Фандом: Гарри Поттер. Далекое будущее, современные технологии стали неотличимы от магии. Человечество колонизирует планеты, совершает межзвездные перелеты, покоряет космос. И где-то на краю вселенной затерялась планета Хогвартс, где правит Волдеморт и его идеология. Гарри Поттер отправляется туда, чтобы получить гражданство по упрощенной программе для потомков первых колонистов. Но только ли по этой причине?
Добавить в моё избранное
54 мин, 32 сек 12024
Гарри скачал копию изображения.
В библиотеке он познакомился с девушкой — Тонкс. Он так и не понял: это имя или фамилия. Миленькая и необычная: она могла менять внешность по настроению. И на операционные изменения было непохоже — у нее получалось это очень естественно. Отделу спецопераций о таком оставалось только мечтать и пользоваться хирургическим вмешательством.
Он водил ее по кафешкам, общались вроде хорошо, и ему казалось, что уже можно переходить к поцелуям и прочему. Но, видимо, он что-то не так понял: она сбежала, влепив пощечину.
— Она же из Блэков, — пояснил Рон, когда они встретились в баре. — У них с этим все строго.
— До свадьбы никак? — в Федерации уже давно отбросили эти предрассудки.
— И после свадьбы тоже нет, — и продолжил в ответ на удивленный взгляд друга. — Они же пробирочные.
— Пробирочные? Как так?
— Ну, варварство это. А мне кажется — они с жиру бесятся, — Рон отхлебнул сливочного пива. — Поначалу, маточные репликаторы стали использовать из-за непривычных климатических условий. Хогвартс тогда только-только терраформировали. Потом это стало очень удобно, и естественные роды отошли в прошлое. Хотя изредка попадаются традиционалисты, Уизли, например. Нас за это «предателями крови» обозвали. Снобы.
— Искусственное вынашивание не мешает же остальному? — либо сливочное пиво было с низким градусом, либо это его свойство не пьянеть активизировалось, на вкус как фруктовый сок.
— Так-то да. Но лет тридцать уже как секс считается проявлением низменной животной натуры. А они, Блэки там, Малфои разные, считают себя «чистыми» и мараться подобным не хотят. Импотенты они, моральные и физические.
— А как же природный инстинкт? Это заложено в генах, — Гарри слабо себе представлял такую ситуацию.
— Пробирочные, говорю же тебе. Они удаляют этот «порок», как и многие другие. Модификация еще на стадии зачатия исправляет пристрастие к алкоголю, физические несовершенства, болезни наследственные, — Рон покрутил кружку, оценивая, сколько осталось на дне.
— Это же бессмысленно. С болезнями, кварки с ними, я согласен. Но алкоголь? Тем же пивом насладиться невозможно. Хорошо, меня не модифицировали, но с алкогольными напитками мне все равно не повезло, — посетовал Гарри, сколько себя помнил, он всегда оставался трезвым, в то время как его сослуживцы шатались из стороны в сторону.
— Мы все тут модифицированы. Перегибают только, Малфои те же, — слова Рона напомнили о картонной внешности Драко, и Гарри передернулся от мысли о модификации. — Уизли тоже пользуются услугами Мунго. Я — модифицированный. И ты тоже.
— Нет. Ты что-то путаешь. Я никогда не подвергался подобным операциям, — резко сказал Гарри.
— А похож. У Поттеров фишка была — они все копии друг друга. Иногда вот посмотришь, и не понятно: Карлус это или Игнотус, а может вообще Флимонт. Прости, друг, если задел.
Возвращался в отель он в растрепанных чувствах. Разговор с Роном никак не выходил у него из головы. Ничего против высоких технологий он не имел, до тех пор пока они обходили его стороной. Он гордился, что за время службы оставался целым и невредимым, что все то, что у него есть, — настоящее. Это единственное, что осталось у него от родителей. И мысль, что он всего лишь результат механического объединения двух клеток, да еще и частичного, была ему неприятна. От мамы ему достался только цвет глаз — зеленый. А он надеялся, что хотя бы половина всего набора генов.
— Уи-уи, — врезался в него бот-мусорщик, а может это он споткнулся об него.
Снова тот самый бот. Его подъемный механизм был сломан. Это он его так?
— Уип. Пи-пи-пи, — мигал робот, пытаясь прикрутить отвалившиеся части.
— Прости меня, задумался. Давай помогу, — Гарри начал собирать детали, но быстро понял, что без вспомогательных инструментов не обойтись. — Пошли за мной, бродяга. В отеле все восстановлю.
Кто-то за ним внимательно наблюдал. Гарри оглянулся, но в городской суете никого не увидел.
Постоянная бдительность!
В отеле их не пропустили.
— С роботами нельзя, — мешал пройти швейцар.
— Я его починю и все.
К ним подошел консьерж.
— Финниган, это же мистер Поттер! Проходите, мистер Поттер. Семейным делом решили заняться?
— Эм. Ну, что-то вроде того.
Гарри их не понимал: вешать ярлыки только потому, что его предки занимались артефакторикой, — бессмысленно. Основы механики он знал на любительском уровне. Ну и еще кое-что для экстренной починки истребителя. Правда потом, с повышением, за штурвал «Нимбуса» он садился все реже и реже. И ремонтировать уже ничего не приходилось.
