Фандом: Ориджиналы. Странные дела творятся на Ренгаре, крупнейшем спутнике Эоситея, куда Максин пригласила Скэнте Темерси провести отпуск. Побег несуществующего преступника парализует привычное течение жизни, а в местном лесу можно не только спрятаться от сканеров полиции, но и повлиять на ход поисков. От всего этого можно было бы попросту улететь, но водоворот событий внезапно затягивает Макси и Темерси против их воли, и остается только нырнуть в него… и попытаться выжить.
Добавить в моё избранное
79 мин, 17 сек 10273
Здесь же из многоярусных сооружений имелись только пара аптек (второй этаж — для клиентов, страдающих от передозировки) да несколько ресторанчиков или ночлежек на сваях.
Воняло кислятиной.
Макси не спешила покидать стоянку. Имплант усиленно просеивал информацию. Все о Тергаре. Подпольная гостевая-сайт, с сетевого интерфейса похожая на полузаброшенную базу. Экраны на стене — архивы данных. Снова все о Тергаре. Все, вплоть до перечня лотков и раскладок! И ни слова о нейрофаминной паутине…
В конце концов, Темерси мог просто ошибиться. Мало ли о чем он там догадался. С чего он вообще взял, что на Тергаре есть оазис паутины, если и на Ренгаре-то не ожидал ее увидеть? Да и говорил он «в окрестностях Эоситея», а не «исключительно на Тергаре». Может, поискать на других спутниках?
Имплант тем временем среагировал на слова «нейрофаминная паутина».
Целенаправленно Макси этого не искала. И, как всегда, если не прервать вовремя соединение, голову заполонила куча лишней информации. Данные о составе паутины, ее применении, реклама…
«Нейрофам 4.1» — программа для поиска и анализа нейрофаминной паутины. Совместима с моделями имплантов… автономных компьютеров… Точность анализа на расстоянии до трехсот метров — 99, 9%. До трех километров — 92%. Свыше пяти километров при подключении к внешнему сканеру — 80%. Купить«.»
Купить.
Сканер у Макси был. Пусть маломощный, но на Тергар его бы хватило. Не обыскивать же лично весь этот спутник, в самом деле? И после этого Темерси еще смеет утверждать, будто импланты не нужны! Да не будь здесь связи с сетью и не начни имплант поиски… Макси фыркнула и запросила цену.
Недорого, как и следовало ожидать.
Программа установилась за считанные минуты, которых хватило, только чтобы полюбоваться бредущим мимо стоянки трехголовым химером… и выдохнуть с облегчением, когда тварь, блестя медью чешуи, потащилась дальше. Дрессированный, наверное.
«Нейрофам» запустился. Макси терпеливо ждала первых результатов. Коричневые сумерки и пестрые с бурым виды торжищ не наводили на мысли о воздушной серебристой паутине. Совершенно.
Программа тщательно обшаривала окрестности. Нет, напрасно. Это просто смешно — вообразить себе что-то вроде роскошных крон ренгарского леса здесь, в этой грязи и полутьме. В этих облаках грязной пыли, тонкой непрозрачной вуалью устилающих массивные подбрюшья водяных туч.
Но Темерси и не говорил о кронах. А оазис — это…
«Зафиксировано активное месторождение».
Программа была уверена, что на Тергаре все-таки есть оазис паутины. Причем не так уж далеко.
Макси преодолела больше половины пути. Задворками. Полными помоев переходами. Здесь невыносимо воняло фекалиями и гнилью, зато в воздухе кружило намного меньше роботов-вирусников. Недавно, еще на шаттле, во время полета, она разговорилась с Темерси об эоситеанских спутниках, и он поведал об этих устройствах, маскирующихся под насекомых-кровопийц. «Если окажешься на Тергаре, береги затылок и шею, — советовал Темерси. — Ты не отличишь плотоядного комара от летающего шпиона, который подключится к твоему импланту и вытянет данные обо всех счетах. Даже если сейчас счета пусты. Это поставлено на поток. Владельцы роботов-вирусников хранят информацию о миллионах чужих счетов и отслеживают их активность»…
Поговорили и забыли. Макси тогда еще подумала, что никогда в жизни не отправится на Тергар по доброй воле.
Она бессознательно коснулась высокого воротника. С любимым голубым кардиганом пришлось расстаться и перепрограммировать «умную ткань». Теперь на Макси красовался темно-коричневый свитер из плотной ткани, непробиваемой даже на вид. Воротник плотно облегал шею и подпирал подбородок, голову обтягивал капюшон, похожий на часть униформы работника химлаборатории. Не хватало разве что респиратора.
Со стороны все это, скорее всего, смотрелось комично. Макси не думала о том, как выглядит. На Тергаре отсутствовало понятие «эстетика». Зато насекомые роились тучами. И никакая защита не могла полностью избавить от опасений.
Торговых павильонов и киосков стало меньше. Свалок и складов — больше. Индикатор «Нейрофама» мигал перед мысленным взором так, точно готов был выпрыгнуть из импланта и вприпрыжку бежать к источнику сигнала. Макси остановилась и осмотрелась.
