Приручить…

К тридцати семи годам Вайс Ротберг начал завидовать Юргену — два омеги, один из которых сам Дитрих Шейн! Нет, он знал, что такие омеги — редкость, но вот нашлись же на него. Зато самому Вайсу Вселенная и Прародитель с Родителем так и не дали возможности вкусить прелести нормального брачного союза. Работа отнимала почти все силы и время, а жалкие остатки оных уходили на редкие встречи с детьми — двумя сорванцами, росшими под присмотром его родителей в пригороде. Давно прошло время, когда дома непрерывно находились омеги-няни, затем и гувернеры — перевезя детей, Вайс избавился от всех и на протяжении двух лет вкушал спокойствие и крепкий сон по ночам. Изредка, во время течки, пользовался услугами омег по вызову или обходился мимолетными знакомствами, тщательно предохраняясь — обрюхатить богатого альфу во все времена находились желающие. Вот только Вайсу вполне хватало своих двоих и вступать в партнерство из-за беременности он не собирался.

Очередное обыденное утро очередного дня ничем не отличалось от сотен предыдущих: будильник, зарядка, душ, плотный завтрак, новости в машине по дороге на работу, вопли Юргена на очередного секретаря…

— Что произошло? — Вайс поморщился от сладкого запаха секретаря — Лалы Старки, что уже неделю работал на Юргена. Лалу пропихнули по знакомству, постарался один из партнеров по бизнесу. Омежка был наивен, простодушен, но в противоположность этому весьма педантичен в работе с документами и намертво стоял, если до Юргена пытались добраться нежелательные посетители.

— Предупредил три дня назад: использовать блокатор запаха! — прорычал Юрген, ударив по столу кулаком. — Мне разборки с моими супругами не нужны! Два дня! Два дня ровно он его использовал! Сегодня приперся — все, как обычно! Цветник недоделанный!

— Так! — Вайс вклинился, пока Юрген прервался набрать воздуха в легкие для продолжения тирады. — Прекращай! Лала, вон отсюда и дуй в мой кабинет! Юрг, успокойся, Родителем прошу!

— У меня жопа до сих пор болит! — прошипел Юрген, со стоном опускаясь в кресло, как только закрылась дверь за Лалой. — А этот паскудник…

— Сам согласился на омегу, — Вайс хмыкнул, оглядев бледного Юргена. — Что, выдрали как следует?

— Вдвоем! — буркнул Юрген. — Сразу. Три дня подряд отыгрывались.

— Ух ты! И как? — не, Вайс не издевался, ему искренне хотелось знать. Добавить, так сказать, в копилочку очередной повод для зависти.

— Больно, — Юрген поморщился от воспоминаний. — Точнее, в процессе еще и круто, но потом только больно. Все больно: сидеть, ходить, лежать, срать! Последнее особенно неприятно. И ведь по-хорошему просил о блокаторе. А он? Соображалка есть, прямые приказы выполняет. Так какого рожна приперся опять без него?

— Хороший вопрос. Может, случилось чего, — Вайсу не слишком-то хотелось защищать проштрафившегося секретаря, но и отдавать на растерзание перед грядущим мероприятием было неразумно. Вот как пройдет, можно будет заменить.

— Выясни, — Юрген умоляюще глянул на него. — Вайс, если мне опять придется прощение жопой просить в такой форме, я же на работу вообще не выйду! Будешь один отдуваться!

— Ладно-ладно! — зам поднял руки. — Обойдемся без угроз! Рискни меня одного бросить на растерзание, уйду в отпуск! У меня за три года накопилось!

— Один-один, — Юрген слабо улыбнулся. — Иди. И чтоб он ко мне не приходил, пока воняет. Хедвиг Дитриха далеко не каждый день сопровождает — успокоить Шейна лично мне не всегда по силам, а на Лалу и его запах он реагирует моментальным бешенством.

— Бывает такое, — Вайс покивал. — У меня так папа отца ревновал. Главное, ни к кому больше, кроме соседа — зашел тот пару раз, попросил помочь мебель передвинуть. Сосед при этом альфой был, но запах… Вот не нравился папе и все тут!

— Даже так? Альфу к альфе? Бред! — Юрген недоверчиво прищурился, потирая ноющую поясницу.

— Бред. Но отцу доставалось, стоило папе учуять запах соседа. Представь — рядом постояли, покурили, потрепались минут пять — дома моментально скандал, — Вайс припомнил многочисленные склоки, благополучно закончившиеся, стоило ему переселить родителей в отдельный дом. — Сейчас тишь, благодать, романтика напропалую. Может, у Дитриха точно такое же?

— Ох уж эта биология-физиология! — с досадой согласился Юрген. — Ладно, урегулируй все с Лалой. Неплохо работает, но Дитрих скажет, придется увольнять. Когда же я найду-то идеального помощника, а?

— Когда-нибудь? — с иронией ответил Вайс, выходя прежде, чем Юрген успел вскипеть.

Всхлипывающий Лала сидел в уголочке приемной и ждал Вайса.

— Уволен? — прошептал он сквозь слезы, кинувшись к альфе.

— Пока нет, — вздохнул Вайс, потрепав омегу по голове. — Но накосячил ты нехило. Почему не в кабинете?

— Так я и вам там все провоняю! — Лала шмыгнул и судорожно закашлялся.

— И?

— Вдруг и вас приревнуют?