Фандом: Гарри Поттер. Что может произойти по дороге домой? Валентина теперь знает ответ — под колесами твоей машины может оказаться Мальчик-Который-Выжил…
Добавить в моё избранное
206 мин, 25 сек 7915
Для подготовки к школе Гарри рекомендовалось прочитать следующие книги — «Введение в чары» для младшего школьного возраста,«Латынь и кириллица для малышей», «Мир вокруг нас» — это, как поняла Валентина, была книга по магической географии, а также«Историю магической России в картинках» и«Травы и зелья для любознательных».
Покачав головой и отдав список сыну, который принялся с энтузиазмом читать его вслух, Валя развернула ещё одно послание, адресованное уже теперь лично ей.
Ольга, отправившая это письмо, интересовалась у Валентины, будет ли той удобно подъехать послезавтра в Москву и встретиться с ней на Славянской площади в два часа дня.
Ольга извинялась, что не смогла, как обещала, прийти лично и объясняла, что ответ нужно написать на этом же письме. Валентина с замиранием сердца аккуратно написала «мы придём» и полюбовалась тем, как текст исчезает, просто впитываясь в листок.
Ассоциации с дневником Тома Риддла сразу же пришла на ум Валентине, хотя она понимала, что это, судя по всему, какие-то чары для общения.
«Я буду ждать, — появилось ответное послание. — Оставьте листок себе, он зачарован так, чтобы мы смогли общаться, но будьте внимательны — его могут видеть и другие люди, не забывайте об этом.»
Через несколько минут листок стал девственно чистым и Валентина поспешила спрятать его от греха подальше — разбрасываться такими артефактами она не собиралась.
Так как уже послезавтра им надо было быть в Москве, Корчагины на следующий день с утра пораньше отправились в путь. Ехать на своей машине Валя не рискнула, зная, что не является асом вождения. Летом ещё куда ни шло, но сейчас, в снег и гололёд, она не собиралась подвергать опасности сына. До города она, конечно же, добралась, а там, оставив машину на стоянке, Валя с Гарри сели в поезд, который уже к вечеру доставил их в столицу.
Поездка прошла под несмолкающие восторги ребёнка — сначала вокзал и поезда, с грохотом подкатывающие к платформе, а потом посадка в вагон…
Им досталась боковушка и мальчишка всю дорогу просидел, почти уткнувшись носом в окно, рассматривая пролетающие пейзажи и заснеженные станции и полустанки, время от времени приставая к Валентине с вопросами, которым Корчагина была только рада.
Московская сутолока, снова ставшая для неё действительностью, заставила Валю покрепче ухватить Гарри за руку, к тому же сын и сам жался к ней, опасаясь потеряться.
Мальчик, никогда не видевший столько людей, судорожно цеплялся за Валентину, пока они добирались до входа в здание вокзала, и она подумала, что зря решила ехать на поезде — испуг или усталость могли спровоцировать у мальчика стихийный выброс и волшебники их явно за это не похвалили бы.
Решив, что поездка в метро будет ещё более глупой затеей, Корчагина вызвала такси и через пятнадцать минут они ехали в Хамовники. Гарри уже явно устал крутить головой — впечатлений оказалось слишком много, и ребёнок выглядел уставшим.
Но любая дорога имеет свойство заканчиваться и вот уже Гарри задыхается в крепких бабушкиных объятьях, а Валентина облегчённо вздыхает, ощущая немного забытую ауру родного дома.
— Надеюсь, вы погостите у нас некоторое время? — спросила Надежда Сергеевна, сидя в кругу семьи за поздним ужином.
— Возможно, нам действительно придётся немного задержаться, — отозвалась Валя, задумчиво грея в ладонях бокал вина, налитого отцом «за встречу». — Обнаружились новые факты…
— Давай-ка уложим Гарри, он уже клюёт носом, а потом поговорим, — баба Надя обратила внимание на внука, который действительно уже засыпал, сидя над тарелкой с недоеденным пюре. — Отец всё уже знает, так что можешь говорить, не скрываясь.
Валентина посмотрела на отца, который с интересом смотрел на внука, и вынуждена была согласиться, что так даже лучше — втроём они явно сообразят быстрее.
Улыбнувшись двусмысленности формулировки, Валя отправилась укладывать сына.
— Плохо ты её расспросила, — попеняла ей мать, когда Валентина вернулась за стол и поведала историю о Гарри, проснувшейся магии, дружиниках и кураторе. — Надо было всё выспросить о других школах, да и о рекомендованной узнать побольше.
— Мам, школа в Москве, чего определяться?! — воскликнула Валя, недовольно звякнув вилкой. — Ты хочешь, чтобы моего сына отправили куда-нибудь за Уральские горы или вон, под Мурманск? Читала я как-то версию, что именно там находится Дурмштранг, так неужели их младшая школа может оказаться где-то под Сочи?!
— Ты не горячись, — остудил дочкин пыл отец, — может, ты не ошибаешься, и эта Ольга предложила наилучший вариант, да только хочется узнать о школе побольше.
