Свобода

шёл наверх? Тимэрина невольно приподнялась на цыпочки, пытаясь понять, что происходит. Поворачивали головы сидящие на скалах, поворачивались объективы, к… к идущим сквозь неведомо каким образом расступающуюся, дающую дорогу толпу фениксам.

Не одному — сразу пятерым.

Восторженно ахнули дети. Потрясённо замер Рилонар — фениксы вообще редко появлялись в людным местах, а уж чтобы их было несколько! На памяти эльфа такого не случалось никогда и нигде. Ян уважительно поклонился, приветствуя — Аверхнерниса среди прибывших не было, если судить по состоянию пера, он должен был быть ещё совсем ребёнком. Но потому этот внезапный визит повергал в ещё большее смятение. Не могли же фениксы прийти просто полюбоваться статуей?

В то, что крылатых оскорбило использование их образа, Янис не верил — уж сколько фениксов и драконов было воплощено в скульптуре…

И ни к одному. Никогда.

А здесь — клювастые головы склонились в ответ, заставляя онеметь. Не в приветствии потому что, нет. Янису кланялись как Мастеру, как тому, кто совершил невозможное.

— Здесь — место. Место, объединяющее миры, — в полной тишине негромко клекотнул один из фениксов. Взмахнул рукой-крылом — и огненное перо, закружившись, полетело в выемку скалы у самого подножия опала. А следом за ним второе, третье…

Фениксы ушли так же, как явились, спокойно и неторопливо. Только перья остались лежать, переливаясь в огнистых отблесках — или рождая их сами?

Потрясённая тишина над площадкой висела ещё несколько минут. Потом всё-таки сдалась под напором удивления — сначала шёпотом, а потом в голос начали обсуждать небывалое событие. Репортёры что-то возбуждённо тараторили в камеры, тем, кто не видел площадку, пересказывали.

Ян всё ещё пытался проморгаться.

— Рил… Это… что было?

— Я не зна… — не менее растерянно ответил тот и поперхнулся, потому что… Потому что, по лестнице поднимался ещё один феникс!

Тут уже даже у Рилонара уши разъехались в стороны, и он мог только ошалело наблюдать, как и этот феникс кланяется Янису, оставляет перо и молча уходит. Гомон толпы стих — а потом разгорелся с новой силой. Можно было сказать одно: открытие статуи произвело такой фурор, какого не ожидал никто. Потому что ещё никогда и нигде интервью с мастером не прерывалось подобным образом, раз за разом приходящими фениксами. Янис под конец был уже просто в ступоре, лишь кивал в ответ на поклоны, глядя, как растёт горка огненных перьев.

А потом они ушли с площадки, давая туда доступ всем желающим. А репортёры остались, и Рилонар только головой качал, читая в новостях: фениксы приходят ещё и ещё. Поодиночке и группами, не обращая внимания ни на кого, оставляют свои подношения — и исчезают туда, откуда появились, никак не объясняя своего поведения.

Кажется, произошедшему суждено было остаться загадкой, на которую ни у кого, кроме самих фениксов, не было ответа.

Глава 6

Оглядываясь назад, Янис не очень понимал, как прожил месяц после открытия статуи. Пожалуй, время, когда он эту статую делал — и то отложилось в памяти чётче. Уж на что вдохновение накрывало с головой, так, что даже поесть забывал, жевал что-то, заботливо подсунутое под нос родными руками — и снова с головой уходил в работу. Но работу-то он помнил прекрасно, каждый момент! А вот месяц бесконечных встреч, приёмов, выставок, банкетов и интервью — не очень. Всё свивалось в припорошенную рыже-красными перьями круговерть, в которой осью был Рилонар. За него можно было уцепиться, закрыть глаза и хоть ненадолго остановить безумную суету, не сойдя от неё с ума.

Сказать, что мастер Шерсс стал популярен — ничего не сказать. Его рейтинги взлетели до небес — и пробили их, уходя куда-то в космос. Такого признания не получал ещё ни один мастер, и Яниса чуть не разобрали на сувениры, а очередь из заказов теперь была, кажется, не на год — на все двадцать лет вперёд! Ну, Ян подозревал это, сам-то он уже давно запутался, кто к нему подходит и зачем, малодушно оставив все деловые разговоры на Рилонара, и только каждый раз тихо радовался, что у него есть такой эльф.

Самому горгоне хотелось забиться в какой-нибудь тихий уголок и там продышаться, поняв и осознав, что он вообще натворил-то. Одновременно он понимал, что нужно ковать, пока горячо, что сейчас замыкаться просто нельзя. И терпел до последнего, пока однажды утром Рил на унылый вопрос, куда им нужно идти сегодня, не пробормотал сонно, что никуда, и не натянул на голову нахально отнятую Янисом подушку.

Отсыпались они тогда почти двое суток, единогласно решив, что после такого заслужили отпуск. Желательно — подольше!

К счастью, возможностей хватало. Можно было уехать на ту же Шьяру, где без проблем хоть остров на время арендовать и ни с кем не встречаться. Можно было наведаться на Айрават, в тёплые объятия Наиши. Можно было…

Но тут на «Ратраке» открылся новый сезон гонок, и решено было начать с этого.