Фандом: Гарри Поттер. Приказал Темный Лорд Снейпу молодильное зелье сварить… А получился бэби-бум в одном известном семействе.
Добавить в моё избранное
13 мин, 14 сек 19336
В семье, которая будет её любить. Не правда ли, миссис Лестрейндж? — повернулся Лорд к ошарашенной Беллатрикс. — Вы же любите свою тетушку — и потому воспитаете девочку настоящей чистокровной волшебницей, верной нашим традициям?
— Мой Лорд… — пробормотала потерявшая дар речи Белла.
Любое решение Лорда всегда являлось для Беллатрикс безусловным приказом, строго обязательным к исполнению, однако на сей раз с последним возникли определённые сложности. Во-первых, ребёнка следовало кормить, причём диета была однозначна, всем очевидна… и в данных обстоятельствах фактически неисполнима.
Ибо кормить дитятко самостоятельно Беллатрикс, разумеется, не могла — а допускать к ней кого-то ещё отказывалась наотрез.
— Белла, — терпеливо убеждал её Родольфус, наложивший на требовательно и возмущённо орущую уже третий час Дезидерию заглушающие чары, — давай рассуждать логически. Ты понимаешь, что ребёнку нужно грудное молоко, дорогая?
— Разумеется, — фыркнула Беллатрикс, раздражённо глядя то на супруга, то на орущую внезапно обретённую дочку, то на Рабастана, удобно развалившегося в кресле и увлечённо что-то рисовавшего в своём блокноте.
— Ты понимаешь, что лично ты грудного молока дать ей не можешь? — ещё более терпеливо спросил у жены Родольфус.
— Это мы еще посмотрим, — зло ответила та, скрещивая на груди руки.
— Но, милая, — вздохнул Родольфус, — это просто физиологически невозможно! Для того чтобы…
— А мне наплевать на физиологию, — заявила воинственно Беллатрикс. — Лорд отдал её мне, и мне он велел вырастить её настоящей чистокровной волшебницей. И я никому не позволю помешать мне!
— Он велел тебе её, прежде всего, вырастить, — мудро заметил Родольфус. — А не угробить в первую же неделю… или сколько там младенцы живут без еды. Я думаю, он рассердится, если…
— Снейп нарочно всё это устроил! — взвилась Беллатрикс. — Скотина сальноволосая! У него целая школа подопытных — так нет! Он на чистокровных волшебниках эксперимент ставит! Ты только представь, ЧТО было бы, если бы это Лорд выпил! — с ужасом проговорила она.
— А по-моему, славно бы вышло, — некстати встрял Рабастан. — Был бы сейчас у нас маленький Лордик… он, говорят, в детстве хорошенький был… и даже красивый… представь, Белл, ты бы его на руках качала и кашкой кормила…
От пущенного в него Круциатуса Рабастан с удивительной ловкостью увернулся и, спрятавшись за спинкой кресла, пока Родольфус удерживал разъярённую совершенно супругу и пытался отобрать у неё палочку, оттуда уже выдвинул удивительно мудрое предложение:
— А вообще чего ты на мне-то срываешься? Я, что ли, всё это устроил? Снейп виноват — вот и озадачь его, так сказать, проблемой. Пусть что-то придумает.
— Снейп, говоришь? — нехорошо прищурилась Беллатрикс, неожиданно замирая и прекратив вырываться. — А ну, Руди, пусти меня, — приказала она. — Пойду-ка я с Северусом поговорю.
— Что? — спросил Рабастан, когда после её ухода старший брат посмотрел на него укоризненно и печально. — Зато, может, в ней инстинкт материнский проснётся, или характер смягчится хотя бы. А то невозможно уже: чуть что, раз — и Круциатусом в физиономию.
— Тебе полезно, — проворчал Родольфус, подходя к заходящейся в безмолвным крике маленькой Дезидерии и с удивительной нежностью на неё глядя. — Потерпи ещё немного, моя хорошая, — ласково проговорил он. — Сейчас эльфы тебе смесь сделают… пока твоя мама будет убивать Северуса, мы тебя тихонечко ей и накормим.
По всей видимости, Беллатрикс оказалась весьма убедительна в своём желании самостоятельно вскормить порученного ей самим Лордом младенца — настолько, что Снейп предоставил нужное зелье уже к вечеру, вот только, судя по всему, опять слегка ошибся с дозировкой. Так что молоко у Беллатрикс появилось — в количестве, которого вполне хватило бы не на одного, а на трёх или даже четырёх младенцев. Несчастная Дезидерия плевалась и отчаянно выкручивалась из рук своей новоявленной мамочки, пытавшейся скормить ей всё это богатство, Беллатрикс злилась, а Родольфус неизменно, в конце концов, забирал несчастного красного от возмущения и слёз ребёнка и уносил, шепча ей что-нибудь утешающее, чем злил свою благоверную ещё больше. Привыкшая к его беспрекословному подчинению, Беллатрикс была совершенно изумлена той твёрдостью, которую неожиданно проявил Родольфус, отстаивая интересы своей новообретённой дочери.
— Оставь ребёнка в покое, — категорично заявил он жене.
— А лишнее молоко можно просто сцеживать, — встрял невесть откуда знающий подобные вещи Рабастан.
— И что с ним делать потом? — неожиданно заинтересовалась Белла.
