Триггер

Желудок, вопреки воле хозяина не пожелавший отказываться от мыслей о еде, отозвался было недовольным урчанием, но его прервал звук отворившейся двери гостиничного номера. До замершего в ожидании дракончика сначала донесся голос Рэрити, возвестивший: «Я вернулась!», затем его чувства раздразнил слегка сладковатый запах ее духов, а потом на балконе появилась она сама. Спайк невольно залюбовался кобылкой, одетой в элегантное короткое платье теплого бордового оттенка, воротник которого сиял золотистой перевязью искусного узора. Грива модельерши была заплетена в столь сложносочиненный узел, что при одном только взгляде на него начинала кружиться голова.

— Спайк! — ахнула тем временем Рэрити, увидев накрытый стол. — Это так мило с твоей стороны и, к тому же, весьма своевременно! Я и не заметила, как успела проголодаться.

Дракончик галантно проводил ее на ее место, после чего уселся напротив.

— Знаешь, Кантерлот все так же прекрасен! — Не то, чтобы Спайка уж очень сильно интересовали детали местной архитектуры или, скажем, особенности досуга высшего света столичной элиты, но ради Рэрити он был готов и не на такое. Он уже приготовился слушать, когда его вдруг легонько, но ощутимо кольнуло ощущение какой-то неправильности, неестественности происходящего. На пару секунд сосредоточившись, он понял, в чем дело.

После истории с Предвестниками, наглядно показавшей важность его способности ощущать магию, Спайк стал посвящать много времени целенаправленному развитию своих сил. Как-то раз они с Твайлайт даже засели за масштабное книжное исследование и в процессе увлеклись настолько, что дракончика оторвало от изучения книг о своих предках только сладкое посапывание подруги, заснувшей прямо на груде листов пергамента. Умиленно хихикнув, он накрыл ее пледом, подложил ей под голову подушку, а сам вернулся к чтению.

Как бы то ни было, исследования вкупе с тренировками давали о себе знать: он стал куда отчетливее чувствовать магию единорогов и смог наконец ощутить энергию, циркулирующую в пегасах и земных пони. Как рассказывала Твайлайт, волшебство, пусть дремлющее в пассивном состоянии, присутствовало в крови у всех живых существ. Строго говоря, в ее исполнении объяснение звучало куда более пространно, но Спайк, засыпанный терминами вроде «циркулирующего потока» и«ментально-энергетического прототипа», окончательно запутался уже после нескольких предложений и предпочел остановиться на упрощенном варианте.

Тогда же Спайк заинтересовался связью между магией пони и эмоциями, которые они испытывают. Сам он заметил эту связь совершенно случайно, однажды ясно почувствовав глухое раздражение Твайлайт, застопорившейся с изучением нового сложного заклинания. Выслушав объяснения о том, что волшебство, являясь частью самого существа жителей Эквестрии, естественно, способно влиять на их чувства и наоборот, Спайк решил попробовать расширить свои возможности, и через пару недель интенсивных тренировок добился точного предсказания настроения подруги примерно в половине случаев.

Проблема подстерегала юного исследователя там же, где и раньше: с другими пони подобные фокусы не проходили. Вместо четких сигналов магической ауры, к которым он привык у Твайлайт и которые ощущал, казалось, каждой чешуйкой, до него доходил только бессвязный шум. Впрочем, Спайку стоило отдать должное: неудачи не заставили его бросить свои занятия, и, упорно занимаясь, он постепенно смог почувствовать чужие эмоции. Не всегда ясно, часто ошибаясь, но все же…

Вот и сейчас, взглянув на Рэрити и сосредоточившись на витающих в воздухе потоках энергии, он сумел-таки прочитать под маской восторга и беззаботности тщательно скрываемое, гонимое беспокойство.

— Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовался Спайк, прервав кобылку на полуслове. Та сначала удивленно распахнула глаза, пораженная внимательностью собеседника, а затем слегка нахмурилась, догадавшись о причинах такого вопроса.

— Ты снова использовал на мне свои способности? — строго спросила Рэрити. Дракончик, испугавшись, что обидел ее бесцеремонным вторжением в личное пространство, отпрянул.

— Прости, прости, пожалуйста… — потупившись, пробормотал он. — Я… Думал, что смогу чем-то помочь…

— Успокойся, глупышка, — мягко прервала его Рэрити, ласково проведя копытам по зеленым шипам. — Я не злюсь на тебя, просто… Это было несколько неожиданно. И да, меня действительно кое-что заботит.

Слегка помявшись, она, будто не до конца уверенная в том, что собирается сказать, продолжила:

— Я беспокоюсь … за Рэйнбоу Дэш. Второй выставочный день уже должен был завершиться.

Спайк едва не рассмеялся в ответ на такое заявление, но тут же остановился, осознав, что насмехаться над чувствами взволнованной подруги — не самая лучшая идея.

— Почему? Слушай, будь с нами, например, Флаттершай и пропади она из виду так надолго, я бы тебя поддержал… Да что там, я бы первым тревогу забил!