Фандом: Ориджиналы. Два дипломата при встрече всегда найдут тему для вежливой ничего не значащей беседы: о погоде, о цветах, о маслах для волос…
Добавить в моё избранное
9 мин, 59 сек 16872
— Посол Шейлас?
Только не краснеть, только не краснеть…
— Да? — стоящий у окна высоченный эльф обернулся, всем видом выражая вежливое внимание.
И не бледнеть тоже!
— Позвольте представить вам посла Хассиша, — Ирма поклонилась, указывая рукой на упомянутого посла и надеясь, что правильно рассчитала движение и необходимый угол наклона корпуса. Эльфийский этикет во время учебы заставлял её рыдать горючими слезами, а сейчас, когда началась работа — обливаться холодным потом, боясь малейшей ошибки. Вздорный характер остроухих был известен всем разумным.
Хорошо хоть представлять друг другу пришлось не двух эльфов, а всего лишь эльфа и горгону. Со вторыми как-то попроще… Если не брать в расчет абсолютно ничего не выражающие, будто застывшие навечно лица и беспрестанно шевелящийся клубок змей, украшавший их головы вместо волос. У посла Хассиша эти самые змеюки были такие длинные, что, расслабившись, свисали аж ниже пояса.
Впрочем, и посол Шейлас густотой и длиной шевелюры от него не отставал. Ирме становилось дурно от одной мысли, сколько может весить это шелковисто переливающееся богатство, а главное — сколько сил и времени уходит, чтобы поддерживать его в таком виде. Язык между тем молол сам, без участия хозяйки:
— Посол Хассиш лишь недавно прибыл в Сольвану, и мне выпала честь познакомить его с присутствующими.
Шейлас неторопливо кивнул, оглядывая коллегу.
— Рад приветствовать вас, посол Хассиш.
— Взаимно, — так же величественно, неуловимо плавным жестом склонил голову горгона.
От шевеления его змей, перетекающих с места на место, Ирме стало дурно. Определенно, ей требовалась хотя бы крохотная передышка, тем более, поручение она уже в целом выполнила, перезнакомив новенького со всеми участниками встречи.
— Позвольте оставить вас ненадолго, — вежливо извинилась она. — Я думаю, на время моего отсутствия у вас найдется тема для беседы…
Плавная речь сбилась, когда оба посла взглянули на Ирму, один — вопросительно приподняв бровь, другой — свив своих змей какими-то замысловатыми кольцами.
— … к примеру, у вас обоих просто изумительные прически! — выдохнула Ирма и поспешила с поклоном ретироваться, пока не ляпнула что-нибудь совсем идиотское, что могло стоить ей карьеры.
Когда она скрылась в направлении ведущего на балкон проема, послы переглянулись.
— Забавно, — что имел в виду горгона, оставалось не совсем ясным: то ли ситуацию, то ли поведение его проводницы, то ли что-то еще, неведомое. Тон у него был такой же нейтральный, как и выражение лица.
Однако эльф его прекрасно понял, потому что кивнул.
— Всецело согласен. И со столь лестным высказыванием юной девы — тоже.
Тут уже Хассиш уложил змеек ровной волной, принимая комплимент, и, когда подышавшая свежим воздухом Ирма вернулась, они мирно обсуждали достоинства эльфийских масел применительно к волосам и чешуе. Почему-то, глядя на то, какими волнами идут змейки, расслышавшая последние фразы Ирма опять чуть не покраснела.
Но всё обошлось, даже встреча закончилась, послы разошлись в разные стороны, изъявив желание еще увидеть друг друга напоследок, и Ирма наконец-то выдохнула с облегчением. Новое мероприятие планировалось не раньше чем через неделю — а значит, неделю она будет общаться с послами исключительно посредством коммуникаторов, и никаких встреч вживую!
— Как, говоришь, называется это масло?
Тяжелые, внезапно теплые змеиные тела скользили между пальцев, будто заплетенные в косы волосы. Змейкам было лень шевелиться, и они обвисли, не мешая перебирать, оглаживать, оценивать гладкость чешуек.
— Оливковое, — откликнулся Хассиш, чуть прикрыв глаза: бережные прикосновения Шейласа доставляли удовольствие.
— Весьма впечатляющий результат… Надо будет опробовать, — решил Шейлас, зарываясь рукой в самую гущу змеек.
Была у него такая неистребимая тяга: теребить их, переплетать, будто проверяя гибкость, взвешивать на ладони, то по отдельности, то целыми пучками. Впрочем, Хассиш не отставал: сейчас он лениво сжимал самый кончик роскошной гривы эльфа, водя ею по собственной руке, будто кончиком кисти. Действо ему определенно нравилось, горгона жмурился, выписывая странные вензеля.
— Ах да, — Шейлас наконец отвлекся от вдумчивого перебирания змеек и потянулся куда-то к стоящему в углу возле дивана столику, заставленному всевозможной изящной мелочевкой. Извлек из стройного ряда небольшой флакон, протянул горгоне.
— Та смесь масел, о которой я говорил.
Хассиш подарок принял, с интересом обнюхав снятую крышку.
— Хм-м. Кажется, я догадываюсь о составе…
— Не желаешь опробовать?
