Цугцванг

— Господин Лафейсон, если не ошибаюсь? — шепотом обратился к нему сосед, сидящий слева.

— Да, все верно, — ответил Хейдар и вежливо спросил, с кем имеет честь разговаривать.

— Моя фамилия Берсон, я — специалист отдела Внешних Связей Министерства Иностранных Дел.

— Рад познакомиться, — шепотом ответил Хейдар.

— Я здесь специально для того, чтобы поговорить с вами, — добавил Берсон.

— Вы всегда можете прийти ко мне домой, — ответил Хейдар. Ему было неудобно беседовать во время слушанья.

— Дело в том, что господин Стурлусон не будет рад меня видеть, — объяснил Берсон.

— Вы могли бы прийти ко мне на работу, — предложил Хейдар.

— Моя работа не предполагает публичность, господин Лафейсон, — возразил Берсон.

— Хорошо, в таком случае мы можем поговорить во время перерыва, — сказал Хейдар, давая понять, что не одобряет беседы в подобных обстоятельствах.

— Я вынужден настаивать, господин Лафейсон, — не отступал Берсон. — Боюсь, мне пришлось сфабриковать весь процесс для того, чтобы незаметно поговорить с вами. Очень важно, чтобы ваш партнер не знал о нашей беседе.

— Вам известно, что не существует понятия тайны в отношении семьи? — строго спросил Хейдар, которому начала надоедать чужая навязчивость.

— Дело, о котором я хочу рассказать, исключительной важности, — ответил Берсон. — Я не привык угрожать, но хотел бы упомянуть о том, что прежний партнер господина Стурлусона скончался от нездоровой пищи.

Хейдар замолчал. Лицо обдало жаром. Он почувствовал, что пальцы начали конвульсивно дергаться и поспешил спрятать их в карманы пиджака.

— Что вам нужно? — набравшись храбрости, спросил он.

— Работа господина Стурлусона исключительна. Он обладает талантами, которые могут помочь работе этого Сектора и других Секторов Империи. Секретариат Императора отдал распоряжение убедить господина Стурлусона сотрудничать. Мы пытались выйти на контакт с ним и передать эту информацию официально, но столкнулись с большими трудностями. Подозреваю, что при следующей нашей встрече господин Стурлусон может причинить вред мне или даже самому себе. Он не хочет слышать о сотрудничестве, но мое начальство не потерпит отказа. Я вынужден сообщить вам, что в случае, если в течение следующего месяца мы не добьемся положительного ответа, придется прибегнуть к крайним мерам.

— Вы хотите его убить? — Хейдар был ошарашен догадкой.

— Боюсь, что да, господин Лафейсон, — прямо ответил Берсон.

«Вдовец» — всплыло перед глазами Хейдара. Достаточно потерпеть один месяц, и он станет вдовцом. Не из-за того, что сделает что-то дурное, а просто так. Из-за чужого характера и упрямства. Из-за давней ненависти Харальда к правительству и собственному Сектору.

— Я понял вас, господин Берсон, — сказал Хейдар.

Остаток слушанья он провел в глубокой задумчивости. Младшая супруга Дагара рассказала судье и присутствующим журналистам о том, что ее муж принуждал ее к совместному провождению личного времени.

«К сексу», — мысленно поправлял ее Хейдар.

Судья огласил приговор. Дагара отправили в изгнание сроком на двадцать лет с последующим повторным слушаньем по итогам отбывания наказания. В другой ситуации Хейдар был бы в ужасе, но теперь его больше пугала собственная судьба.

По дороге домой он размышлял о сказанном господином Берсоном, планируя, как поступит, но когда увидел в гостевой сидящего с тарелкой в руках Харальда, все планы вылетели из его головы.

— Сегодня со мной разговаривал специалист по внешним связям, — с порога заявил он.

Харальд уронил тарелку. Бурая жидкость — подлива — растеклась по кафельному полу комнаты.

— Он сказал, что у вас есть один месяц до того, как они… примут меры, — Хейдару не хватило духа сказать вслух «убьют вас».

— Разве они… разве они не должны были сказать тебе, чтобы ты не говорил мне о разговоре? — спросил Харальд, увлеченно подбирая кусочки мяса с пола.

— Они сказали, что убьют меня, — ответил Хейдар. — Не прямо, но я понял.

— Ты понял? — удивился Харальд.

— Они сказали, Ингвар умер от нездоровой пищи.

— Вот так ты ставишь вопрос? — Харальд отбросил тарелку с подобранной едой в сторону, и она разбилась о кафель. — Хочешь повесить на меня убийство Ингвара и свою собственную смерть? Хочешь, чтоб я до конца жизни мучился этим?

— Они убили Ингвара, потому что Ингвар ненавидел Сектор №13 и хотел, чтобы его закрыли, — сказал Хейдар. Он почти слышал сирены государственных авиа-каров за своей спиной. — Из-за него вы отказывались покинуть Сектор и работать в Канцелярии Императора.

— В Канцелярии Императора? — Харальд был поражен. — Что ты несешь? Эти ублюдки хотели упечь меня на самое дно! Они хотели, чтобы я там клепал для них участки кода!