Фандом: Ориджиналы. Неудачный брак. Вечные проблемы отцов и детей. Жизнь без обоняния в мире, где правят запахи. Испорченная репутация. А может, подальше все проблемы? И постараться жить счастливо вопреки всему?
Добавить в моё избранное
109 мин, 13 сек 18937
— Максим! — прогрохотало на кухне сквозь хохот Кирилла.
— Я че? Я ниче! — омега показал отцу высунутый язык.
— Так это вы из-за него в дурном настроении были?
— Да я две недели его уговаривал, — Владилен помрачнел, вспомнив баталии с упрямым бетой. — Посмотрел вот на вас… Жизнь одна. Работа работой, а что потом вспомнить-то? Ну и решился. Он все отнекивался-отнекивался… И я прием пропустил. И еще один. Ну и вот… Шантажом взял, — подмигнул Владилен Кириллу.
— И правильно.
А через час пошла суматоха. Анатолий, согласившийся на переезд сразу после церемонии Кирилла и Максима, приехал раньше. Видимо, из принципа не желая принимать помощь Владилена или наказал его таким образом за выходки — кто теперь знает? Главное, что перед воротами обнаружился грузовичок и несколько грузчиков, возглавляемых Анатолием, и выбитому из колеи Владилену потребовалось сообразить, куда же переносить все вещи. Попутно он порыкивал на равнодушного к его огрызанию Анатолия, сразу же вцепившегося в Макса.
— Объясните мне, почему все норовят утащить Максима и что-то ему втирают? — потребовал Кирилл ответа у Владилена.
— Воспитывают, — охотно поделился соображениями Владилен. — Толик к Максу всегда с обожанием относился. А если ты про брата, то это уже тебе виднее.
Вещи распаковывали до вечера. А вечером нагрянули родители Кирилла, Тошка с Вениамином и привезли кучу еды и алкоголя. А дальше началось «альфы направо, омеги налево». Анатолия было потянул Владилен, но в него тут же вцепились три пары рук и уравняли счет, аргументировав, что им нужна консультация опытного врача.
Консультировались они до поздней ночи, пока озверевшие и более трезвые альфы, вспомнив, что утром, вообще-то предстоит женить Кирилла, не разобрали своих половин по предоставленным комнатам.
— Ух! Какой я нехороший! — повинился Макс, пока Кирилл раздевал его в ванной. — Столько пить вредно! А они все наливали! — пожаловался он.
— Ничего, сейчас протрезвеешь, — пообещал Кирилл.
Громкий визг утонул в поцелуе. Вскоре промерзший Максим трясся посреди спальни, растираемый жесткими варежками.
— Ты зачем так? — проклацал он.
— Затем. Повернись.
Постепенно отпускает дрожь, разгоняется кровушка, Макс думает только о руках, что уже неторопливо оглаживают его ноги. И как-то совсем неприлично жаркое дыхание в поясницу, широкая ладонь, что накрывает пах, собственный стон, кажущийся слишком громким. Зажав рот ладошками, Макс постанывает под неторопливыми движениями, едва держась на подгибающихся ногах.
— Повернись, — еле слышное сквозь шум в ушах.
И… о-оох, за что ему такое-то? Макс вцепился в плечи Кирилла, активно работавшего языком.
— Кир… Кир, перестань, я же сейчас…
— Кончай, — Кир на секунду оторвался и посмотрел вверх. И вновь вернулся к минету.
А Лику не нравилось. Не давался.
Макс глухо застонал, вжимая голову Кирилла в живот и толкаясь до упора в самый последний момент. И осел вниз, бережно поддерживаемый, аккурат на возбужденный член Кирилла.
— Подъем! — заорал кто-то над их кроватью. — Проспали, цуцыки!
Подорвались оба и притормозили, глядя на ехидную физиономию Тошки.
— Макс, руки в ноги, душ и приводить себя в порядок! Кирилл, тебе душ и можешь костюм натягивать, ты и так… красивый! — скомандовал неугомонный омега.
— Тоша! — хоровой вопль не возымел действия.
И понеслось!
В мэрии их встретил Роев, бегом увлек к чиновнику, что заверял брачные контракты и выдавал свидетельства. На пятки наступала следующая пара, а потому торжественность момента оказалась смята, но запыхавшиеся Кирилл и Макс даже не расстроились. А там машины, дорога, загородный «домик» на три этажа, украшенный лентами и цветами, роскошный ужин, плавно перетекший в шашлыки под пиво в компании с соседями, подтянувшимися на запах и шумные крики…
Утром самолет, Макс в полубессознательном от усталости состоянии, спешное разоблачение из теплой одежды в туалете аэропорта — Мальдивы встретили жарой.
Возвращались через две недели — накупавшиеся, загоревшие, обленившиеся. Спокойные.
Встречали их Владилен с Анатолием. Непривычно одухотворенные и умиротворенные. Кириллу даже показалось, что Владилен помолодел.
— Никогда не понимал, в чем все дело, — признался вечером Владилен Кириллу, пока Анатолий пичкал Макса — омега почти сразу захлюпал носом. — Все так вокруг с ума сходили — брак, семья, дети. А у меня нытье, ад, измены, сын дурью мается. А сейчас понял, Кир.
Он не продолжил, но взгляд, направленный на Анатолия и без того говорил обо всем.
