Он — дефектный сын непутёвых родителей. Он — сирота с первого дня жизни. Он — идиот, которому везёт влипать во всякие неприятности. Встречайте! Восемнадцатилетний безликий Шов (не он себе имечко выбирал)!
Добавить в моё избранное
280 мин, 40 сек 10505
— Да ничего особенного, — отозвался Вова, щёлкнув себя ногтём правой руки в районе чуть ниже щеки и сделав выражение «а-ля с кем не бывает?»
— А! Тогда ладно, — заметно успокоился дальнобойщик. — У меня аптечка есть, если что.
— Спасибо, но мы уж как-нибудь сами. Кстати, — зелёнобанданчатый подошёл к мужику и указал рукой в сторону дороги, — мы же так до Аршана доедем?
— Да-да. Прямо по этой едете, а дальше на третьем перекрёстке направо заворачиваете. Там ещё слева дом такой двухэтажный с зелёной крышей стоит, — охотно объяснил водила.
— Спасибо, мужик, услужил, — Вова кивнул и направился обратно. Дальнобойщик тоже сказал что-то хорошее напоследок и, сев в кабину, поехал по дороге в сторону Иркутска через лес.
За этот короткий промежуток Карл помог подростку встать, и тот более-менее пришёл в себя после сна. Правда ноги затекли, да и спина теперь болит, но что поделаешь? Банщиков подошёл к безликому и толкнул его в плечо, отчего тот опять чуть не упал.
— Какого чёрта? — подросток повернулся к своему опасному похитителю. — За что?
— За просто так. Садист, что поделаешь, — заржал парень. — Ладно, не до смеха. Сейчас здесь поедим, дальше часа три до Аршана пилить, там свернуть в сторону гор — и всё. Деньги наши.
— Не телесные силы и не деньги делают людей счастливыми, но правота и многосторонняя мудрость.
— Хоть здесь ты можешь со своей философией не лезть? — скорчил недовольное выражение лица Вова, обернувшись к напарнику.
— Это не я. Это Демокрит Абдерский. Я только повторил, — отмахнулся Карл. — Хотя, в чём-то ты прав. Если бы не деньги, никогда б не работал на этих извергов.
— Думаешь, учителем истории больше бы зарабатывал? Да я на самых сатанистов, которые вот этому приснились, — Банщиков указал на Шва, — работать готов за такие то деньги. Хотя, они скорее всего и есть сатанисты.
— Инквизиция. Это больше по их части, — задумчиво сказал Терлецкий, но почти сразу оживился и даже с силой ударил себя по колену. — Мы есть будем, или как? Второй час, а в брюхе пусто.
Есть и правда хотелось. С самого вчерашнего вечера Шов ничего не ел, окромя хлеба. Да там всего какой-то крохотный кусок для лилипута был. В общем, походу в кафе парень совсем не сопротивлялся. Он вообще решил не спорить со своими похитителями. Ребята они хорошие, а то, что наёмники — так кто им сейчас не является? Каждый третий работает на каждого второго, а первые стоят в сторонке и спокойно наблюдают. Не нравится — сваливай. Только вот куда, ежели так везде?
Но мы явно отошли от темы повествования. За всё то время, пока автор бредил о разделении мира и остальной чуши, герои рассказа уже успели заказать еды и теперь сидели, ожидая своего заказа. В сумке Карла находился ноутбук, с которым он как раз сейчас возился. Пройти солитер в какой уже раз — да, это важно. Без этого никак. Вова вон тоже с дружеской усмешкой смотрит на товарища философа. А Шов рядышком сидит, да в окошко глядит.
Кафе находилось на вершине холма, потому отсюда хорошо было видно Байкал. Шву всегда хотелось увидеть самое глубокое озеро в России, да и вообще в мире, но не думал, что когда-нибудь посчастливится. Вот эту вот голубую гладь озера. А ведь красиво. Вон и Шаман Камень, про который он в энциклопедии детской читал. С такого расстояния он на небольшое семечко подсолнуха или кедрового орешка похож. А дальше какая-то деревенька расположена. Всё так солнечно и красиво, не то что в Чите. Понятно, почему иркутяне все такие весёлые и приветливые. Вон, даже кафе так мило украсили. Как в охотничьем домике. Везде чучела животных, картины, да канделябры со свечами. И обслуживание хорошее. Не прошло и пяти минут, а им уже и заказ их несут. Молодая официантка лет двадцати пяти с милой улыбкой поставила два подноса на столик и скрылась за служебной дверью.
Шов взял свой чай и опять уставился в окно. Заказывать что-либо из еды он не стал из тех соображений, что в машине его однозначно будет тошнить. Опять. Потому и попивает теперь горячий чёрный чай без всего, успокаивая организм перед дальней поездкой. Вова, сказал, что им ещё часа три ехать только до Аршана. Да за это время можно дважды пересечь Читу, если напрямик! Нехорошая это цифра. Особенно в часах. В общем, ему конец.
— Эй, малой, чего нос повесил? — спросил его Банщиков.
— Да так… Стоп. «Малой»? Я же ужасный монстр! С чего такое обращение? — оторвался от созерцания пейзажа Шов и обратился к «зловещему похитителю».
— Ну, переменил я мнение. Да и для ужасного монстра ты слишком… смешной, что ли? Неряшливый, странный, наивный, тупишь часто. Может когда-нибудь и станешь ночным кошмаром всех ныне живущих. Но не сейчас, это уж точно.