В номере он внимательно рассмотрел бота. Детали отвалиться не должны были. Гарри пригляделся. Да, так и есть: кто-то открутил их, чтобы при первом же столкновении они отсоединились.
В библиотеке он познакомился с девушкой — Тонкс. Он так и не понял: это имя или фамилия. Миленькая и необычная: она могла менять внешность по настроению. И на операционные изменения было непохоже — у нее получалось это очень естественно. Отделу спецопераций о таком оставалось только мечтать и пользоваться хирургическим вмешательством.
Он водил ее по кафешкам, общались вроде хорошо, и ему казалось, что уже можно переходить к поцелуям и прочему. Но, видимо, он что-то не так понял: она сбежала, влепив пощечину.
— Она же из Блэков, — пояснил Рон, когда они встретились в баре. — У них с этим все строго.
— До свадьбы никак? — в Федерации уже давно отбросили эти предрассудки.
— И после свадьбы тоже нет, — и продолжил в ответ на удивленный взгляд друга. — Они же пробирочные.
— Пробирочные? Как так?
— Ну, варварство это. А мне кажется — они с жиру бесятся, — Рон отхлебнул сливочного пива. — Поначалу, маточные репликаторы стали использовать из-за непривычных климатических условий. Хогвартс тогда только-только терраформировали. Потом это стало очень удобно, и естественные роды отошли в прошлое. Хотя изредка попадаются традиционалисты, Уизли, например. Нас за это «предателями крови» обозвали. Снобы.
— Искусственное вынашивание не мешает же остальному? — либо сливочное пиво было с низким градусом, либо это его свойство не пьянеть активизировалось, на вкус как фруктовый сок.
— Так-то да. Но лет тридцать уже как секс считается проявлением низменной животной натуры. А они, Блэки там, Малфои разные, считают себя «чистыми» и мараться подобным не хотят. Импотенты они, моральные и физические.
— А как же природный инстинкт? Это заложено в генах, — Гарри слабо себе представлял такую ситуацию.
— Пробирочные, говорю же тебе. Они удаляют этот «порок», как и многие другие. Модификация еще на стадии зачатия исправляет пристрастие к алкоголю, физические несовершенства, болезни наследственные, — Рон покрутил кружку, оценивая, сколько осталось на дне.
— Это же бессмысленно. С болезнями, кварки с ними, я согласен. Но алкоголь? Тем же пивом насладиться невозможно. Хорошо, меня не модифицировали, но с алкогольными напитками мне все равно не повезло, — посетовал Гарри, сколько себя помнил, он всегда оставался трезвым, в то время как его сослуживцы шатались из стороны в сторону.
— Мы все тут модифицированы. Перегибают только, Малфои те же, — слова Рона напомнили о картонной внешности Драко, и Гарри передернулся от мысли о модификации. — Уизли тоже пользуются услугами Мунго. Я — модифицированный. И ты тоже.
— Нет. Ты что-то путаешь. Я никогда не подвергался подобным операциям, — резко сказал Гарри.
— А похож. У Поттеров фишка была — они все копии друг друга. Иногда вот посмотришь, и не понятно: Карлус это или Игнотус, а может вообще Флимонт. Прости, друг, если задел.
Возвращался в отель он в растрепанных чувствах. Разговор с Роном никак не выходил у него из головы. Ничего против высоких технологий он не имел, до тех пор пока они обходили его стороной. Он гордился, что за время службы оставался целым и невредимым, что все то, что у него есть, — настоящее. Это единственное, что осталось у него от родителей. И мысль, что он всего лишь результат механического объединения двух клеток, да еще и частичного, была ему неприятна. От мамы ему достался только цвет глаз — зеленый. А он надеялся, что хотя бы половина всего набора генов.
— Уи-уи, — врезался в него бот-мусорщик, а может это он споткнулся об него.
Снова тот самый бот. Его подъемный механизм был сломан. Это он его так?
— Уип. Пи-пи-пи, — мигал робот, пытаясь прикрутить отвалившиеся части.
— Прости меня, задумался. Давай помогу, — Гарри начал собирать детали, но быстро понял, что без вспомогательных инструментов не обойтись. — Пошли за мной, бродяга. В отеле все восстановлю.
Кто-то за ним внимательно наблюдал. Гарри оглянулся, но в городской суете никого не увидел.
Постоянная бдительность!
В отеле их не пропустили.
— С роботами нельзя, — мешал пройти швейцар.
— Я его починю и все.
К ним подошел консьерж.
— Финниган, это же мистер Поттер! Проходите, мистер Поттер. Семейным делом решили заняться?
— Эм. Ну, что-то вроде того.
Гарри их не понимал: вешать ярлыки только потому, что его предки занимались артефакторикой, — бессмысленно. Основы механики он знал на любительском уровне. Ну и еще кое-что для экстренной починки истребителя. Правда потом, с повышением, за штурвал «Нимбуса» он садился все реже и реже. И ремонтировать уже ничего не приходилось.
В номере он внимательно рассмотрел бота. Детали отвалиться не должны были. Гарри пригляделся. Да, так и есть: кто-то открутил их, чтобы при первом же столкновении они отсоединились.
Страница 8 из 17
