Только свет…

Микаэла привлекла огромная шляпа с перьями, он надел ее на себя, широко улыбаясь, и скорей подошел к зеркалу, чтобы рассмотреть свой преобразившейся вид. Клаус не желал примерять костюмы, а вот эльфу это бесспорно шло, как и косметика, которую он шутя стал наносить на лицо.

— Иди сюда, — приказал Микаэл, открывая баночку с темной помадой и нанося ее на губы. — Уверен тебе будет к лицу.

Клаус решительно покачал головой, но тогда эльф сам подошел к нему, без тени смущения, обхватив пальцами подбородок юноши, и проведя пальцами по губам, чтобы нанести помаду. Микаэл был так близко и выглядел невероятно вызывающе, как те девушки на картинках, что как-то показывал Клаусу его старший брат. На них было мало одежды, а губы их были такого же темного, насыщенного цвета, как сейчас у эльфа. Брат говорил, что они красивы. Юноша почувствовал, как ему вдруг стало жарко, такое необычное ощущение, оно наполняло тело торопливо и резко, и думать в таком состоянии было очень трудно, поэтому, когда эльф отпустил его подбородок, с удовлетворением смотря на результат своих стараний, Клаус просто взял и поцеловал его в губы. Будь это какой-то другой момент, кто-то другой, юноша был уверен, он бы ни за что такое не сделал, но сейчас все словно перевернулось, не стало границ дозволенного или недозволенного. Мир вокруг них рушится, так какая разница. «По крайне мере в первый раз я поцеловал эльфа», — почему-то подумал Клаус. А Микаэл даже не оттолкнул его, а, наоборот, обвил руками его шею, словно сам ждал этого. Уж в том, что эльф умел целоваться, юноше не пришлось сомневаться.

— Я слышу какой-то шум, — вдруг сказал Микаэл, прерывая поцелуи и отстраняясь от Клауса. Действительно, над их головами кто-то ходил, звук был глухим, далеким, но реальным.

— Мародеры, — сказал Клаус. Эльф улыбнулся. Он снял шляпу, и стал осматривать костюмы, а через некоторое время отыскал среди вещей черную бархатную куртку, расшитую бисером.

— Ты посмотри, как великолепно сшито. И теплая, здесь меховая подкладка внутри. Я возьму ее себе.

Он надел куртку, а потом стал стирать с себя косметику, салфетками, лежащими тут же на столике. Ни слова о поцелуе, впрочем, чего Клаус ожидал? Бурных признаний в любви и клятв верности до гроба? Он тоже стер помаду, а потом неуклюже задел маленький столик с вещами. Они стали падать вокруг, что-то звонко разбилось, а потом одна деревянная шкатулка упала на пол, и в ней заиграла музыка. Прекрасная печальная мелодия, юноша не слышал никогда ничего подобного. Но эльф быстро схватил шкатулку и остановил механизм внутри. Увы, было поздно. Шум над их головами замер, а потом стал удаляться.

— Они сейчас придут сюда, — в волнении зашептал Клаус. — Нужно уходить.

Микаэл согласно кивнул. Юноша забрал шкатулку из его рук и зачем-то сунул в сумку со своими нехитрыми пожитками.

— Зачем она тебе? — удивился эльф, но юноша не стал отвечать на его вопрос. Они хотели выйти из-за кулис, но в тот же миг услышали, как дверь в залу открывается. Клаусу стало жутко, он скорей потушил свечу.

— Прячемся в костюмы, — приказал юноша. Они забрались в самую глубь ниш, где висели наряды для представлений, встав у стены, стараясь прижаться к ней, как можно тесней. Клаус чувствовал рядом с собой Микаэла, эльф намного лучше юноши видел в темноте и слышал, он знал, что чужаки в зале уже поднялись на сцену и теперь идут сюда. Клаус почти перестал дышать, он подумал, что будет драться до конца, он должен защитить их во что бы то ни стало, ведь это была его затея отправиться в дом.

— Эй, есть здесь кто? — раздался резкий неприятный голос. — Выходи, не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого.

Другой голос засмеялся, а потом стало слышно, как двое чужаков осматривают вещи.

— Ну и барахло, посмотри какие перья, думаешь, их можно будет продать? — сказал один.

— Разве только эльфийским солдатам, чтобы они после боя наряжались в окопах. — Оба захохотали.

Клаус коснулся руки Микаэля, тот пожал его ладонь слегка в ответ.

— Видишь, столик упал, поэтому и шум.

— Почему он упал? Ветра-то здесь нет.

— Может мыши?

— Не нравится мне это.

Голоса стихли, кажется, эти двое решали, что делать дальше. Потом они услышали, как они стали рыться в костюмах, Клаус закрыл глаза. «Только бы они не нашли нас, только бы они не нашли нас», — мысленно просил он.

— Пойдем отсюда, сдались тебе эти тряпки, уверен, что в кладовых мы найдем более полезные вещи, а после осмотрим кабинет хозяина и спальни.

Звуки стали стихать, последним был звук дверей в театр, которые чужаки захлопнули с сильным стуком.

— Они ушли? — шепотом спросил Микаэл.

Клаус кивнул, он осторожно выглянул из ниши в комнату, там никого не было. Никого не было и в зале, по которой они старались идти очень осторожно, чтобы скрип половиц вдруг не выдал их.