Фандом: Ориджиналы. Странные дела творятся на Ренгаре, крупнейшем спутнике Эоситея, куда Максин пригласила Скэнте Темерси провести отпуск. Побег несуществующего преступника парализует привычное течение жизни, а в местном лесу можно не только спрятаться от сканеров полиции, но и повлиять на ход поисков. От всего этого можно было бы попросту улететь, но водоворот событий внезапно затягивает Макси и Темерси против их воли, и остается только нырнуть в него… и попытаться выжить.
Добавить в моё избранное
79 мин, 17 сек 10281
Макси присмотрелась — и сама площадка оказалась покрыта не землей, а песком, только подплавившимся, спрессованным.
Растительное море сливалось с океаном. Верхушки торчали из воды, колыхались над волнами. У кромки подступающей травы ютился еще один-единственный корабль.
— Ну и где… — начал было Харадди, но умолк, глядя на корабль округлившимися глазами.
— Все правильно, — сказала Макси. — Они мыслят, в точности как ты.
И она бросилась к выходу. Но на пороге остановилась, еще раз выходя на связь с Темерси и с Харадди.
Части головоломки сложились. Вместо одного Харадди ей ответили сразу четверо. Первый из них стоял рядом и удивленно моргал круглыми черными глазищами.
Темерси написал: «Входной отсек открыт, не делайте резких движений».
Макси решительно оборвала связь.
Ей пришлось опустить голову и придержаться за стену, чтобы побороть внезапно нахлынувшую слабость.
Двери чужого мини-корабля — похоже, это была переоборудованная туристическая яхта — действительно раздвинулись сразу же, едва Макси и Харадди подошли поближе.
Так и есть, яхта.
Входной отсек был пестро размалеван трехмерными космическими пейзажами и видами разных планет. Картинки сменялись в зависимости от угла зрения. Кое-где висели спящие черные экраны, и больше ничего. Пустота и пара откидных столиков у дальней стены, точно здесь устраивали вечеринки.
И Темерси. Невредимый и, кажется, очень довольный — насколько можно было судить по легкой улыбке на остром лице.
— А где остальные Харадди? — поинтересовалась Макси. — Ради чего меня чуть не сожрала абилинская служба безопасности? Кто кого похитил?
— Догадалась? Отлично, — оценил Темерси. — Сначала они похитили меня. Но ты еще увидишь разницу между их мышлением и мышлением настоящего Харадди, — он смерил программиста взглядом. — Копии мыслят, как оригинал, только когда речь идет о побеге… Я вычислил алгоритм, на котором они зациклились, и взял их под контроль.
Его желтовато-рыжие глаза вдруг азартно расширились. Макси еще успела подумать, что вспыхнули они из-за снопа дневного света, внезапно залившего отсек… а потом в ужасе обернулась.
— Вы, надеюсь, понимаете, что всю информацию я давно скопировал, систематизировал и надежно спрятал в сети? — негромко произнес Темерси, глядя на вошедшего. — Устранять свидетелей бесполезно.
— Я догадывался, — безнадежно пробасил мужчина. Был он высоким, коренастым, но подтянутым, с черными волосами и плоским, скуластым лицом, навевавшим воспоминания об исторической народности североамериканских индейцев. Кто такой? Макси влезла в свой имплант.
«Лэндон Тапу, владелец 76% акций корпорации» Абилин«, — выдал тот спустя мизерную долю секунды.»
По следам беглецов в их укрытие явился лично глава «Абилина».
Интересно, Темерси рассчитывал на это или нет?
Да наверняка рассчитывал. И понимал, что Тапу все это время шел по следу. А самого Темерси узнали еще на Ренгаре, и ход его мыслей просчитали, и выжидали… Решили воспользоваться влезшими не в свое дело туристами, а потом взять тепленькими всех, одним махом. И Темерси, в свою очередь, знал, что Тапу поведет себя именно так.
Все действительно важное происходит без твоего участия.
— Чего вы хотите… фаол Темерси? — спросил Тапу.
— Пожалуйста, не употребляйте при мне слово «фаол», или я за себя не ручаюсь, — скривился Темерси. — Чего хочу? Да ничего. Разве что подтверждения своих догадок. Это ведь и был ваш эксперимент, Тапу? Полное копирование живого мозга на базу программируемого искусственного.
Тапу помедлил пару секунд, гипнотизируя Темерси остановившимся взглядом.
— Да, — безнадежно признал он. — Именно. Мозг смоделирован на основе солдатского импланта. Копия точная на сто процентов…
— … Но почему-то все равно не ведет себя, в точности как оригинал, — закончил за него Темерси. — Вы нашли причину?
— Не успели. Это был первый опыт с переносом копии в имплант при живом теле, — Тапу неспешно отошел от порога, и двери сдвинулись. — Сначала мы пробовали переносить в обычные компьютеры. Не работало. Человеческий мозг может жить только в человеческом теле, даже если это копия, а носитель искусственный. Потом мы взяли троих бывших солдат, заменили остатки их мозга на более надежные нейроимитаторы и скопировали Харадди, — он кивнул встревоженному беглецу. — И получили действительно Харадди. Маниакально зацикленного на побеге!
— Я не был зациклен, — не выдержал тот. — Или вы называете зацикленностью естественное нежелание человека торчать взаперти?
