Писатель Смерти

Птицы спрыгнули на пол и пешком или маленькими подскоками тихо направились за мной. Они теперь постоянно будут ходить за мной? На диване, закинув на спинку ногу, кто-то крепко спал и тихо похрапывал. Так, а это что еще за сюрприз? Итан взлетел и полетел к дивану. Воробушек принялся клевать спящего и чирикать.

— Итан! Итан, отстань!— сонно бубнил Джек и размахивал руками. Почему он здесь? Джек не дал мне самовольно умереть? И зачем ему это понадобилось делать?! Джек все-таки поднялся и помотал головой, прогнав Итана. Весь лохматый, сонный. Он спал тут под своим черным одеялом в одних пижамных штанах в черно-белую полоску.

— А? Неизвестная!— увидев меня, он перепрыгнул через спинку дивана.

— Так, ты куда собралась?— Джек насторожился, внимательно осмотрел меня и подошел поближе.

— Мне нужно принять ванну. — я собралась открыть дверь чердака и уйти, но Джек выскочил передо мной и преградил путь.

— Я пойду с тобой. -

— Чего?!— тот не ответил и начал проверять все карманы моей пижамы. Когда Джек сунул руку в нагрудный, я дала ему пощечину.

— Ай! Где ты лезвие спрятала?— держась за красный след на белоснежной щеке, он продолжал меня осматривать со всех сторон.

— Я просто хочу помыться! У меня нет лезвия!— не хватало сил, чтобы кричать громче или сильнее ударить.

— Ну ладно. Но я все равно пойду с тобой. — убедившись, Джек взял меня за руку и потащил за собой с чердака. Птицы остались в комнате, с нами были только Итан, Ян и Филл.

Джек привел меня к ванной комнате и наконец-таки отпустил.

— Я побуду тут. — он открыл дверь, а сам сел на пол у стенки, согнув колени. Ладно, он хотя бы снаружи решил остаться. Я с Филлом и Яном на плечах вошла в ванну и закрыла дверь. Кстати, дверь и петли новенькие, светлее выглядят на фоне всей тусклой комнаты. Старую выбили, чтобы добраться до умирающей меня… Сама ванна и стена прямо блестели от чистоты. На стеклянной полочке у зеркала лежала маленькая записка. Включив теплую воду, я взяла и прочла записку. «Если ты не подохла, малявка, я сама тебя когда-нибудь зарежу. И за ванну ты мне еще ответишь!» Мда, хотя, даже после моей смерти Джейн немножко помучится, потому что сама не отправила меня на тот свет. Сжав записку в бумажный комок, выкидываю ее в мусорное ведро. Пока ванна наполнялась водой, я среди разнообразия бутылок с шампунями и гелями для душа нашла большую бутылку с пеной для ванны. Она была больше всех других. Я открыла ее и немного налила густой жидкости в воду. Над водой начала подниматься белая пена, от нее пахло клубникой. Филин и ястреб перепрыгнули с моих плеч на края раковины, а я начала снимать с себя пижаму, которую только выкинуть можно. Вся бледная кожа пропиталась чернилами и стала синей. Я помню случай из своего детства… Маленькой я украла у мамы синьку, а потом насыпала ее в ванну, когда мылась. Такая же картина, только сейчас все изменилось, а я давно выросла…

— Не молчи, Чернильница!— крикнул Джек по ту сторону двери и пару раз постучал. Ян перепугался, поскользнулся и упал в раковину.

— Иди ты!— помогаю Яну поднять на лапки, затем выключаю воду и залезаю в наполненную ванну. Вода понемногу смывала с меня чернила, пена медленно окрашивалась в синий. Коса намокла и набухла. Сняв резинку, я усердно распутывала ломкие, грязные волосы и расплетала косу. С запястий сползли бинты, под которыми еще были куски ваты. Они были светло-зелеными из-за зеленки, а четыре пореза почти зажили. Заметные шрамы однозначно останутся…

— Нет! Говори со мной! Так я точно буду уверен, что ты снова не попытаешься себя убить. -

— Ладно, только не ори. — вздохнула я и взяла мочалку с мылом, кинув бинты с ватой в мусорку. Некоторые чернильные пятна все же придется оттирать.

— Сколько я проспала?-

— Три дня, а я все эти дни на чердаке провел. -

— И зачем? Зачем ты меня вообще спас? Ты же это сделал? Это было мое решения. -

— Тебя Джейн хотела зарезать одной ночью, но я прогнал ее, даже до смерти напугал. Она приняла меня за Рэя. -

— А… Рэй не приходил, пока я была без сознания?-

— Эм… нет, все три дня его здесь не было. Кстати, что с ним? Рэй сильно изменился. -

— Даже слишком… Видимо, я его чем-то разозлила. Кроме меня его больше ничего не волнует, я же его Писатель. -

— Так это он тебе что-то наговорил и ты пошла вены резать?!-

— Нет!-

— Ты врешь!-

— Нет!-

— Да!-

— Я не вру!-

— Врешь!-

— Тогда зачем ты не дал лгунье умереть?-

— Потому что эта лгунья — мой друг, а друзьям помогают. Разве не ясно?-

— Что? Друг?… -

— Конечно. Думаешь, почему мне нравится тебя доставать?-

— Ну, потому что делать нечего, или мозгов мало. -

— А вот это уже обидно было. Я и так на тебя обиделся.