Кир посмеивался, смотря, как Макс бегает по участку в поисках виновника.
— Я че? Я ниче! — омега показал отцу высунутый язык.
— Так это вы из-за него в дурном настроении были?
— Да я две недели его уговаривал, — Владилен помрачнел, вспомнив баталии с упрямым бетой. — Посмотрел вот на вас… Жизнь одна. Работа работой, а что потом вспомнить-то? Ну и решился. Он все отнекивался-отнекивался… И я прием пропустил. И еще один. Ну и вот… Шантажом взял, — подмигнул Владилен Кириллу.
— И правильно.
А через час пошла суматоха. Анатолий, согласившийся на переезд сразу после церемонии Кирилла и Максима, приехал раньше. Видимо, из принципа не желая принимать помощь Владилена или наказал его таким образом за выходки — кто теперь знает? Главное, что перед воротами обнаружился грузовичок и несколько грузчиков, возглавляемых Анатолием, и выбитому из колеи Владилену потребовалось сообразить, куда же переносить все вещи. Попутно он порыкивал на равнодушного к его огрызанию Анатолия, сразу же вцепившегося в Макса.
— Объясните мне, почему все норовят утащить Максима и что-то ему втирают? — потребовал Кирилл ответа у Владилена.
— Воспитывают, — охотно поделился соображениями Владилен. — Толик к Максу всегда с обожанием относился. А если ты про брата, то это уже тебе виднее.
Вещи распаковывали до вечера. А вечером нагрянули родители Кирилла, Тошка с Вениамином и привезли кучу еды и алкоголя. А дальше началось «альфы направо, омеги налево». Анатолия было потянул Владилен, но в него тут же вцепились три пары рук и уравняли счет, аргументировав, что им нужна консультация опытного врача.
Консультировались они до поздней ночи, пока озверевшие и более трезвые альфы, вспомнив, что утром, вообще-то предстоит женить Кирилла, не разобрали своих половин по предоставленным комнатам.
— Ух! Какой я нехороший! — повинился Макс, пока Кирилл раздевал его в ванной. — Столько пить вредно! А они все наливали! — пожаловался он.
— Ничего, сейчас протрезвеешь, — пообещал Кирилл.
Громкий визг утонул в поцелуе. Вскоре промерзший Максим трясся посреди спальни, растираемый жесткими варежками.
— Ты зачем так? — проклацал он.
— Затем. Повернись.
Постепенно отпускает дрожь, разгоняется кровушка, Макс думает только о руках, что уже неторопливо оглаживают его ноги. И как-то совсем неприлично жаркое дыхание в поясницу, широкая ладонь, что накрывает пах, собственный стон, кажущийся слишком громким. Зажав рот ладошками, Макс постанывает под неторопливыми движениями, едва держась на подгибающихся ногах.
— Повернись, — еле слышное сквозь шум в ушах.
И… о-оох, за что ему такое-то? Макс вцепился в плечи Кирилла, активно работавшего языком.
— Кир… Кир, перестань, я же сейчас…
— Кончай, — Кир на секунду оторвался и посмотрел вверх. И вновь вернулся к минету.
А Лику не нравилось. Не давался.
Макс глухо застонал, вжимая голову Кирилла в живот и толкаясь до упора в самый последний момент. И осел вниз, бережно поддерживаемый, аккурат на возбужденный член Кирилла.
— Подъем! — заорал кто-то над их кроватью. — Проспали, цуцыки!
Подорвались оба и притормозили, глядя на ехидную физиономию Тошки.
— Макс, руки в ноги, душ и приводить себя в порядок! Кирилл, тебе душ и можешь костюм натягивать, ты и так… красивый! — скомандовал неугомонный омега.
— Тоша! — хоровой вопль не возымел действия.
И понеслось!
В мэрии их встретил Роев, бегом увлек к чиновнику, что заверял брачные контракты и выдавал свидетельства. На пятки наступала следующая пара, а потому торжественность момента оказалась смята, но запыхавшиеся Кирилл и Макс даже не расстроились. А там машины, дорога, загородный «домик» на три этажа, украшенный лентами и цветами, роскошный ужин, плавно перетекший в шашлыки под пиво в компании с соседями, подтянувшимися на запах и шумные крики…
Утром самолет, Макс в полубессознательном от усталости состоянии, спешное разоблачение из теплой одежды в туалете аэропорта — Мальдивы встретили жарой.
Возвращались через две недели — накупавшиеся, загоревшие, обленившиеся. Спокойные.
Встречали их Владилен с Анатолием. Непривычно одухотворенные и умиротворенные. Кириллу даже показалось, что Владилен помолодел.
— Никогда не понимал, в чем все дело, — признался вечером Владилен Кириллу, пока Анатолий пичкал Макса — омега почти сразу захлюпал носом. — Все так вокруг с ума сходили — брак, семья, дети. А у меня нытье, ад, измены, сын дурью мается. А сейчас понял, Кир.
Он не продолжил, но взгляд, направленный на Анатолия и без того говорил обо всем.
Эпилог
— Опять! Только не мои розы! — Максим убивался над разоренной клумбой. — Кир, где эта шавка? Я ее на шкуру пущу!Кир посмеивался, смотря, как Макс бегает по участку в поисках виновника.
Страница 30 из 31
