Фандом: Гарри Поттер. А что было с тётушкой Марджори после того, как Гарри её надул? Память-то ей, конечно же, стёрли… но…
Добавить в моё избранное
5 мин, 23 сек 2387
Да нет, мы, порою, общаемся… но у них своя жизнь — а у меня своя. Не могу отделаться от мысли, что в том, что случилось, исключительно их вина. Хотя… Сказать по правде, я тоже была не лучшей на свете родственницей. Но, впрочем, это теперь не важно. Порой я думаю, что, возможно, была слишком жестока к их воспитаннику… они растили племянника-сироту… что ж, если даже и так, то, думаю, я достаточно наказана. Ну вот мы и закончили на сегодня.
Мисс Марджори Эйлин Дурсль, высокая худощавая шатенка с коротко стриженными волосами, в которых седины было уже куда больше, нежели тёмных прядей, кивнула своей клиентке и деликатно вышла из комнаты. Пройдя в свою спальню — везде только дерево, металл и пластик, никаких ковров, даже на окнах жалюзи вместо штор — она несколько раз пшикнула в рот ингалятором и, вздохнув, посмотрела на себя в зеркало, на котором не было ни пылинки. Если бы хоть кто-нибудь знал, как она ненавидела эту практически хирургическую чистоту, в которой теперь жила! И чего бы она ни отдала за то, чтобы иметь возможность вновь завести хотя бы одну собаку. Но увы — она ужасно реагировала на всех животных вообще, но к собакам не могла подходить даже близко: порой ей казалось, что она начинает задыхаться даже от их изображений на мониторе или на фотографиях, не говоря уж о том, чтобы увидеть тех вживую, пусть даже издали. Проклятая аллергия…
Порой она пыталась вспомнить, что случилось в тот вечер — и время от времени видела странные сны, в которых превращалась в воздушный шар и вылетала в окно дома брата, а потом летела вдоль улицы, подгоняемая прохладным ветром… но это были, конечно, всего лишь сны.
Сны, и ничего больше.
Мисс Марджори Эйлин Дурсль, высокая худощавая шатенка с коротко стриженными волосами, в которых седины было уже куда больше, нежели тёмных прядей, кивнула своей клиентке и деликатно вышла из комнаты. Пройдя в свою спальню — везде только дерево, металл и пластик, никаких ковров, даже на окнах жалюзи вместо штор — она несколько раз пшикнула в рот ингалятором и, вздохнув, посмотрела на себя в зеркало, на котором не было ни пылинки. Если бы хоть кто-нибудь знал, как она ненавидела эту практически хирургическую чистоту, в которой теперь жила! И чего бы она ни отдала за то, чтобы иметь возможность вновь завести хотя бы одну собаку. Но увы — она ужасно реагировала на всех животных вообще, но к собакам не могла подходить даже близко: порой ей казалось, что она начинает задыхаться даже от их изображений на мониторе или на фотографиях, не говоря уж о том, чтобы увидеть тех вживую, пусть даже издали. Проклятая аллергия…
Порой она пыталась вспомнить, что случилось в тот вечер — и время от времени видела странные сны, в которых превращалась в воздушный шар и вылетала в окно дома брата, а потом летела вдоль улицы, подгоняемая прохладным ветром… но это были, конечно, всего лишь сны.
Сны, и ничего больше.
Страница 2 из 2
