Злоключения одноглазого

Он хотел на мне жениться, но с тобой бы ничего не вышло. Его звали Артут. Он отец Самары и Эрика. А этот Офф не тот самый, который известен своими любовными похождениями?

— Именно тот. Но он не такой злодей, как о нём все думают. Не знаю, как это объяснить, но он хороший. Просто у него увлечение странное. А чего это ты так им интересуешься?

— Да вот задаюсь вопросом «Не гей ли ты часом, а этот Офф не твой ли партнёр?» Ответишь?

— Нет… То есть нет! Я не гей. Это точно. И Офф… Я его прокси. Не более. Мам, а этот Артур, который отец Самары и Эрика, он где?

— Он умер. Два года назад от СПИДа. Ты останешься здесь?

— Я ещё не знаю…

Разговоры, договоры, уговоры и… Салли?!

Пришли Леонардо и Джавади не через три часа. И даже не через пять. Пришли они в двенадцатом часу ночи. В двенадцатом часу, мать твою! И всё это время Оффендер был вынужден выслушивать бредовые истории этого Ральфи. Он либо реально что-то не то курит, либо от рождения такой нудила. Пятнадцать часов мучений. Курить ещё запрещает, пидр… Готовило опять же это нечто, и готовило какую-то хрень. Смесь пропащей свинины, консервов времён Второй Мировой приправленное цеонистым калием. Ужас…

— Мои родители всегда хотели иметь ребёнка девочку, поэтому и относились они ко мне как к девочке. Когда мне было двенадцать, мама умерла от рака печени, папа с горя застрелился, а бабушка отдала меня в приют. Сверстники меня никогда не понимали и всегда били. Печально. — Ральфи в этот момент не хватало только платочка, чтоб слёзы вытирать. — Я стал объектом издевательств и насмешек. Потом появился Лео. На моё четырнадцатилетие он забрал меня. Лео хороший. Ага. А Джави гад! У нас с ним сразу не сложилось…

А дальше бла-бла-бла… Короче Офф не слушал и вообще забил на излияния парнишки. Он никогда не любил такие моменты. Одно нытьё и только.

Первым без двадцати двенадцать явился Джави. Он не обратил практически никакого внимания на гостя дома, лишь попросил подвинуться на диване и включил телик. Ральфи мгновенно ретировался на кухню, что несказанно обрадовало Оффа. Наконец-то он мог свободно вздохнуть.

— Любимая песня?

— Что? — Офф недоверчиво взглянул на Джави.

— Любимая песня, — терпеливо повторил тот.

— Допустим The Beatles «Let It Be».

— Мне больше по душе Lumen «Гореть».

— Не слышал такой…

— Секунду.

Мужчина встал и скрылся в коридоре. Спустя некоторое время он вернулся с DVD проигрывателем и стопкой дисков.

— Пока Лео нет, и этот нудила помалкивает, — объяснил тот.

Офф многозначно хмыкнул.

В особняк Шов вернулся в десятом часу. Оказавшись в городе на мосту, он часа два ещё шёл под проливным дождём. Промокла толстовка, промокли джинсы, кеды и даже футболка, но одноглазого это мало занимало. Ноги свело от холода, зубы стучали друг об друга, мокрая одежда прилипала к телу, руки тряслись. «Лишь бы не заболеть» — думал парень, ощущая тем не менее неприятный ком в горле, что не удавалось проглотить.

В городе его мучили различные мысли. В лесу Шов позволил себе немного отдохнуть от них, поглазеть по сторонам в поисках монстров, хорошенько проматерить себя за это. В поместье его отсутствия как будто никто и не заметил. Опять наехал Вендер, но это для него дело привычное. Сплендор, правда, интересовался его самочувствием, остальные занимались чем-то своим, более важным.

Парень поднялся в комнату Оффа и сбросил мокрые тряпки, оставшись в одной футболке. Он залез под одеяло и принялся дочитывать «Звёздного зверя», а после взялся и за «Двойную звезду». ОРМУЗДА И АРИМАН. Слендер охотно подкидывал в последнее время одноглазому книжки, тот лишь успевал читать. Вот и сейчас.

Продлилась эта гармония до одиннадцати. А потом пришло ЗЛО…

— Привет!

— Ух ты ж б… Салли?! — Шов вовремя заткнулся. — Зачем так пугать?

— Мне весело. — Призрак навис над безликим. — Ты мне должен ночь ужастиков. Помнишь?

— Помню. Но может позже? Я сейчас немного занят.

Салли сначала нахмурилась, но после рассмеялась. Она выхватила из рук опешившего подростка книгу и, открыв окно, выкинула на улицу.

— Теперь не занят.

— Верно…

Смирение —  это, конечно, хорошо. Дети — цветы жизни. Но как в эту гармонию вписываются ужастики, Шов понять не в силах. Сначала был «Звонок». Потом «Сайлент Хилл». Дальше «Тринадцатый призрак». Скучно, нудно и… чёрт, до чего же не по себе.

— Хорошие… фильмы…

— Наверно. Жаль, от реальности далеко отошли, — печально вздохнула Салли.

— В смысле?…

— В прямом.

Если опустить нудное и вообще никому ненужное, а главное неумелое описание, то прибытие Леонардо в край родной выглядело следующим образом:

— Хай, братва. — Порог. Радостный Лео.

— Лео! Здарово! — Ральфи.