Злоключения одноглазого

Джави лишний раз не соврёт, да и друг он верный. Играет на своём излюбленном контрабасе… Третий мой отец Лео. Он самый хороший человек на свете. Поёт… чужие песни. А ещё мастерски играет на гитаре! Но… он лгун! И всегда им был. Всю жизнь.

— Всё так плохо?

— Да нет! Что ты! Всё просто прекрасно! — перешёл на крик Шов.

— Успокойся. Всё хорошо, — мальчишка резко подался вперёд и обнял одноглазого. — Давай я тебе лучше о нашей семейке расскажу?

— Угу, — покорно ответил скейтер.

— Ну, самый старший из нас Слендер. Он очень замкнутый и угрюмый. Всегда носит чёрный костюм, белую рубашку и галстук. Второй Оффи. Ты его уже знаешь. Он любит готовить. А ещё у него есть красивый сад, но он запрещает мне туда ходить. Третий его близнец Вендер. Он часто уезжает от нас, но сегодня должен вечером приехать. Ещё есть Тренди. Он обожает моду и всегда всё шьёт. А ещё он носит очки, но для чего — не знаю. Тендер тоже с нами. Сейчас он прибирается на чердаке. Энди скорее всего сейчас у Тренди. Он очень хороший и добрый. Любит шутить. Энди у нас недавно. Его Сленди взял к нам. Вот такие у меня хорошие братики!

— А ваши родители? — спросил Шов, но по лицу Спленди понял — зря.

— Наша мама умерла, когда мне было три года. Она… сгорела… — начал всхлипывать мальчишка. — Я даже не знаю, как её звали и как она выглядела… А папа… Кабадатх… ушёл, когда мне было десять. Мы его очень редко видим, — по щекам весельчака бежали слёзы. Одноглазому сразу стало как-то не по себе.

— Прости. Я правда не хотел, — начал оправдываться он. — Давай во что-нибудь поиграем?

— Прятки! Ты вода! — младший член семейки убежал куда-то наверх.

Удивившись такой прыти, Шов поднялся с дивана и огляделся. Привыкший к ярким краскам взгляд плохо ориентировался в этой темени, и подросток молился всем богам этого сумасшедшего мира, дабы не встретить жителей этого дома. Одноглазый вообще-то очень общительный малый, но с новыми знакомыми его как будто парализует током. Вот такая фигня.

Поднимаясь по лестнице, Шов всё время оглядывался, но никто за ним не следил. На втором этаже оказался такой же тёмный коридор-кишка, плюс с десяток комнат. Неизвестно, как они из различают, но ведь как-то различают. Ничего не оставалось, как проверять одну за другой. Первая справа оказалась кладовой: клуча хлама и пыли. Комната напротив хранила в себе большее. Везде посты разных рок-групп, много красного. Похоже, хозяин любит музыку. А ещё электрогитара! У кровати стоял инструмент и так и манил на нём сыграть, но нельзя… Ах да, были ещё куча всяких амулетов и всего такого прочего. На одной табличке было вырезано «Энди». Знать, это его комната. Вторая слева представляла собой закрытую на замок дверь. Справа находилась комната… сложно описать кого. Тут были и скопление открыток, и видеоигры, и игрушки, и костюмы. Вообщем всё. Третья справа была заполнена всякими коробками и сумками. А вот напротив опять же закрыта. Что в них такого? Странно… Четвёртые так себе. Одна была заполнена приборами шитья, а в другой спал плащ, поэтому туда Шов заходить не стал. Уже по счёту восемь неудач, а впереди ещё две комнаты. Эники-бэники? Естественно! Выпало на дверь номер два. Одноглазый вошёл в комнату и понял, что попал верно. Повсюду разбросаны игрушки, да и сама комната более светлая. Люстра освещает цветочки на обоях, да и двухместная кровать с радужным покрывалом тут же. Хотя, как кто даже глупо. Слишком много детского, а Спленди на вид около пятнадцати. Странно всё это.

Долго думать не пришлось, и Шов приоткрыл чуть шевелящуюся шторку. Там и прятался весельчак.

— Ура! Ты меня нашёл! — обрадовался он. — А теперь пошли знакомиться с братиками!

— Может не надо? — попытался отвертеться скейтер, но ничего не вышло.

— Пошли!

Весельчак схватил Шва за руку и потащил на лестницу. Там они поднялись на третий этаж, где было разбросанно куча разных вещей: от велика до банана. Так же было много диковинных сувениров, а во всём этом мусоре капалось нечто в фартуке и косынке на голове. Незнакомец был несколько выше Шва, но ниже плаща, это уж точно. Парень стоял к ним спиной и совсем не замечал вошедших.

— Тенди! — окликнул Сплендор уборщика. — Познакомься со Швом.

— Какой шов? Где шнурки?… А что с этим парнем? — протараторил незнакомец.

Шов стоял ни жив, ни мёртв. И не удивительно, ведь у нечто не было лица! В «тихой панике» одноглазый начал спиной двигаться к выходу, на что с удивлением смотрели Спленди и так называемый Тендер.

— С ним всё в порядке? — спросил уборщик у весельчака.

— Да тыж, бля, без лица! Какого фига?!

— Не обижай братика! — вступился Спленди.

— Это и есть твой брат?!

— Ну да. Я Тендер. Рад знакомству, — монстр протянул руку, и Шов неуверенно её пожал.

— А теперь знакомиться с Энди и Тренди!