двигались по чьей-то карте — одна за другой и все в одну сторону. Очень скоро эта история должна была разрешиться… под стенами Хальванморка.
За Сой-Брангом Даррена, Ирайу, Леандора и Салеха ждали Горы Хаоса. Так, видимо с подачи какого-то поэта, был наречен остаток древнего горного хребта, ныне почти сточившийся под дождями и ветрами. Теперь он жался к гораздо более могучей и почти не проходимой цепи Пограничных Гор, пересекавших материк с юга на север — от Гагома до самой Темной Долины. Что находилось по ту сторону Пограничных Гор — никто достоверно не знал; зато легенд и баек про «запредельные земли» было придумана уйма. И одна слыла завиральней другой.
Горы Хаоса же, напротив, несмотря на красочное название, выглядели не слишком внушительно. И едва ли действительно имели отношение к тому Хаосу, о котором говорил Архимаг. Знамениты же эти горы были тем, что именно среди них располагался Дрекикх — твердыня Дибладрона, самозваного короля орков. А также крупнейший в Таэране невольничий рынок.
В остальном же переход через Горы Хаоса был немногим труднее, чем путь по равнине. Здесь не было крутых склонов, обрывов или острых скал — зато вдоволь хватало натоптанных троп. Правда, в этих горах было удобно устраивать засады, но опасения путников на этот счет не подтвердились. Засада на их пути встретилась всего одна и была поставлена столь неуклюже, что закончилась плачевно — для самих, устроивших ее, орков.
А потом Горы Хаоса остались позади и на пути четверки беглецов встали болота Нев-Талара. Обиталище так называемой дикой нежити — то есть нежити неразумной и не покорной воле некроманта… однако оттого не менее опасной. Когда-то в землях Нев-Талара пало немало имперских воинов; к своему несчастью, они так и не обрели покой в этом, зараженном Тьмой, месте. Вдобавок, ряды дикой нежити продолжали пополняться — главным образом, за счет незадачливых путешественников.
Впрочем, нежить-то как раз беспокоила путников мало; сладить с нею получалось даже легче, чем с орками. Зато Даррена с каждым днем все больше беспокоило поведение спутников… вернее, перемена в их поведении. Леандор, Салех и Ирайа становились с каждым днем все более мрачными, сосредоточенными и молчаливыми. Разговоры на привале, смакование своих новых возможностей — все это постепенно сошло на нет. И главное: с тупым упорством, достойным плугового быка, эти трое двигались именно к Темной Долине — напрочь забыв про изначальную цель пути.
А Даррен помнил — и все больше понимал происходящее. Вот только сколько-нибудь помешать, воспрепятствовать своим спутникам он был не в силах. Убеждения же на эльфов и бывшего вора не действовали; они просто не желали слушать ничьих слов. Не мог Даррен и уйти… не мог, сам не зная, почему.
… А тем временем по следам четверки беглецов неотступно следовал стратег Томас. Следовал с не меньшим упорством, даром что разум и способность мыслить вроде бы не потерял. А остатки отряда «серых плащей» тем временем таяли на глазах. Один из воинов, сопровождавших Томаса, погиб в стычке в Гагоме, еще двое получили тяжелые ранены в Горах Хаоса. Стратег был вынужден оставить их умирать… как затем и своего коня, не выдержавшего трудной и опасной дороги. На исходе были запасы пищи, стратег Томас пробавлялся чем придется — но все равно с упорством шел по следам опасной четверки.
Устремился на восток и беглый Магистр Ольгерд. В новой, специально купленной карете… в которую он не забыл погрузить Тадора Летающего Кинжала. К тому времени охотник на нежить успел допиться до бесчувствия и был вывезен из Бартола ночью — вопреки собственной воле, и естественно, без всякого разрешения товарищей по труппе. Впрочем, когда Тадор очнулся, он не стал артачиться… а в душе, похоже, был даже рад предстоящему приключению.
Наконец, на след уже Ольгерда и Тадора вскоре напало сразу пять Темных Эльфов. Они принадлежали к тому клану, который не так давно возглавлялся Морандором… однако после его смерти перешел под начало чародейки Лийнары. Лаин незаметно как тени следовали за каретой беглого Магистра… однако предпринимать что-то действенное против него пока что не решались. Вернее, им было запрещено это делать.
Словно точки двигались по чьей-то карте — одна за другой и все в одну сторону. Очень скоро эта история должна была разрешиться… под стенами Хальванморка.
Глава седьмая
Зарево холодного ядовито-зеленого огня пульсировало в руинах Хальванморка. Его было неплохо видно снаружи: через многочисленные проемы, а тем паче проломы в матово-черных стенах. Иногда вспышки выходили особенно яркими и оттого смотрелись необычайно жутко. А на многие мили при этом раскатывался грохот, равно похожий на шум ветра в трубах, на волчий вой и на раскат грома.
Страница 38 из 44
