Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
Добавить в моё избранное
271 мин, 33 сек 9120
Тот слегка отстранил от себя Поттера и, не разрывая поцелуя, принялся расстегивать пуговицы на его рубашке. Он, как и Гарри, дрожал, словно от холода, онемевшие пальцы не слушались. Чувствуя, что справиться с мелкими застежками не представляется возможным, Драко рванул полы рубашки, впившись в губы Гарри неистовым, злым поцелуем.
Под шум разлетевшихся в разные стороны пуговиц, он подтолкнул Поттера к кровати и опрокинул на мягкое покрывало. Шелк обжег разгоряченную кожу прохладой. Малфой поморщился, и кровать моментально оцепило кольцо яркого пламени. Красно-желтые языки, испуская множество искр, весело резвились, будто соревнуясь между собой. Кожу бережно окутало теплом.
— Что это? — испуганно глядя на плотную стену огня, срывающимся шепотом спросил Гарри.
— Магический огонь, — ответил Драко. — Мне нравится смотреть на тебя при свете пламени. Не бойся, он не сжигает, он только греет. Мама иногда — в детстве — согревала мне комнату таким заклинанием.
— Заклинанием? Так это ты сделал? — Гарри удивленно смотрел на Малфоя.
— Да, — ответил тот, не понимая, чему так удивился Поттер.
— Драко, твоя магия… — радостно воскликнул Гарри. — Твоя магия… Ты понимаешь? Ты можешь колдовать!
— Так я же не брал палочку… — слегка растерянно произнес Драко. — А неверба…
— Попробуй создать что-нибудь, — попросил Поттер, садясь на кровати. Драко задумался, затем сжал кулак, вздохнул и, раскрыв ладонь, с удивлением увидел, как в ней трепещет крошечный мотылек.
— Вернулась… — радостно шептал он. — Она вернулась, вот только я не обладал невербальными способностями… Странно…
— Разберемся с этим позже, — отмахнулся Поттер. — Главное, что теперь у тебя все будет в порядке!
— Я тоже на это надеюсь, — хитро улыбнувшись, Драко наклонился к Гарри и, повалив его обратно на шелковое покрывало, поцеловал.
Неистовый, страстный поцелуй сводил с ума, заставлял каждую клеточку танцевать в ритме страсти. Юркий язык прошелся по чуть припухшим губам, раздвигая их, заставляя принять себя, заявляя свои права на обладание. Проскользнув в горячую глубину, он слегка пощекотал нёбо, скользнул влагой по зубам и принялся дразнить чужой язык, словно бросая ему вызов, заставляя ответить.
И Гарри ответил, раскрываясь перед ним в своей невостребованной чувственности. Он жадно ловил влагу и проглатывал стоны удовольствия, подчинял и отдавался одновременно, чувствуя, как надвигающаяся страсть раскаленной волной проносится по венам, сосредотачиваясь томительным ожиданием внизу живота, скручиваясь тугой спиралью, чтобы взорваться мириадами искр восхитительно прекрасного удовольствия.
Отбросив снятую с Гарри рубашку в сторону, Драко прикоснулся к его горячей коже, погладил плечи, пальцами обвел кубики пресса, проследил за темной дорожкой волос, прячущейся под ремнем брюк. Глубоко вздохнув, он провел языком по голубой, пульсирующей жилке на шее, спустился к ключицам, покружил, оставляя влажные дорожки, на груди и приник к темному ореолу. Слизывая с кожи ароматы амбры и бергамота, пьянея от тонкого запаха мускуса, Драко исследовал желанное тело, оставляя на нем следы неконтролируемой страсти, вырывая у лежавшего под ним Поттера громкие стоны наслаждения. Когда он аккуратно потянул за ремень, его пальцы накрыла ладонь Гарри.
— Не спеши… — хриплым от возбуждения голосом произнес тот. Драко посмотрел на него и увидел смятение и испуг в ярких глазах. — Я… Я не… — смутился Поттер.
— Не бойся, я не буду торопить… Позволь только доставить тебе удовольствие… — Малфой нежно провел пальцами по щеке Гарри, вновь вовлекая его в сладостный водоворот поцелуя.
И тот доверился этим ласковым объятиям, нежным ласкам, страстному шепоту, отдав себя во власть бывшего врага, юного искусителя, пылкого любовника.
Трепетно, словно самую большую драгоценность, Драко ласкал его, шаг за шагом подводя своего возлюбленного к сладостному краю пропасти, сменяя движения руки страстными поцелуями, игривыми касаниями, легкими покусываниями, срывая с губ страстные стоны, то ускоряя, то замедляя сладостную пытку, повторяя весь путь снова от начала и до конца.
И Гарри казалось, что жить уже невозможно, что мир исчезает, унося за собой все вокруг, оставляя их парить в невесомости. Наконец он достиг заветного края, содрогаясь в последних аккордах симфонии страсти. И сердце зашлось от переполняющих его чувств, и магия вырвалась наружу сокрушительным, неконтролируемым потоком, заставляя потрескивать мебель, дребезжать тонкие стекла и трескаться зеркала.
— Теперь моя очередь, — прошептал Поттер, подминая под себя улыбающегося Драко и нежно целуя.
