Фандом: Ориджиналы. Неудачный брак. Вечные проблемы отцов и детей. Жизнь без обоняния в мире, где правят запахи. Испорченная репутация. А может, подальше все проблемы? И постараться жить счастливо вопреки всему?
Добавить в моё избранное
109 мин, 13 сек 18878
Помимо оплаченного годового съема однушки в спальном районе на другом конце города, Влад выплатил Косте и нехилую сумму отступных.
— Я был не прав? — повернулся он к Виктору.
Тот оторвался от смартфона, задумчиво глянул в ответ.
— Ну… я бы и платить и не стал при таком раскладе.
— Да тебе еще и приплатили бы, чтоб отвязался, — хохотнул Владилен. Спрашивал он о другом, но прекрасно понял несказанный ответ.
— Это да, — не стал отрицать Виктор. — Ладно, ты здесь ностальгии попредаешься или домой поедешь? Я в участок.
— Спасибо, — устало поблагодарил Влад. — Я в офис еще заеду. Подумаю, что делать.
На том альфы и расстались.
Влад пытался припомнить, как так вообще вышло, что он оказался женат. Но в голову лезли только причитания и уговоры отца и папы по поводу «прекраснейшего» омежки по соседству:«Ах, такой милый мальчик! Так готовит! Умен и скромен!». Родители так задолбали его, что в один не слишком прекрасный день он уже стоял в местном отделении мэрии рядом с миловидным ухоженным мальчиком и подписывал брачный контракт. Откровенно говоря, Влад вообще не понимал, зачем ему супруг, но его наличие впоследствии несколько облегчило продвижение по службе (считалось, что семейные альфы более основательны и не подвержены опрометчивости), а потому со временем смирился.
В один прекрасный момент ему надоело протирать штаны в кабинете, довольствуясь штатной зарплатой, и под нытье еще вполне прилично ведущего себя мужа, он ушел из структур, затеяв свое дело — охранную фирму. Под покровительством бывшего начальника и с помощью невесть откуда взявшегося Виктора Роева — тогда еще выпускника юридической академии, он успешно начал раскручиваться на коммерческих началах. Времени фирма отнимала много, по первости Влад вообще тренировал нанятых бойцов самостоятельно, вникал во все нюансы компьютерных систем и являлся домой далеко за полночь. Молодой и трепетный супруг устраивал скандалы, рыдал, в конце концов, даже забеременел, находясь на пятом курсе учебы. Естественно, учиться он бросил, посвятив себя малышу-омежке и выносу мозга Владу.
Влад почти перестал появляться дома — внезапно открылись еще несколько контор, возросшая конкуренция требовала усиленного внимания к происходящему и только из-за невероятного везения и не без помощи все тех же людей, Владилену удалось остаться на плаву, а позже и вовсе подгрести под себя мелкие фирмочки.
К сорока годам Влад обнаружил, что его супруг почти в открытую изменяет ему, а десятилетний сын-омега копирует жеманное поведение папочки, не интересуется учебой и вовсе не воспринимает его как отца. Устроив разбор полетов, Влад добился небольшого повышения успеваемости сына в школе. Костя изменять не перестал, но хотя бы стал делать это вне дома, не на их супружеской постели. Впрочем, она вскоре перестала быть таковой — Влад стал спать в гостевой комнате или оставался ночевать на работе.
Через пять лет Костя подал на развод, отсудил приличные алименты и единственное, на что у него хватило ума — это не препятствовать встречам Владилена и Максима. Макс отца не то, чтобы не любил, но уж больно сильно въелось воспитание папочки-омеги и обида на отца за его регулярное отсутствие дома. А посему на каждой встрече Макс доводил Владилена выпрашиванием денег, дурными манерами и внешностью. Вечно выкрашенные в разные цвета пряди, многочисленный пирсинг, драные джинсы, обтягивающие футболки и легкомысленные кепочки вызывали у Влада нервный тик.
Влад скрежетал зубами и терпел, чувствуя за собой вину и позволяя сыну играть на нервах.
А еще через два года началась свистопляска, когда у Макса началась запоздалая течка — организм юноши слегка застопорился в созревании из-за развода родителей — отца-альфы не было, а Костя домой новых альф не приводил после грандиозного скандала с участием Влада. Парню на гормональной почве снесло все рамки приличия. Минимум раз в неделю Влада начинал доставать истерящий Константин: «нашего мальчика побили», «наш мальчик попал в полицию», «нашему мальчику угрожают», «наш мальчик»….
Слыша «наш мальчик» Влад нервно передергивался, сожалея, что не сделал вазэктомию еще в университете. Но покорно вызволял сына из очередной передряги, отвозил в больницу на осмотр, платил взятки за то, чтобы протоколы исчезали в мусорке, а свидетели затыкались. Благо, в криминал Макс еще не лез, все решалось авторитетом Влада, деньгами и участием знакомых и друзей, коих еще оставалось достаточно в полиции.
Совершеннолетие наступало в восемнадцать лет. Но при разводе алименты платились альфой до достижения ребенком-омегой девятнадцати лет. Официальную же ответственность за омегу родители несли до двадцати одного года — поступление в учебное заведение, прием на работу, обучение вождению, заключение брака и прочие судьбоносные и важные действия были возможны только с согласия родителей. С альфами все было проще — там все выплаты и контроль кончались в восемнадцать.
