Фандом: Ориджиналы. Сложно быть одиноким отцом и привлекательным альфой — любят за деньги, а воспитывать чужих детей не желают. И пусть тело обходится мимолетными связями, душа-то требует любви и понимания.
Добавить в моё избранное
140 мин, 24 сек 14987
— Что за? — Анхель в отчаянии озирался.
— Проснулись, господин Рейнер? — альфа моментально оказался рядом. — Все хорошо, вас привезли господа Ротберг и Старки. Главврач на обходе, зайдет к вам примерно через полчаса. Как себя чувствуете? Хотите что-нибудь?
Анхель с недоумением воззрился на тараторящего альфу. Медбрат? Врач? Молодой симпатичный альфа, кареглазый, темноволосый, хорошо сложен. Белый халат, мягкий бейдж-наклейка на халате с именем, форменные зеленые брюки, смешные тапочки — все это отпечаталось в сознании словно на фотографии.
— Вы кто? — бета начал злиться. Его привезли, пока он спал — среди таблеток оказалось снотворное.
— Я? О, я ваш личный помощник на все время пребывания в клинике! — бодро отрапортовал альфа, помогая Анхелю приподняться и сесть. — Рант Ларго.
— Помимо меня больше не о ком заботиться? — лицо Анхеля перекосило от недовольства.
— Господин Ротберг очень о вас заботится, — уклонился от прямого ответа альфа. — А еще, к таким пациентам как вы, обычно прикрепляют персонального сопровождающего на все время пребывания.
— Все… время? — Анхель замер. — Это сколько?
— Пять дней. УЗИ, МРТ, анализы, осмотры, консультации, заключение комиссии, — альфа посчитал пульс, померял давление, осмотрел глаза и протянул растерянному от такого напора Анхелю небольшой стаканчик, в котором перекатывались таблетки и тут же второй — с водой.
— Что за таблетки? — Анхель беспомощно пытался идентифицировать то, что ему дали.
— Ваши антидепрессанты, — подтвердил альфа. — Пейте. Нам ни к чему срывы и перепады настроения в процессе лечения.
— В каком лечении? Я что — в психбольнице? — Анхель отдал пустые стаканы альфе. Как же его там? Ларго?
— В вашем, — тот поставил стаканы на тумбочку. — И нет, вы в отделении хирургии и трансплантологии Третьей больницы «Кост-клиник».
Название было знакомо Анхелю. Хотя бы из документов Лалы — это была сеть частных больниц, принадлежащих Костински. Исключительно для своих. Сторонних пациентов сюда брали за бешеные деньги или по особой договоренности. Интересно, в какую категорию попал он?
Главврач оказался копией Ларго — только более взрослой, седовласой и язвительной. Анхель, не выдержав, поинтересовался насчет родства и получил утвердительный ответ — да, Ларго действительно сын главврача. И нет, не медбрат, а вполне практикующий хирург. А то, что молодо выглядит — так это генетика, здоровый образ жизни и пока еще не замотанность регулярными сменами. И да, они могут позволить себе выделить целого хирурга в сопровождение — в случае необходимости Ларго подменят, а вот за Анхелем требуется присмотр квалифицированного врача.
Рант-старший умолчал о своем желании понаблюдать за Анхелем. Удостоверившись, что подопечный в порядке, спокоен и готов сотрудничать, ознакомил с графиком сдачи всех анализов и прохождения процедур.
— Вы еще по косточкам меня разберите! — проворчал Анхель, подписывая бланки.
— Дорогой вы мой, — бета поправил очки. — Если вам это поможет, то и разберу. Я удаляюсь — обход еще не завершен. Если что-то понадобится, Ларго к вашим услугам. Обед будет через пятнадцать минут. Потом прогулка, физиотерапия и первые исследования. Вечером отдохнете и поспите. Завтра утром начнем всю катавасию.
— Был бы толк, — Анхель с досадой откинулся на подушку.
— Вот и посмотрим — будет или нет, — добродушно улыбнулся врач. — С вашего позволения.
Вяло подумав, что антидепрессанты — великая вещь, Анхель покорно съел все, что ему принесли и позволил отвезти себя в парк на прогулку. Он еще дождется появления наглого альфы и выскажет ему все-все насчет такого самоуправства…
— Повторите.
Безэмоциональный голос альфы пугал почище ножа у горла. Главврач поежился, напомнил себе, что он сам ни в чем не виноват, а после сказанного, авось, не пострадает. Вайс Ротберг все же отличался вполне стабильным и спокойным характером в сочетании с повышенным самоконтролем, а потому, вздохнув, главврач повторил:
— Психогенный паралич. Или психосоматический, если так привычнее. Мы провели полный комплекс анализов и обследований, УЗИ, КТ, МРТ, рентгенографию, ЭЭГ, ЭНМГ. Сравните, — бета прошел к стене и включил свет, закрепил несколько снимков на экране.
— Видите? Ничего похожего на злокачественную опухоль, которая практически неоперабельная, как вам сказали! — тонкий кончик раздвижной указки очертил области на снимках, привлекая внимание к правому, на котором и в помине не было расплывчатого белесого пятна, что виднелся на соседнем. — Ничего общего. Можно было бы сослаться на чудо, что опухоль рассосалась по воле Родителя и Прародителя, но, как показывает практика, такие не исчезают сами собой. И вот здесь, — кончик указки вновь, — ничего. Абсолютно. Отсутствие следов перелома — они непременно были бы.
