В темноте

Куртка была короткой и не прикрывала ягодиц, пошло обтянутых узкими брюками — непривычная одежда вроде бы и нравилась эльфу и в то же время смущала до ужаса. Да ещё и Джиллиан смотрел на него так пронзительно и молчал, молчал… Руинни казалось, что он под пол скорее провалится, чем охотник наконец отведёт от него пугающий горящий взгляд и вынесет своё решение.

— Очень… — необычно низким, хриплым голосом сказал Амортаре, — тебе очень идёт эта одежда. Только жаль, что… твой балахон сверху не оденешь.

Маг удивлённо заморгал, искренне не понимая, при чём здесь его старая мантия, чего нельзя было сказать о торговце. Мужчина широко заулыбался, отошёл к ряду подставок у противоположной стены, а вернувшись — накинул на плечи Руинн'рина тёмно-зелёную шерстяную накидку длиной до середины бедра, отдельно к которой шла рыжая меховая подстёжка.

— Красивая… — восхищённо выдохнул юноша, спрятав волосы под глубоким капюшоном.

— То, что нужно, — кивнул Джиллиан, поправляя накидку, но больше, как показалось юноше, поглаживая его по плечам. Быть может, будь они наедине, чародей вновь бы стушевался, но сейчас эти касания придавали ему уверенности в себе и успокаивали.

Мантия была забыта, и из лавки Руинни вышел уже во всём новом. Он был счастлив, постоянно крутился, пытаясь рассмотреть себя, и мало внимания обращал на всё остальное, поэтому и сам не заметил, как к обновкам прибавились ещё и ремень, пара удобных мягких сапожек и новая (кожаная!) сумка.

— Спасибо, Джиллиан! — без конца благодарил радостный юноша мужчину, но тот лишь отмахивался.

У ворот нижнего квартала их уже поджидал слуга из таверны вместе с кобылкой мага и сухопарым гнедым жеребцом охотника. Пока Руинни со слугой устраивали у сёдел сумки, Амортаре переговорил со стражниками — эльф наблюдал за ним украдкой, невольно сравнивая ладного мужчину с их грубыми фигурами, отягощёнными излишними мускулами, и отстранённо размышлял про себя, что, похоже, дроу действительно появляется здесь довольно часто. Кажется, никого не удивлял его странный вид, да и времени у него ушло не так уж много, чтобы договориться с недовольной стражей… Уж Арджиа бы точно проторчал тут до вечера, а перед Джиллианом уже спустя пятнадцать минут открыли ворота.

— Куда теперь? — полюбопытствовал Руинни, когда массивные створки со скрежетом замкнулись за их спинами.

Прежде чем ответить, охотник легко усадил его на лошадь и сунул в руки поводья гнедого.

— Езжай потихоньку к главным воротам, я скоро догоню.

Не став пока больше ничего спрашивать, юноша покивал с улыбкой и спокойным шагом направил свою кобылку по оживлённой улице. День только начинался, но эльфу уже хотелось назвать его самым лучшим в своей жизни.

Глава 3, часть 3

Не было Джиллиана довольно долго, и за это время Руинни смог наконец успокоиться и немного проанализировать волнующее утро. Во-первых, тот человек в таверне — очевидно, её хозяин и… любовник Амортаре? Маг хмуро свёл брови и сердито помотал головой. Нет, он, конечно, был неискушённым, но отнюдь не слепым и замечал, гуляя по столице, какими взглядами поглядывали друг на друга супруги и влюблённые. Так вот взгляд человека был совсем другим, скорее, он смотрел на дроу, как на… ребёнка? Да, так смотрят на детей, которые доставляют много беспокойства и часто заставляют своих родных расстраиваться. Это Руинни хорошо знал хотя бы потому, что сам был причиной подобных взглядов, пока его не сбагрили в Школу Младших Чародеев. Вроде бы и любимое дитя, а в то же время — разочарование.

Юноша вздохнул и загнул второй палец: во-вторых, те прелестные туники явно не входили в планы и траты охотника, но ведь он купил их для него, щуплого невзрачного эльфа, которому впору только «балахоны» носить, а не эти прекрасные вещицы, облегающие стан и его тощие руки. Так зачем? Джиллиан разговаривал с торговцем решительно и не походил на того, кого можно легко уболтать, неужели он приобрёл туники лишь потому, что они приглянулись чародею? Или ему и самому понравилось, как ладно они сели на тщедушного Руинни, превратив его в гибкого изящного юношу? Даже глаза и волосы эльфа как будто стали ярче на фоне тёплых пастельных красок.

Руинн'рин приоткрыл сумку, где лежала часть его обновок, провёл ладонью по материи и… отдёрнул руку, не к месту вспомнив, как оглаживали его тело пальцы Джиллиана, как бы расправляя складки на ткани. Вот отсюда, как-то само собой, и вышло «в-третьих». Если хорошенько подумать (от этих мыслей юноша вновь вспыхнул, как свечка), то дроу почти не выпускал его из рук во время примерок — вместо того чтобы командовать «повернись туда, повернись сюда», охотник сам разворачивал мага в разные стороны, сжимая пальцами его плечи и талию, и всё время что-то поправлял. Прикосновения не были интимными, подобно вчерашним, но и простыми — тоже, словно… охотнику просто хотелось коснуться своего сопровождающего?