Вдохновение не всегда может быть хорошим. Весь сюжет покажет свою темную, кошмарную сторону, ведь он зависит от души Писателя. Когда-то светлая душа почернеет, а вместе с ней и каждый персонаж станет адской тварью. Сюжет той жизни резко прервется. Начнется новая книга. Старые страницы будут вырваны. Чернила заменит кровь. Ненужные персонажи будут вычеркнуты из нового сюжета. Придя один раз, Дьявольская Муза больше никогда не уйдет. К чему же это приведет еще маленького, неопытного птенчика?
Добавить в моё избранное
457 мин, 28 сек 19142
Свечами я не пользуюсь, тут столько важной макулатуры, что можно весь дом спалить. Тихо закрываю дверь и поднимаюсь наверх, пристально смотря под ноги. Поняв, что я здесь и никуда не ушла, птицы с перебинтованными крыльями успокоились и притихли. Всего их здесь двенадцать штук. Прямо с утра раненные и прилетели, еле смогли, знают, что здесь им помогут, не дадут умереть… Зимой они тут часто будут бывать, я сама не переношу холода. Из-под кровати вытаскиваю большой сундук без замка — находящееся внутри все равно никто не захочет украсть, только для меня это дорого. Я подняла достаточно тяжелую крышку и, сидя на коленях, поочередно доставала стеклянные банки небольшого размера. Сразу же стало светлее — в каждой банке парили светлячки, которые никогда не умрут, они со мной еще с прошлого года. Теперь, когда вокруг меня все видно, начинаю расставлять банки по всему чердаку.
Через пару минут стало достаточно светло, и можно было не бояться потерять свои ноги. Я поудобней села на кровать, поднявшись обратно. Сегодня я хочу подольше посидеть, не сразу ложиться спать. За прошедшую неделю я успела полностью восстановить все потраченные силы. Чувствую себя намного сильнее и легче, что-то внутри перестало болеть. Может, это сердце все время болело от потери сил? Точно ответить на этот вопрос не могу… На мои плечи плавно сели белые, широкогрудые голуби с длинными шеями. У одного перебинтованы лапы, у второго — залечена мною рана на затылке. Удивительно, сколько птиц может погибнуть в один день… Они легонько потерлись головами о мои щеки, поняв, что я задумалась и из-за этого немного опечалилась. Голуби стали успокаивать и подбадривать своим воркованием. Может, они на птичьим говорят мне теплые добрые слова, но я их не понимаю. Жалко, что рядом сейчас нет моей самой любимой птицы. Рэй всегда пропадает во время любого дождя, он его не любит, не хочет видеть, возможно, даже боится, я не знаю, Рэй не желает мне рассказывать причину. Теперь понятно, почему он не смог тогда меня спасти… тогда пошел дождь… Меня поймали, а потом заперли… с ним. Птицы почувствовали мою печаль. Несколько воронов сели мне на колени, пара воробушков — на разутые ноги в гольфах, а остальные окружили меня, сев на пол и на кровать. Так тепло от их перьев стало… Начинаю гладить птиц и чувствовать себя намного лучше. Они действительно успокаивают. Намного лучше, чем эти кошки… Я больше никогда не возьму в руки кошку.
В дверь несколько раз постучали. Сначала показалось, что это постучал дятел по дереву. Птицы захлопали крыльями и разлетелись, оставив вокруг меня несколько своих перьев. Тот, кто находился за дверью, молчал и не открывал ее, ждал, когда я сама открою и впущу. Неужели, кто-то знает слово «этикет»? Сдув с себя перья, спускаюсь к двери и открываю ее. И так понятно, кто за ней…
— Ну пожалуйста, Неизвестная, расколдуй меня. — на пороге легонько подпрыгивал превращенный в полено Джек. Про пару-тройку дней я пошутила… Он такой мелкий, в первый раз смотрю на него сверху вниз, это так приятно. Готовая в очередной раз выслушивать его мольбы, упираюсь плечом в дверной косяк и складываю руки на груди.
— Надо мной каждый день все ржут. Я не могу есть свои любимые конфеты. У меня нет рук! Извини. Расколдуй меня. — умоляя, Джек подскакал к моим ногам, громко стуча по полу.
— Ладно, ты уже отмучился. Тебе повезло, что Рэй рассказал мне способ снять его черное заклятье. — с ухмылкой беру живое полено в руки и, закрыв дверь, иду в центр чердака.
— Интересно, если из тебя вырезать куклу, ты так же будешь бегать по дурдому?— я поставила Джека на пол и уткнула руки в боки.
— Меня по сто раз уже Буратино назвали… — обиженно буркнул он. Я три раза топнула пяткой, представила перед собой прежнего Джека, а затем неслышно хлопнула в ладоши. Секунда — и полено превратилось в полосатого клоуна, сидящего на полу. Джек полностью осмотрел себя и свои руки, после ощупал голову с волосами.
— Ура! Спасибо!— воскликнул он по-детски и обхватил меня ручищами, от которых я уже отвыкла.