— Почему бы и нет, — улыбаться Хассиш, оказывается, умел, и его тонко вылепленному лицу эта улыбка более чем шла.
Только не краснеть, только не краснеть…
— Да? — стоящий у окна высоченный эльф обернулся, всем видом выражая вежливое внимание.
И не бледнеть тоже!
— Позвольте представить вам посла Хассиша, — Ирма поклонилась, указывая рукой на упомянутого посла и надеясь, что правильно рассчитала движение и необходимый угол наклона корпуса. Эльфийский этикет во время учебы заставлял её рыдать горючими слезами, а сейчас, когда началась работа — обливаться холодным потом, боясь малейшей ошибки. Вздорный характер остроухих был известен всем разумным.
Хорошо хоть представлять друг другу пришлось не двух эльфов, а всего лишь эльфа и горгону. Со вторыми как-то попроще… Если не брать в расчет абсолютно ничего не выражающие, будто застывшие навечно лица и беспрестанно шевелящийся клубок змей, украшавший их головы вместо волос. У посла Хассиша эти самые змеюки были такие длинные, что, расслабившись, свисали аж ниже пояса.
Впрочем, и посол Шейлас густотой и длиной шевелюры от него не отставал. Ирме становилось дурно от одной мысли, сколько может весить это шелковисто переливающееся богатство, а главное — сколько сил и времени уходит, чтобы поддерживать его в таком виде. Язык между тем молол сам, без участия хозяйки:
— Посол Хассиш лишь недавно прибыл в Сольвану, и мне выпала честь познакомить его с присутствующими.
Шейлас неторопливо кивнул, оглядывая коллегу.
— Рад приветствовать вас, посол Хассиш.
— Взаимно, — так же величественно, неуловимо плавным жестом склонил голову горгона.
От шевеления его змей, перетекающих с места на место, Ирме стало дурно. Определенно, ей требовалась хотя бы крохотная передышка, тем более, поручение она уже в целом выполнила, перезнакомив новенького со всеми участниками встречи.
— Позвольте оставить вас ненадолго, — вежливо извинилась она. — Я думаю, на время моего отсутствия у вас найдется тема для беседы…
Плавная речь сбилась, когда оба посла взглянули на Ирму, один — вопросительно приподняв бровь, другой — свив своих змей какими-то замысловатыми кольцами.
— … к примеру, у вас обоих просто изумительные прически! — выдохнула Ирма и поспешила с поклоном ретироваться, пока не ляпнула что-нибудь совсем идиотское, что могло стоить ей карьеры.
Когда она скрылась в направлении ведущего на балкон проема, послы переглянулись.
— Забавно, — что имел в виду горгона, оставалось не совсем ясным: то ли ситуацию, то ли поведение его проводницы, то ли что-то еще, неведомое. Тон у него был такой же нейтральный, как и выражение лица.
Однако эльф его прекрасно понял, потому что кивнул.
— Всецело согласен. И со столь лестным высказыванием юной девы — тоже.
Тут уже Хассиш уложил змеек ровной волной, принимая комплимент, и, когда подышавшая свежим воздухом Ирма вернулась, они мирно обсуждали достоинства эльфийских масел применительно к волосам и чешуе. Почему-то, глядя на то, какими волнами идут змейки, расслышавшая последние фразы Ирма опять чуть не покраснела.
Но всё обошлось, даже встреча закончилась, послы разошлись в разные стороны, изъявив желание еще увидеть друг друга напоследок, и Ирма наконец-то выдохнула с облегчением. Новое мероприятие планировалось не раньше чем через неделю — а значит, неделю она будет общаться с послами исключительно посредством коммуникаторов, и никаких встреч вживую!
— Как, говоришь, называется это масло?
Тяжелые, внезапно теплые змеиные тела скользили между пальцев, будто заплетенные в косы волосы. Змейкам было лень шевелиться, и они обвисли, не мешая перебирать, оглаживать, оценивать гладкость чешуек.
— Оливковое, — откликнулся Хассиш, чуть прикрыв глаза: бережные прикосновения Шейласа доставляли удовольствие.
— Весьма впечатляющий результат… Надо будет опробовать, — решил Шейлас, зарываясь рукой в самую гущу змеек.
Была у него такая неистребимая тяга: теребить их, переплетать, будто проверяя гибкость, взвешивать на ладони, то по отдельности, то целыми пучками. Впрочем, Хассиш не отставал: сейчас он лениво сжимал самый кончик роскошной гривы эльфа, водя ею по собственной руке, будто кончиком кисти. Действо ему определенно нравилось, горгона жмурился, выписывая странные вензеля.
— Ах да, — Шейлас наконец отвлекся от вдумчивого перебирания змеек и потянулся куда-то к стоящему в углу возле дивана столику, заставленному всевозможной изящной мелочевкой. Извлек из стройного ряда небольшой флакон, протянул горгоне.
— Та смесь масел, о которой я говорил.
Хассиш подарок принял, с интересом обнюхав снятую крышку.
— Хм-м. Кажется, я догадываюсь о составе…
— Не желаешь опробовать?
— Почему бы и нет, — улыбаться Хассиш, оказывается, умел, и его тонко вылепленному лицу эта улыбка более чем шла.
Страница 1 из 3
