Леденцы со вкусом крови

Красный свет исчез, я всё так-же не видела правым глазом, его тут-же прикрыли мокрой тряпкой.

— Теперь сердце!— крикнул какой-то мужчина и в мою руку всадили четыре иглы. Кто-то склонился надо мной и провёл металлическим предметом, наверно скальпелем, по моей шее, немного надавливая. Он резко отдёрнул руку вниз, разрезая мою кожу от шеи до живота. Дальше я мало помню что было. Ведь было уже не больно, вся процедура казалась выступлением в цирке, а я подопытной зверушкой. Последнее, что я помнила так это то что меня насильно напоили горькой жидкостью, после неё у меня начались судороги, а ранки начали сильно печь.

— Получилось, они живы!

С опаской я вошла в дом, доктор Сайлос шёл за мной. Тут всё так странно, не так как в больнице. Здесь яркие цвета, не так много комнат, как там. А это лестница наверх? Такая странная. Я остановилась, где Джек? Мне стало страшно, осознание того что рядом с тобой неизвестный тебе тип пугало, а рядом никого нет. Ни поддержки, ни опоры, хочу уйти отсюда! Куда угодно, но только подальше от этого места.

— Ты чего? Проходи наверх, Там твоя комната.

Он думает, что Алиса такая пай-девочка? Ну-ну это мы посмотрим… Невооруженным глазом видно. что девочка волнуется и ищет меня, но простите, я видим буду для всех, а не только для тебя. Какие же вы медленные! Я поднялся на второй этаж и заглянул в каждую комнату. И где комната Алисы? Если её отведут в ту красную комнату, буду удивлён. Я думал ей припасут подвал, чердак, в крайнем случае пустую комнату с кроватью и всё. Ошибка! Докторишка отвёл её в большую, красочную комнату. Алиса с открытым ртом разглядывала всё, находившуюся мебель. Когда мужчина вышел, я смог появиться, во всей своей красе. Девочка тут же сбивает меня с ног и душит меня в своих объятиях. Какая у неё хватка!

— Ты пришёл! Джек!

— Да-да, я тут. Погоди… А что с твоими глазами?— изображаем дурака, сжалившимся над бедным котёнком. Алиса тут-же отстранилась и отвернулась.

— Я теперь не красивая?— о, женщины! В первую очередь о красоте думаете, нет бы о здоровье.

— Почему? Ты всё такая же красивая.

— Главное, что ты так думаешь!— она готова сделать всё ради меня, слушать только меня. Я для неё всё! Единственный и неповторимый Джек, лучший друг, дарующий свет и радость. Как глупо и одновременно мило! Алиса вскочила и прыгнула на кровать. — Это моё!— недавно она всего боялась, а теперь…

— Я не доверяю тому типу.

— Я тоже, но поживём увидим! Джек?

— Что?

— Спасибо, что ты рядом… — я лишь улыбнулся.

— Глупая девочка! Даже не знает, что ей предстоит пережить! Но, Джек, потерпи, ещё есть время!

— Время? Ты смеёшься? Пора!

— Мне кажется, что стоит помедлить!

— Тебе всегда так кажется! Идиот! Я убью девчонку!

— Может не надо! Зачем?

— Что за жалость в тебе проснулась, Джек?!

— Да плюнь ты на него! Она умрёт!

— Джек, послушай, её надо оставить!

Обычная девочка (три года спустя)

Как меня раздражает этот докторишка! Он не смеет прикасается к ней! Только я могу говорить с ней, только я могу дотрагиваться до этих огненно-рыжих волос! Каждый грёбаный день я прихожу сюда и вижу одну и ту же картину: Сайлос сидит рядом с девочкой и что-то ей рассказывает, учит её готовке, говорит что можно, что нельзя делать, а что можно. Алиса разглядела в нём друга и помощника, а я? Кто я для неё? Когда мы остаёмся одни в комнате, она говорит какой Сайлос прекрасный, чудный. Она забывает обо мне! Меня это раздражает! Когда уже она его убьёт?! Иначе я это сделаю.

— Джек, хватит мучить моего кролика и пошли на улицу.

— Может посидим дома?

— Нет, вчера выпал снег и его там по колено. И я не против сыграть в снежки. Идём!

— Ладно… — я забросил мягкую игрушку обратно на люстру и пошёл за Алисой. Дурацкого доктора нигде не было, что радовало. Видеть его нахальную рожу противно!

Выйдя на улицу, я искал девчонку, которая уже успела где-то спрятаться. Сама найдётся, а я просто постою и полюбуюсь лесом. Резко мне захотелось домой, в наш особняк, полный убийц и психопатов. Некоторые люди, хотевшие спрятаться в доме и представить себе не могли, что их ждёт внутри. Их с порога разрывали на несколько частей, резали, кололи, в общем делали мы сними, что хотели. Даже Оффендеру иногда везло, обычно это происходило, когда дома никого нет или же другим лень разбираться с несчастным. В меня кто-то попал снежком, прям в голову, ах ты мелкая! Алиса валялась в снегу и смеялась. Я сделал снежок и кинул в лежащую на снегу девочку, попал!

— Так не честно! Лежачего не бьют!— она встала и кинула в меня ещё один снежок.

Эта игра могла продолжаться вечно. В Алису нереально было попасть, она слишком ловкая, а вот она меня снежками забросала. Редко промахивалась, не знаю, что ей ввели за лекарство, но оно работает.