— Говорят, это отличное косметическое средство, — проговорил тот с напускным равнодушием. — Омолаживающее. Я слышал, оно способно творить чудеса.
— А некоторые правители его ещё и внутрь принимали, — неосторожно брякнул Родольфус.
— Мой Лорд… — пробормотала потерявшая дар речи Белла.
Любое решение Лорда всегда являлось для Беллатрикс безусловным приказом, строго обязательным к исполнению, однако на сей раз с последним возникли определённые сложности. Во-первых, ребёнка следовало кормить, причём диета была однозначна, всем очевидна… и в данных обстоятельствах фактически неисполнима.
Ибо кормить дитятко самостоятельно Беллатрикс, разумеется, не могла — а допускать к ней кого-то ещё отказывалась наотрез.
— Белла, — терпеливо убеждал её Родольфус, наложивший на требовательно и возмущённо орущую уже третий час Дезидерию заглушающие чары, — давай рассуждать логически. Ты понимаешь, что ребёнку нужно грудное молоко, дорогая?
— Разумеется, — фыркнула Беллатрикс, раздражённо глядя то на супруга, то на орущую внезапно обретённую дочку, то на Рабастана, удобно развалившегося в кресле и увлечённо что-то рисовавшего в своём блокноте.
— Ты понимаешь, что лично ты грудного молока дать ей не можешь? — ещё более терпеливо спросил у жены Родольфус.
— Это мы еще посмотрим, — зло ответила та, скрещивая на груди руки.
— Но, милая, — вздохнул Родольфус, — это просто физиологически невозможно! Для того чтобы…
— А мне наплевать на физиологию, — заявила воинственно Беллатрикс. — Лорд отдал её мне, и мне он велел вырастить её настоящей чистокровной волшебницей. И я никому не позволю помешать мне!
— Он велел тебе её, прежде всего, вырастить, — мудро заметил Родольфус. — А не угробить в первую же неделю… или сколько там младенцы живут без еды. Я думаю, он рассердится, если…
— Снейп нарочно всё это устроил! — взвилась Беллатрикс. — Скотина сальноволосая! У него целая школа подопытных — так нет! Он на чистокровных волшебниках эксперимент ставит! Ты только представь, ЧТО было бы, если бы это Лорд выпил! — с ужасом проговорила она.
— А по-моему, славно бы вышло, — некстати встрял Рабастан. — Был бы сейчас у нас маленький Лордик… он, говорят, в детстве хорошенький был… и даже красивый… представь, Белл, ты бы его на руках качала и кашкой кормила…
От пущенного в него Круциатуса Рабастан с удивительной ловкостью увернулся и, спрятавшись за спинкой кресла, пока Родольфус удерживал разъярённую совершенно супругу и пытался отобрать у неё палочку, оттуда уже выдвинул удивительно мудрое предложение:
— А вообще чего ты на мне-то срываешься? Я, что ли, всё это устроил? Снейп виноват — вот и озадачь его, так сказать, проблемой. Пусть что-то придумает.
— Снейп, говоришь? — нехорошо прищурилась Беллатрикс, неожиданно замирая и прекратив вырываться. — А ну, Руди, пусти меня, — приказала она. — Пойду-ка я с Северусом поговорю.
— Что? — спросил Рабастан, когда после её ухода старший брат посмотрел на него укоризненно и печально. — Зато, может, в ней инстинкт материнский проснётся, или характер смягчится хотя бы. А то невозможно уже: чуть что, раз — и Круциатусом в физиономию.
— Тебе полезно, — проворчал Родольфус, подходя к заходящейся в безмолвным крике маленькой Дезидерии и с удивительной нежностью на неё глядя. — Потерпи ещё немного, моя хорошая, — ласково проговорил он. — Сейчас эльфы тебе смесь сделают… пока твоя мама будет убивать Северуса, мы тебя тихонечко ей и накормим.
По всей видимости, Беллатрикс оказалась весьма убедительна в своём желании самостоятельно вскормить порученного ей самим Лордом младенца — настолько, что Снейп предоставил нужное зелье уже к вечеру, вот только, судя по всему, опять слегка ошибся с дозировкой. Так что молоко у Беллатрикс появилось — в количестве, которого вполне хватило бы не на одного, а на трёх или даже четырёх младенцев. Несчастная Дезидерия плевалась и отчаянно выкручивалась из рук своей новоявленной мамочки, пытавшейся скормить ей всё это богатство, Беллатрикс злилась, а Родольфус неизменно, в конце концов, забирал несчастного красного от возмущения и слёз ребёнка и уносил, шепча ей что-нибудь утешающее, чем злил свою благоверную ещё больше. Привыкшая к его беспрекословному подчинению, Беллатрикс была совершенно изумлена той твёрдостью, которую неожиданно проявил Родольфус, отстаивая интересы своей новообретённой дочери.
— Оставь ребёнка в покое, — категорично заявил он жене.
— А лишнее молоко можно просто сцеживать, — встрял невесть откуда знающий подобные вещи Рабастан.
— И что с ним делать потом? — неожиданно заинтересовалась Белла.
— Говорят, это отличное косметическое средство, — проговорил тот с напускным равнодушием. — Омолаживающее. Я слышал, оно способно творить чудеса.
— А некоторые правители его ещё и внутрь принимали, — неосторожно брякнул Родольфус.
Страница 3 из 4