— Отпусти, иначе в куст превращу. — я вырвалась и пошла к большому мешку, находящемуся у окна. Джек поднялся и, думая, что я его не слышу и не замечаю, с интересом поплелся за мною. Развязав тяжеленный мешок, я приманила сидящих на стропилах птиц. Внутри было пшено с различными зернами для них. Стая проголодавшихся птиц тут же подлетела ко мне. Некоторые не побоялись сесть на Джека.
— Ты так сильно любишь птиц?— он вздрогнул, затем взял в руки ворона с забинтованным хвостом, из которого вырвали перья. Видимо, подрался.
— А без ответа не видно?— спокойно ответила я, села на подоконник и принялась заботливо кормить птиц и гладить их заживающие раны.
— Ух-ты, светлячки. Ты их на полянке поймала?— только сейчас Джек заметил расставленные повсюду банки со светлячками. Он подбежал к одной, на книжном шкафу, и с улыбкой принялся разглядывать маленьких насекомых.
Через пару минут стало достаточно светло, и можно было не бояться потерять свои ноги. Я поудобней села на кровать, поднявшись обратно. Сегодня я хочу подольше посидеть, не сразу ложиться спать. За прошедшую неделю я успела полностью восстановить все потраченные силы. Чувствую себя намного сильнее и легче, что-то внутри перестало болеть. Может, это сердце все время болело от потери сил? Точно ответить на этот вопрос не могу… На мои плечи плавно сели белые, широкогрудые голуби с длинными шеями. У одного перебинтованы лапы, у второго — залечена мною рана на затылке. Удивительно, сколько птиц может погибнуть в один день… Они легонько потерлись головами о мои щеки, поняв, что я задумалась и из-за этого немного опечалилась. Голуби стали успокаивать и подбадривать своим воркованием. Может, они на птичьим говорят мне теплые добрые слова, но я их не понимаю. Жалко, что рядом сейчас нет моей самой любимой птицы. Рэй всегда пропадает во время любого дождя, он его не любит, не хочет видеть, возможно, даже боится, я не знаю, Рэй не желает мне рассказывать причину. Теперь понятно, почему он не смог тогда меня спасти… тогда пошел дождь… Меня поймали, а потом заперли… с ним. Птицы почувствовали мою печаль. Несколько воронов сели мне на колени, пара воробушков — на разутые ноги в гольфах, а остальные окружили меня, сев на пол и на кровать. Так тепло от их перьев стало… Начинаю гладить птиц и чувствовать себя намного лучше. Они действительно успокаивают. Намного лучше, чем эти кошки… Я больше никогда не возьму в руки кошку.
В дверь несколько раз постучали. Сначала показалось, что это постучал дятел по дереву. Птицы захлопали крыльями и разлетелись, оставив вокруг меня несколько своих перьев. Тот, кто находился за дверью, молчал и не открывал ее, ждал, когда я сама открою и впущу. Неужели, кто-то знает слово «этикет»? Сдув с себя перья, спускаюсь к двери и открываю ее. И так понятно, кто за ней…
— Ну пожалуйста, Неизвестная, расколдуй меня. — на пороге легонько подпрыгивал превращенный в полено Джек. Про пару-тройку дней я пошутила… Он такой мелкий, в первый раз смотрю на него сверху вниз, это так приятно. Готовая в очередной раз выслушивать его мольбы, упираюсь плечом в дверной косяк и складываю руки на груди.
— Надо мной каждый день все ржут. Я не могу есть свои любимые конфеты. У меня нет рук! Извини. Расколдуй меня. — умоляя, Джек подскакал к моим ногам, громко стуча по полу.
— Ладно, ты уже отмучился. Тебе повезло, что Рэй рассказал мне способ снять его черное заклятье. — с ухмылкой беру живое полено в руки и, закрыв дверь, иду в центр чердака.
— Интересно, если из тебя вырезать куклу, ты так же будешь бегать по дурдому?— я поставила Джека на пол и уткнула руки в боки.
— Меня по сто раз уже Буратино назвали… — обиженно буркнул он. Я три раза топнула пяткой, представила перед собой прежнего Джека, а затем неслышно хлопнула в ладоши. Секунда — и полено превратилось в полосатого клоуна, сидящего на полу. Джек полностью осмотрел себя и свои руки, после ощупал голову с волосами.
— Ура! Спасибо!— воскликнул он по-детски и обхватил меня ручищами, от которых я уже отвыкла.
— Отпусти, иначе в куст превращу. — я вырвалась и пошла к большому мешку, находящемуся у окна. Джек поднялся и, думая, что я его не слышу и не замечаю, с интересом поплелся за мною. Развязав тяжеленный мешок, я приманила сидящих на стропилах птиц. Внутри было пшено с различными зернами для них. Стая проголодавшихся птиц тут же подлетела ко мне. Некоторые не побоялись сесть на Джека.
— Ты так сильно любишь птиц?— он вздрогнул, затем взял в руки ворона с забинтованным хвостом, из которого вырвали перья. Видимо, подрался.
— А без ответа не видно?— спокойно ответила я, села на подоконник и принялась заботливо кормить птиц и гладить их заживающие раны.
— Ух-ты, светлячки. Ты их на полянке поймала?— только сейчас Джек заметил расставленные повсюду банки со светлячками. Он подбежал к одной, на книжном шкафу, и с улыбкой принялся разглядывать маленьких насекомых.
Страница 53 из 120