— Проснулись, господин Рейнер? — альфа моментально оказался рядом. — Все хорошо, вас привезли господа Ротберг и Старки. Главврач на обходе, зайдет к вам примерно через полчаса. Как себя чувствуете? Хотите что-нибудь?
Анхель с недоумением воззрился на тараторящего альфу. Медбрат? Врач? Молодой симпатичный альфа, кареглазый, темноволосый, хорошо сложен. Белый халат, мягкий бейдж-наклейка на халате с именем, форменные зеленые брюки, смешные тапочки — все это отпечаталось в сознании словно на фотографии.
— Вы кто? — бета начал злиться. Его привезли, пока он спал — среди таблеток оказалось снотворное.
— Я? О, я ваш личный помощник на все время пребывания в клинике! — бодро отрапортовал альфа, помогая Анхелю приподняться и сесть. — Рант Ларго.
— Помимо меня больше не о ком заботиться? — лицо Анхеля перекосило от недовольства.
— Господин Ротберг очень о вас заботится, — уклонился от прямого ответа альфа. — А еще, к таким пациентам как вы, обычно прикрепляют персонального сопровождающего на все время пребывания.
— Все… время? — Анхель замер. — Это сколько?
— Пять дней. УЗИ, МРТ, анализы, осмотры, консультации, заключение комиссии, — альфа посчитал пульс, померял давление, осмотрел глаза и протянул растерянному от такого напора Анхелю небольшой стаканчик, в котором перекатывались таблетки и тут же второй — с водой.
— Что за таблетки? — Анхель беспомощно пытался идентифицировать то, что ему дали.
— Ваши антидепрессанты, — подтвердил альфа. — Пейте. Нам ни к чему срывы и перепады настроения в процессе лечения.
— В каком лечении? Я что — в психбольнице? — Анхель отдал пустые стаканы альфе. Как же его там? Ларго?
— В вашем, — тот поставил стаканы на тумбочку. — И нет, вы в отделении хирургии и трансплантологии Третьей больницы «Кост-клиник».
Название было знакомо Анхелю. Хотя бы из документов Лалы — это была сеть частных больниц, принадлежащих Костински. Исключительно для своих. Сторонних пациентов сюда брали за бешеные деньги или по особой договоренности. Интересно, в какую категорию попал он?
Главврач оказался копией Ларго — только более взрослой, седовласой и язвительной. Анхель, не выдержав, поинтересовался насчет родства и получил утвердительный ответ — да, Ларго действительно сын главврача. И нет, не медбрат, а вполне практикующий хирург. А то, что молодо выглядит — так это генетика, здоровый образ жизни и пока еще не замотанность регулярными сменами. И да, они могут позволить себе выделить целого хирурга в сопровождение — в случае необходимости Ларго подменят, а вот за Анхелем требуется присмотр квалифицированного врача.
Рант-старший умолчал о своем желании понаблюдать за Анхелем. Удостоверившись, что подопечный в порядке, спокоен и готов сотрудничать, ознакомил с графиком сдачи всех анализов и прохождения процедур.
— Вы еще по косточкам меня разберите! — проворчал Анхель, подписывая бланки.
— Дорогой вы мой, — бета поправил очки. — Если вам это поможет, то и разберу. Я удаляюсь — обход еще не завершен. Если что-то понадобится, Ларго к вашим услугам. Обед будет через пятнадцать минут. Потом прогулка, физиотерапия и первые исследования. Вечером отдохнете и поспите. Завтра утром начнем всю катавасию.
— Был бы толк, — Анхель с досадой откинулся на подушку.
— Вот и посмотрим — будет или нет, — добродушно улыбнулся врач. — С вашего позволения.
Вяло подумав, что антидепрессанты — великая вещь, Анхель покорно съел все, что ему принесли и позволил отвезти себя в парк на прогулку. Он еще дождется появления наглого альфы и выскажет ему все-все насчет такого самоуправства…
— Повторите.
Безэмоциональный голос альфы пугал почище ножа у горла. Главврач поежился, напомнил себе, что он сам ни в чем не виноват, а после сказанного, авось, не пострадает. Вайс Ротберг все же отличался вполне стабильным и спокойным характером в сочетании с повышенным самоконтролем, а потому, вздохнув, главврач повторил:
— Психогенный паралич. Или психосоматический, если так привычнее. Мы провели полный комплекс анализов и обследований, УЗИ, КТ, МРТ, рентгенографию, ЭЭГ, ЭНМГ. Сравните, — бета прошел к стене и включил свет, закрепил несколько снимков на экране.
— Видите? Ничего похожего на злокачественную опухоль, которая практически неоперабельная, как вам сказали! — тонкий кончик раздвижной указки очертил области на снимках, привлекая внимание к правому, на котором и в помине не было расплывчатого белесого пятна, что виднелся на соседнем. — Ничего общего. Можно было бы сослаться на чудо, что опухоль рассосалась по воле Родителя и Прародителя, но, как показывает практика, такие не исчезают сами собой. И вот здесь, — кончик указки вновь, — ничего. Абсолютно. Отсутствие следов перелома — они непременно были бы.
Страница 17 из 40