— Если бы не эксперимент, вы торчали бы в тюрьме, — резко бросил Тапу. — Или лишились бы мозга и превратились в носитель. На что вы жалуетесь?
Харадди побелел и закусил губу. Макси покосилась на него с любопытством. Значит, злосчастный программист что-то натворил.
Растительное море сливалось с океаном. Верхушки торчали из воды, колыхались над волнами. У кромки подступающей травы ютился еще один-единственный корабль.
— Ну и где… — начал было Харадди, но умолк, глядя на корабль округлившимися глазами.
— Все правильно, — сказала Макси. — Они мыслят, в точности как ты.
И она бросилась к выходу. Но на пороге остановилась, еще раз выходя на связь с Темерси и с Харадди.
Части головоломки сложились. Вместо одного Харадди ей ответили сразу четверо. Первый из них стоял рядом и удивленно моргал круглыми черными глазищами.
Темерси написал: «Входной отсек открыт, не делайте резких движений».
Макси решительно оборвала связь.
Ей пришлось опустить голову и придержаться за стену, чтобы побороть внезапно нахлынувшую слабость.
Двери чужого мини-корабля — похоже, это была переоборудованная туристическая яхта — действительно раздвинулись сразу же, едва Макси и Харадди подошли поближе.
Так и есть, яхта.
Входной отсек был пестро размалеван трехмерными космическими пейзажами и видами разных планет. Картинки сменялись в зависимости от угла зрения. Кое-где висели спящие черные экраны, и больше ничего. Пустота и пара откидных столиков у дальней стены, точно здесь устраивали вечеринки.
И Темерси. Невредимый и, кажется, очень довольный — насколько можно было судить по легкой улыбке на остром лице.
— А где остальные Харадди? — поинтересовалась Макси. — Ради чего меня чуть не сожрала абилинская служба безопасности? Кто кого похитил?
— Догадалась? Отлично, — оценил Темерси. — Сначала они похитили меня. Но ты еще увидишь разницу между их мышлением и мышлением настоящего Харадди, — он смерил программиста взглядом. — Копии мыслят, как оригинал, только когда речь идет о побеге… Я вычислил алгоритм, на котором они зациклились, и взял их под контроль.
Его желтовато-рыжие глаза вдруг азартно расширились. Макси еще успела подумать, что вспыхнули они из-за снопа дневного света, внезапно залившего отсек… а потом в ужасе обернулась.
— Вы, надеюсь, понимаете, что всю информацию я давно скопировал, систематизировал и надежно спрятал в сети? — негромко произнес Темерси, глядя на вошедшего. — Устранять свидетелей бесполезно.
— Я догадывался, — безнадежно пробасил мужчина. Был он высоким, коренастым, но подтянутым, с черными волосами и плоским, скуластым лицом, навевавшим воспоминания об исторической народности североамериканских индейцев. Кто такой? Макси влезла в свой имплант.
«Лэндон Тапу, владелец 76% акций корпорации» Абилин«, — выдал тот спустя мизерную долю секунды.»
По следам беглецов в их укрытие явился лично глава «Абилина».
Интересно, Темерси рассчитывал на это или нет?
Да наверняка рассчитывал. И понимал, что Тапу все это время шел по следу. А самого Темерси узнали еще на Ренгаре, и ход его мыслей просчитали, и выжидали… Решили воспользоваться влезшими не в свое дело туристами, а потом взять тепленькими всех, одним махом. И Темерси, в свою очередь, знал, что Тапу поведет себя именно так.
Все действительно важное происходит без твоего участия.
— Чего вы хотите… фаол Темерси? — спросил Тапу.
— Пожалуйста, не употребляйте при мне слово «фаол», или я за себя не ручаюсь, — скривился Темерси. — Чего хочу? Да ничего. Разве что подтверждения своих догадок. Это ведь и был ваш эксперимент, Тапу? Полное копирование живого мозга на базу программируемого искусственного.
Тапу помедлил пару секунд, гипнотизируя Темерси остановившимся взглядом.
— Да, — безнадежно признал он. — Именно. Мозг смоделирован на основе солдатского импланта. Копия точная на сто процентов…
— … Но почему-то все равно не ведет себя, в точности как оригинал, — закончил за него Темерси. — Вы нашли причину?
— Не успели. Это был первый опыт с переносом копии в имплант при живом теле, — Тапу неспешно отошел от порога, и двери сдвинулись. — Сначала мы пробовали переносить в обычные компьютеры. Не работало. Человеческий мозг может жить только в человеческом теле, даже если это копия, а носитель искусственный. Потом мы взяли троих бывших солдат, заменили остатки их мозга на более надежные нейроимитаторы и скопировали Харадди, — он кивнул встревоженному беглецу. — И получили действительно Харадди. Маниакально зацикленного на побеге!
— Я не был зациклен, — не выдержал тот. — Или вы называете зацикленностью естественное нежелание человека торчать взаперти?
— Если бы не эксперимент, вы торчали бы в тюрьме, — резко бросил Тапу. — Или лишились бы мозга и превратились в носитель. На что вы жалуетесь?
Харадди побелел и закусил губу. Макси покосилась на него с любопытством. Значит, злосчастный программист что-то натворил.
Страница 21 из 24