— А с чего я вообще должен быть таким? Вот Спле… многие не такие, какими их люди себе представляют, — что-то в словах зеленобанданчатого Шву казалось оскорбительным, потому не мог оставить всё вот так.
— А! Тогда ладно, — заметно успокоился дальнобойщик. — У меня аптечка есть, если что.
— Спасибо, но мы уж как-нибудь сами. Кстати, — зелёнобанданчатый подошёл к мужику и указал рукой в сторону дороги, — мы же так до Аршана доедем?
— Да-да. Прямо по этой едете, а дальше на третьем перекрёстке направо заворачиваете. Там ещё слева дом такой двухэтажный с зелёной крышей стоит, — охотно объяснил водила.
— Спасибо, мужик, услужил, — Вова кивнул и направился обратно. Дальнобойщик тоже сказал что-то хорошее напоследок и, сев в кабину, поехал по дороге в сторону Иркутска через лес.
За этот короткий промежуток Карл помог подростку встать, и тот более-менее пришёл в себя после сна. Правда ноги затекли, да и спина теперь болит, но что поделаешь? Банщиков подошёл к безликому и толкнул его в плечо, отчего тот опять чуть не упал.
— Какого чёрта? — подросток повернулся к своему опасному похитителю. — За что?
— За просто так. Садист, что поделаешь, — заржал парень. — Ладно, не до смеха. Сейчас здесь поедим, дальше часа три до Аршана пилить, там свернуть в сторону гор — и всё. Деньги наши.
— Не телесные силы и не деньги делают людей счастливыми, но правота и многосторонняя мудрость.
— Хоть здесь ты можешь со своей философией не лезть? — скорчил недовольное выражение лица Вова, обернувшись к напарнику.
— Это не я. Это Демокрит Абдерский. Я только повторил, — отмахнулся Карл. — Хотя, в чём-то ты прав. Если бы не деньги, никогда б не работал на этих извергов.
— Думаешь, учителем истории больше бы зарабатывал? Да я на самых сатанистов, которые вот этому приснились, — Банщиков указал на Шва, — работать готов за такие то деньги. Хотя, они скорее всего и есть сатанисты.
— Инквизиция. Это больше по их части, — задумчиво сказал Терлецкий, но почти сразу оживился и даже с силой ударил себя по колену. — Мы есть будем, или как? Второй час, а в брюхе пусто.
Есть и правда хотелось. С самого вчерашнего вечера Шов ничего не ел, окромя хлеба. Да там всего какой-то крохотный кусок для лилипута был. В общем, походу в кафе парень совсем не сопротивлялся. Он вообще решил не спорить со своими похитителями. Ребята они хорошие, а то, что наёмники — так кто им сейчас не является? Каждый третий работает на каждого второго, а первые стоят в сторонке и спокойно наблюдают. Не нравится — сваливай. Только вот куда, ежели так везде?
Но мы явно отошли от темы повествования. За всё то время, пока автор бредил о разделении мира и остальной чуши, герои рассказа уже успели заказать еды и теперь сидели, ожидая своего заказа. В сумке Карла находился ноутбук, с которым он как раз сейчас возился. Пройти солитер в какой уже раз — да, это важно. Без этого никак. Вова вон тоже с дружеской усмешкой смотрит на товарища философа. А Шов рядышком сидит, да в окошко глядит.
Кафе находилось на вершине холма, потому отсюда хорошо было видно Байкал. Шву всегда хотелось увидеть самое глубокое озеро в России, да и вообще в мире, но не думал, что когда-нибудь посчастливится. Вот эту вот голубую гладь озера. А ведь красиво. Вон и Шаман Камень, про который он в энциклопедии детской читал. С такого расстояния он на небольшое семечко подсолнуха или кедрового орешка похож. А дальше какая-то деревенька расположена. Всё так солнечно и красиво, не то что в Чите. Понятно, почему иркутяне все такие весёлые и приветливые. Вон, даже кафе так мило украсили. Как в охотничьем домике. Везде чучела животных, картины, да канделябры со свечами. И обслуживание хорошее. Не прошло и пяти минут, а им уже и заказ их несут. Молодая официантка лет двадцати пяти с милой улыбкой поставила два подноса на столик и скрылась за служебной дверью.
Шов взял свой чай и опять уставился в окно. Заказывать что-либо из еды он не стал из тех соображений, что в машине его однозначно будет тошнить. Опять. Потому и попивает теперь горячий чёрный чай без всего, успокаивая организм перед дальней поездкой. Вова, сказал, что им ещё часа три ехать только до Аршана. Да за это время можно дважды пересечь Читу, если напрямик! Нехорошая это цифра. Особенно в часах. В общем, ему конец.
— Эй, малой, чего нос повесил? — спросил его Банщиков.
— Да так… Стоп. «Малой»? Я же ужасный монстр! С чего такое обращение? — оторвался от созерцания пейзажа Шов и обратился к «зловещему похитителю».
— Ну, переменил я мнение. Да и для ужасного монстра ты слишком… смешной, что ли? Неряшливый, странный, наивный, тупишь часто. Может когда-нибудь и станешь ночным кошмаром всех ныне живущих. Но не сейчас, это уж точно.
— А с чего я вообще должен быть таким? Вот Спле… многие не такие, какими их люди себе представляют, — что-то в словах зеленобанданчатого Шву казалось оскорбительным, потому не мог оставить всё вот так.
Страница 36 из 76