— Вот и расспрошу её при встрече, — отрезала Валентина, решив не спорить с родителями — следовало признать, что те в чём-то и правы. — К тому же меня интересует ещё немало вопросов и я надеюсь, что она может порекомендовать подходящую литературу.
Покачав головой и отдав список сыну, который принялся с энтузиазмом читать его вслух, Валя развернула ещё одно послание, адресованное уже теперь лично ей.
Ольга, отправившая это письмо, интересовалась у Валентины, будет ли той удобно подъехать послезавтра в Москву и встретиться с ней на Славянской площади в два часа дня.
Ольга извинялась, что не смогла, как обещала, прийти лично и объясняла, что ответ нужно написать на этом же письме. Валентина с замиранием сердца аккуратно написала «мы придём» и полюбовалась тем, как текст исчезает, просто впитываясь в листок.
Ассоциации с дневником Тома Риддла сразу же пришла на ум Валентине, хотя она понимала, что это, судя по всему, какие-то чары для общения.
«Я буду ждать, — появилось ответное послание. — Оставьте листок себе, он зачарован так, чтобы мы смогли общаться, но будьте внимательны — его могут видеть и другие люди, не забывайте об этом.»
Через несколько минут листок стал девственно чистым и Валентина поспешила спрятать его от греха подальше — разбрасываться такими артефактами она не собиралась.
Так как уже послезавтра им надо было быть в Москве, Корчагины на следующий день с утра пораньше отправились в путь. Ехать на своей машине Валя не рискнула, зная, что не является асом вождения. Летом ещё куда ни шло, но сейчас, в снег и гололёд, она не собиралась подвергать опасности сына. До города она, конечно же, добралась, а там, оставив машину на стоянке, Валя с Гарри сели в поезд, который уже к вечеру доставил их в столицу.
Поездка прошла под несмолкающие восторги ребёнка — сначала вокзал и поезда, с грохотом подкатывающие к платформе, а потом посадка в вагон…
Им досталась боковушка и мальчишка всю дорогу просидел, почти уткнувшись носом в окно, рассматривая пролетающие пейзажи и заснеженные станции и полустанки, время от времени приставая к Валентине с вопросами, которым Корчагина была только рада.
Московская сутолока, снова ставшая для неё действительностью, заставила Валю покрепче ухватить Гарри за руку, к тому же сын и сам жался к ней, опасаясь потеряться.
Мальчик, никогда не видевший столько людей, судорожно цеплялся за Валентину, пока они добирались до входа в здание вокзала, и она подумала, что зря решила ехать на поезде — испуг или усталость могли спровоцировать у мальчика стихийный выброс и волшебники их явно за это не похвалили бы.
Решив, что поездка в метро будет ещё более глупой затеей, Корчагина вызвала такси и через пятнадцать минут они ехали в Хамовники. Гарри уже явно устал крутить головой — впечатлений оказалось слишком много, и ребёнок выглядел уставшим.
Но любая дорога имеет свойство заканчиваться и вот уже Гарри задыхается в крепких бабушкиных объятьях, а Валентина облегчённо вздыхает, ощущая немного забытую ауру родного дома.
— Надеюсь, вы погостите у нас некоторое время? — спросила Надежда Сергеевна, сидя в кругу семьи за поздним ужином.
— Возможно, нам действительно придётся немного задержаться, — отозвалась Валя, задумчиво грея в ладонях бокал вина, налитого отцом «за встречу». — Обнаружились новые факты…
— Давай-ка уложим Гарри, он уже клюёт носом, а потом поговорим, — баба Надя обратила внимание на внука, который действительно уже засыпал, сидя над тарелкой с недоеденным пюре. — Отец всё уже знает, так что можешь говорить, не скрываясь.
Валентина посмотрела на отца, который с интересом смотрел на внука, и вынуждена была согласиться, что так даже лучше — втроём они явно сообразят быстрее.
Улыбнувшись двусмысленности формулировки, Валя отправилась укладывать сына.
— Плохо ты её расспросила, — попеняла ей мать, когда Валентина вернулась за стол и поведала историю о Гарри, проснувшейся магии, дружиниках и кураторе. — Надо было всё выспросить о других школах, да и о рекомендованной узнать побольше.
— Мам, школа в Москве, чего определяться?! — воскликнула Валя, недовольно звякнув вилкой. — Ты хочешь, чтобы моего сына отправили куда-нибудь за Уральские горы или вон, под Мурманск? Читала я как-то версию, что именно там находится Дурмштранг, так неужели их младшая школа может оказаться где-то под Сочи?!
— Ты не горячись, — остудил дочкин пыл отец, — может, ты не ошибаешься, и эта Ольга предложила наилучший вариант, да только хочется узнать о школе побольше.
— Вот и расспрошу её при встрече, — отрезала Валентина, решив не спорить с родителями — следовало признать, что те в чём-то и правы. — К тому же меня интересует ещё немало вопросов и я надеюсь, что она может порекомендовать подходящую литературу.
Страница 14 из 59
