Прости

— с надеждой осведомился Кеноби.

— Не выполнить приказа канцлера! — поспешил разочаровать его Энакин. — Храм всё равно падет, джедаи будут ликвидированы вне зависимости от того, поучаствую ли в этом я… Разница лишь в том, что во втором случае Сидиус расскажет мне, как спасти Падме!

— От чего? От смерти в родах? — если Оби-Ван и был разочарован, то виду он во всяком случае не подал.

— Откуда вы?

— У меня было видение, Энакин. Я знаю, что будет дальше. Она придет к тебе, а обнаружит лишь Вейдера, ужасного и беспощадного Дарта Вейдера, уничтожившего Республику, за которую она всегда боролась и которую так любила, — безжалостно говорил страшную правду Кеноби. — Она умрет от разочарования, от разбитого сердца, Энакин. Это ты убьешь её. Своим предательством.

— Нет! — испустил Избранный звериный рык, замахиваясь мечом. — Ты лжешь! — на этот раз клинок коснулся кожи…

— Ты знаешь, что нет… — сквозь стиснутые зубы проговорил Оби-Ван, согнувшись от боли в прожженном плече.

Вид крови наставника, казалось, чуть отрезвил Энакина.

— Вы говорите… Я сам?

— Да, а твой всезнающий новый учитель что, ещё не удосужился тебе об этом сказать? — несмотря на некоторую слабость, голос Оби-Вана сочился плохо скрываемым сарказмом. — Быть может, он предоставил тебе хоть какую-то гарантию, что он сможет спасти Падме? Что он вообще будет её спасать? Зачем новому Императору ярая республиканка… Она будет лишь мешать. Он заберет ваших детей, а от неё избавится, как, впрочем, и от тебя в последующем.

— Вы… Ты… — Энакин деактивировал меч и, опускаясь на колени, обхватил голову руками — это был жест отчаянья. — Я запутался! — честно признался он.

Тут Кеноби даже на миг послышалось обиженное похлюпывание носом, знакомое еще с тех времен, когда Скайуокер был падаваном.

— Знаю, — мягко проговорил Оби-Ван, — знаю, мой непутевый ученик… Но ещё не поздно повернуть назад.

— Не поздно? Я вообще-то убил магистра Винду… — ожидая осуждения признался Энакин.

Но осуждения не последовало.

— Это сделал не ты, а Сидиус. Ты в этом лишь поучаствовал… — начал оправдывать его Оби-Ван.

— Магистр Йода сказал бы, что в этом нет большой разницы.

— Я не магистр Йода, Энакин, и поверь, его слова — не истина в последней инстанции, — ещё больше шокировал своего сбившегося с пути ученика Оби-Ван.

— Вы правда так думаете? — с надеждой спросил Энакин.

— Да, — чуть улыбнулся магистр Кеноби.

— И что мне теперь делать, учи… — он быстро поправился, — Оби-Ван? — поднял на него свои синие глазищи Энакин.

— Поступай так, как велит тебе твоё сердце, Энакин, — со вздохом проговорил Кеноби. — Только сделай небольшое одолжение… Если ты всё же решишь стать Вейдером и пройти тот путь до конца, то лучше сразу убей меня… В конце концов, я всегда знал, что именно ты станешь причиной моей смерти.

— Не бывать этому, учитель, — серьезно ответил Энакин Скайуокер. — Вам ещё долго придется терпеть меня… Идемте, нам нужно спасти хотя бы юнлингов. И простите за плечо… Я не соображал, что творил.

— Я в тебе не сомневался, мой вечный падаван, — тепло улыбнулся Оби-Ван. — А плечо… плечо — это пустяки, по сравнению с тем купанием в Мустафарской лаве, которое я устроил тебе.

— Что-что? — переспросил Скайуокер, которого весьма насторожила такая недомолвка Кеноби.

— Уже ничего. Этого уже не будет, Энакин. История пошла по другому пути. И нечего об этом больше говорить. Будущее всегда в движении, и мы сможем сделать его таким, каким захотим, если очень постараемся…

— Хорошие слова, учитель, — серьезно кивнул Избранный.