Драко таял от вкрадчивого голоса, шепчущего необыкновенные слова, впитывал каждое прикосновение, замирал от нежных ласк. Дыхание его сбивалось, когда очередная волна волнующего тепла растекалась по венам, покрывая кожу невидимыми мурашками, томя душу предвкушением счастья.
Под шум разлетевшихся в разные стороны пуговиц, он подтолкнул Поттера к кровати и опрокинул на мягкое покрывало. Шелк обжег разгоряченную кожу прохладой. Малфой поморщился, и кровать моментально оцепило кольцо яркого пламени. Красно-желтые языки, испуская множество искр, весело резвились, будто соревнуясь между собой. Кожу бережно окутало теплом.
— Что это? — испуганно глядя на плотную стену огня, срывающимся шепотом спросил Гарри.
— Магический огонь, — ответил Драко. — Мне нравится смотреть на тебя при свете пламени. Не бойся, он не сжигает, он только греет. Мама иногда — в детстве — согревала мне комнату таким заклинанием.
— Заклинанием? Так это ты сделал? — Гарри удивленно смотрел на Малфоя.
— Да, — ответил тот, не понимая, чему так удивился Поттер.
— Драко, твоя магия… — радостно воскликнул Гарри. — Твоя магия… Ты понимаешь? Ты можешь колдовать!
— Так я же не брал палочку… — слегка растерянно произнес Драко. — А неверба…
— Попробуй создать что-нибудь, — попросил Поттер, садясь на кровати. Драко задумался, затем сжал кулак, вздохнул и, раскрыв ладонь, с удивлением увидел, как в ней трепещет крошечный мотылек.
— Вернулась… — радостно шептал он. — Она вернулась, вот только я не обладал невербальными способностями… Странно…
— Разберемся с этим позже, — отмахнулся Поттер. — Главное, что теперь у тебя все будет в порядке!
— Я тоже на это надеюсь, — хитро улыбнувшись, Драко наклонился к Гарри и, повалив его обратно на шелковое покрывало, поцеловал.
Неистовый, страстный поцелуй сводил с ума, заставлял каждую клеточку танцевать в ритме страсти. Юркий язык прошелся по чуть припухшим губам, раздвигая их, заставляя принять себя, заявляя свои права на обладание. Проскользнув в горячую глубину, он слегка пощекотал нёбо, скользнул влагой по зубам и принялся дразнить чужой язык, словно бросая ему вызов, заставляя ответить.
И Гарри ответил, раскрываясь перед ним в своей невостребованной чувственности. Он жадно ловил влагу и проглатывал стоны удовольствия, подчинял и отдавался одновременно, чувствуя, как надвигающаяся страсть раскаленной волной проносится по венам, сосредотачиваясь томительным ожиданием внизу живота, скручиваясь тугой спиралью, чтобы взорваться мириадами искр восхитительно прекрасного удовольствия.
Отбросив снятую с Гарри рубашку в сторону, Драко прикоснулся к его горячей коже, погладил плечи, пальцами обвел кубики пресса, проследил за темной дорожкой волос, прячущейся под ремнем брюк. Глубоко вздохнув, он провел языком по голубой, пульсирующей жилке на шее, спустился к ключицам, покружил, оставляя влажные дорожки, на груди и приник к темному ореолу. Слизывая с кожи ароматы амбры и бергамота, пьянея от тонкого запаха мускуса, Драко исследовал желанное тело, оставляя на нем следы неконтролируемой страсти, вырывая у лежавшего под ним Поттера громкие стоны наслаждения. Когда он аккуратно потянул за ремень, его пальцы накрыла ладонь Гарри.
— Не спеши… — хриплым от возбуждения голосом произнес тот. Драко посмотрел на него и увидел смятение и испуг в ярких глазах. — Я… Я не… — смутился Поттер.
— Не бойся, я не буду торопить… Позволь только доставить тебе удовольствие… — Малфой нежно провел пальцами по щеке Гарри, вновь вовлекая его в сладостный водоворот поцелуя.
И тот доверился этим ласковым объятиям, нежным ласкам, страстному шепоту, отдав себя во власть бывшего врага, юного искусителя, пылкого любовника.
Трепетно, словно самую большую драгоценность, Драко ласкал его, шаг за шагом подводя своего возлюбленного к сладостному краю пропасти, сменяя движения руки страстными поцелуями, игривыми касаниями, легкими покусываниями, срывая с губ страстные стоны, то ускоряя, то замедляя сладостную пытку, повторяя весь путь снова от начала и до конца.
И Гарри казалось, что жить уже невозможно, что мир исчезает, унося за собой все вокруг, оставляя их парить в невесомости. Наконец он достиг заветного края, содрогаясь в последних аккордах симфонии страсти. И сердце зашлось от переполняющих его чувств, и магия вырвалась наружу сокрушительным, неконтролируемым потоком, заставляя потрескивать мебель, дребезжать тонкие стекла и трескаться зеркала.
— Теперь моя очередь, — прошептал Поттер, подминая под себя улыбающегося Драко и нежно целуя.
Драко таял от вкрадчивого голоса, шепчущего необыкновенные слова, впитывал каждое прикосновение, замирал от нежных ласк. Дыхание его сбивалось, когда очередная волна волнующего тепла растекалась по венам, покрывая кожу невидимыми мурашками, томя душу предвкушением счастья.
Страница 59 из 80