— Я был не прав? — повернулся он к Виктору.
Тот оторвался от смартфона, задумчиво глянул в ответ.
— Ну… я бы и платить и не стал при таком раскладе.
— Да тебе еще и приплатили бы, чтоб отвязался, — хохотнул Владилен. Спрашивал он о другом, но прекрасно понял несказанный ответ.
— Это да, — не стал отрицать Виктор. — Ладно, ты здесь ностальгии попредаешься или домой поедешь? Я в участок.
— Спасибо, — устало поблагодарил Влад. — Я в офис еще заеду. Подумаю, что делать.
На том альфы и расстались.
Влад пытался припомнить, как так вообще вышло, что он оказался женат. Но в голову лезли только причитания и уговоры отца и папы по поводу «прекраснейшего» омежки по соседству:«Ах, такой милый мальчик! Так готовит! Умен и скромен!». Родители так задолбали его, что в один не слишком прекрасный день он уже стоял в местном отделении мэрии рядом с миловидным ухоженным мальчиком и подписывал брачный контракт. Откровенно говоря, Влад вообще не понимал, зачем ему супруг, но его наличие впоследствии несколько облегчило продвижение по службе (считалось, что семейные альфы более основательны и не подвержены опрометчивости), а потому со временем смирился.
В один прекрасный момент ему надоело протирать штаны в кабинете, довольствуясь штатной зарплатой, и под нытье еще вполне прилично ведущего себя мужа, он ушел из структур, затеяв свое дело — охранную фирму. Под покровительством бывшего начальника и с помощью невесть откуда взявшегося Виктора Роева — тогда еще выпускника юридической академии, он успешно начал раскручиваться на коммерческих началах. Времени фирма отнимала много, по первости Влад вообще тренировал нанятых бойцов самостоятельно, вникал во все нюансы компьютерных систем и являлся домой далеко за полночь. Молодой и трепетный супруг устраивал скандалы, рыдал, в конце концов, даже забеременел, находясь на пятом курсе учебы. Естественно, учиться он бросил, посвятив себя малышу-омежке и выносу мозга Владу.
Влад почти перестал появляться дома — внезапно открылись еще несколько контор, возросшая конкуренция требовала усиленного внимания к происходящему и только из-за невероятного везения и не без помощи все тех же людей, Владилену удалось остаться на плаву, а позже и вовсе подгрести под себя мелкие фирмочки.
К сорока годам Влад обнаружил, что его супруг почти в открытую изменяет ему, а десятилетний сын-омега копирует жеманное поведение папочки, не интересуется учебой и вовсе не воспринимает его как отца. Устроив разбор полетов, Влад добился небольшого повышения успеваемости сына в школе. Костя изменять не перестал, но хотя бы стал делать это вне дома, не на их супружеской постели. Впрочем, она вскоре перестала быть таковой — Влад стал спать в гостевой комнате или оставался ночевать на работе.
Через пять лет Костя подал на развод, отсудил приличные алименты и единственное, на что у него хватило ума — это не препятствовать встречам Владилена и Максима. Макс отца не то, чтобы не любил, но уж больно сильно въелось воспитание папочки-омеги и обида на отца за его регулярное отсутствие дома. А посему на каждой встрече Макс доводил Владилена выпрашиванием денег, дурными манерами и внешностью. Вечно выкрашенные в разные цвета пряди, многочисленный пирсинг, драные джинсы, обтягивающие футболки и легкомысленные кепочки вызывали у Влада нервный тик.
Влад скрежетал зубами и терпел, чувствуя за собой вину и позволяя сыну играть на нервах.
А еще через два года началась свистопляска, когда у Макса началась запоздалая течка — организм юноши слегка застопорился в созревании из-за развода родителей — отца-альфы не было, а Костя домой новых альф не приводил после грандиозного скандала с участием Влада. Парню на гормональной почве снесло все рамки приличия. Минимум раз в неделю Влада начинал доставать истерящий Константин: «нашего мальчика побили», «наш мальчик попал в полицию», «нашему мальчику угрожают», «наш мальчик»….
Слыша «наш мальчик» Влад нервно передергивался, сожалея, что не сделал вазэктомию еще в университете. Но покорно вызволял сына из очередной передряги, отвозил в больницу на осмотр, платил взятки за то, чтобы протоколы исчезали в мусорке, а свидетели затыкались. Благо, в криминал Макс еще не лез, все решалось авторитетом Влада, деньгами и участием знакомых и друзей, коих еще оставалось достаточно в полиции.
Совершеннолетие наступало в восемнадцать лет. Но при разводе алименты платились альфой до достижения ребенком-омегой девятнадцати лет. Официальную же ответственность за омегу родители несли до двадцати одного года — поступление в учебное заведение, прием на работу, обучение вождению, заключение брака и прочие судьбоносные и важные действия были возможны только с согласия родителей. С альфами все было проще — там все выплаты и контроль кончались в восемнадцать.
Страница 2 из 31