«Тридцать метров», — уверяла программа.
Слева возвышалось угрюмое строение, наполовину ушедшее в землю.
Воняло кислятиной.
Макси не спешила покидать стоянку. Имплант усиленно просеивал информацию. Все о Тергаре. Подпольная гостевая-сайт, с сетевого интерфейса похожая на полузаброшенную базу. Экраны на стене — архивы данных. Снова все о Тергаре. Все, вплоть до перечня лотков и раскладок! И ни слова о нейрофаминной паутине…
В конце концов, Темерси мог просто ошибиться. Мало ли о чем он там догадался. С чего он вообще взял, что на Тергаре есть оазис паутины, если и на Ренгаре-то не ожидал ее увидеть? Да и говорил он «в окрестностях Эоситея», а не «исключительно на Тергаре». Может, поискать на других спутниках?
Имплант тем временем среагировал на слова «нейрофаминная паутина».
Целенаправленно Макси этого не искала. И, как всегда, если не прервать вовремя соединение, голову заполонила куча лишней информации. Данные о составе паутины, ее применении, реклама…
«Нейрофам 4.1» — программа для поиска и анализа нейрофаминной паутины. Совместима с моделями имплантов… автономных компьютеров… Точность анализа на расстоянии до трехсот метров — 99, 9%. До трех километров — 92%. Свыше пяти километров при подключении к внешнему сканеру — 80%. Купить«.»
Купить.
Сканер у Макси был. Пусть маломощный, но на Тергар его бы хватило. Не обыскивать же лично весь этот спутник, в самом деле? И после этого Темерси еще смеет утверждать, будто импланты не нужны! Да не будь здесь связи с сетью и не начни имплант поиски… Макси фыркнула и запросила цену.
Недорого, как и следовало ожидать.
Программа установилась за считанные минуты, которых хватило, только чтобы полюбоваться бредущим мимо стоянки трехголовым химером… и выдохнуть с облегчением, когда тварь, блестя медью чешуи, потащилась дальше. Дрессированный, наверное.
«Нейрофам» запустился. Макси терпеливо ждала первых результатов. Коричневые сумерки и пестрые с бурым виды торжищ не наводили на мысли о воздушной серебристой паутине. Совершенно.
Программа тщательно обшаривала окрестности. Нет, напрасно. Это просто смешно — вообразить себе что-то вроде роскошных крон ренгарского леса здесь, в этой грязи и полутьме. В этих облаках грязной пыли, тонкой непрозрачной вуалью устилающих массивные подбрюшья водяных туч.
Но Темерси и не говорил о кронах. А оазис — это…
«Зафиксировано активное месторождение».
Глава 5. Это Тергар
Под ногами чавкало что-то темно-коричневое. Кое-где грязь без всякой системы переходила в твердую землю или брошенные на пол листы металла, явно срезанные со старых космических кораблей. Сами корабли тоже попадались — в качестве просторных и вместительных магазинов. Местами встречались большие неуклюжие коробки складских зданий. Замызганные, потемневшие от грязи и дождей, покрытые разводами.Программа была уверена, что на Тергаре все-таки есть оазис паутины. Причем не так уж далеко.
Макси преодолела больше половины пути. Задворками. Полными помоев переходами. Здесь невыносимо воняло фекалиями и гнилью, зато в воздухе кружило намного меньше роботов-вирусников. Недавно, еще на шаттле, во время полета, она разговорилась с Темерси об эоситеанских спутниках, и он поведал об этих устройствах, маскирующихся под насекомых-кровопийц. «Если окажешься на Тергаре, береги затылок и шею, — советовал Темерси. — Ты не отличишь плотоядного комара от летающего шпиона, который подключится к твоему импланту и вытянет данные обо всех счетах. Даже если сейчас счета пусты. Это поставлено на поток. Владельцы роботов-вирусников хранят информацию о миллионах чужих счетов и отслеживают их активность»…
Поговорили и забыли. Макси тогда еще подумала, что никогда в жизни не отправится на Тергар по доброй воле.
Она бессознательно коснулась высокого воротника. С любимым голубым кардиганом пришлось расстаться и перепрограммировать «умную ткань». Теперь на Макси красовался темно-коричневый свитер из плотной ткани, непробиваемой даже на вид. Воротник плотно облегал шею и подпирал подбородок, голову обтягивал капюшон, похожий на часть униформы работника химлаборатории. Не хватало разве что респиратора.
Со стороны все это, скорее всего, смотрелось комично. Макси не думала о том, как выглядит. На Тергаре отсутствовало понятие «эстетика». Зато насекомые роились тучами. И никакая защита не могла полностью избавить от опасений.
Торговых павильонов и киосков стало меньше. Свалок и складов — больше. Индикатор «Нейрофама» мигал перед мысленным взором так, точно готов был выпрыгнуть из импланта и вприпрыжку бежать к источнику сигнала. Макси остановилась и осмотрелась.
«Тридцать метров», — уверяла программа.
Слева возвышалось угрюмое строение, наполовину ушедшее в землю.
Страница 13 из 24
