Фандом: Гарри Поттер. Хель с радостью отпустила Беллатрикс на поиски беглого Темного Лорда. Еще и легенду помогла сочинить, чтобы Беллу приняли в мире живых.
Добавить в моё избранное
9 мин, 42 сек 1169
Хель, правительница царства мертвых, внимательно разглядывала беснующуюся Беллатрикс. Это её приобретение, надо сказать, было из разряда чемоданов без ручки. За время пребывания в Хельхейме буйная дочь семейства Блэков достала абсолютно всех. И как её в Вальгаллу не взяли? Ведь по всем же параметрам подходит… Не иначе, валькирии подстраховались, избавляясь от потенциальной конкурентки. И вот теперь, после вероломного бегства ее обожаемого Повелителя, Белла просто пошла вразнос. Хель, как женщина, могла понять ее чувства (любовь зла, полюбишь и Волдеморта), но поступаться принципами не хотелось. Бальдра она в свое время не отпустила… Хотя тут совсем другая ситуация. Бальдр добрый, умный, красивый — кто ж такого мужика из рук выпустит! А вот скандальную Беллу видеть в своем царстве не хотелось. От слова совсем.
— Я все равно его найду! От Блэков еще никто не уходил! — надрывалась Беллатрикс.
Хель мысленно посочувствовала ее несчастному супругу, который вынужден был терпеть такие выходки, и от души пожелала Рудольфусу Лестрейнджу жить долго, счастливо и погибнуть в бою. Чтобы гарантированно не повстречаться с Беллой снова. А вот Тома Марволо Риддла, называвшего себя Лордом Волдемортом, Хель готова была пришибить. За бегство, за пренебрежение воистину божественным подарком — ему, паразиту, расколотую душу вернули, а он не оценил! А еще за то, что приходится выслушивать истерики Беллы. Чтоб тебе, гаду неблагодарному, эту психопатку в жены до скончания века. А это мысль!
— Я помогу тебе, — величественно кивнула Хель. При ее специфической внешности величественное выражение сине-красной физиономии пришлось долго и тщательно тренировать. Но результаты впечатляли…
— Когда я могу вернуться? — Белла никогда не отличалась терпением.
— И как ты объяснишь свое появление в мире живых? — поинтересовалась Хель.
— Зачем? Любого, кто сунется с вопросами, приложу Авадой.
— Гениально. Тебя на переговоры с троллями нужно посылать. А вот люди не оценят. Надо тебе легенду придумать…
— Да! Я всегда знала, что стану героиней легенды.
— Не в том смысле. Легендой называют историю, сочиненную для обмана окружающих. Так, кто же у меня специалист по таким делам? Папеньку просить не стоит, он такого накрутит, что тебя сразу даже не в этот ваш Азкабан отправят — заавадят для профилактики. Нужно что-то трогательное сочинить. С рыданиями и страданиями, чтобы всех проняло.
Беллатрикс скривилась: она терпеть не могла ничего трогательного, тем более с рыданиями и страданиями. Она предпочитала открытые боевые действия, а не душещипательную ерунду. Хель тем временем наконец-то определилась с вызовом нужного специалиста по легендам.
— Знакомься, Белла. Это Карменсита Мария Хуана Родригес, знаток всех мыльных опер.
— Какие еще оперы! Петь не буду! Тем более про мыло!
— Упаси меня папенька Локи слушать твое пение. Слушать будешь, что тебе скажут. И запоминать.
Следующие несколько дней все обитатели царства Хель, затаив дыхание, наблюдали процесс создания легенды для Беллатрикс.
— Что ты мне предлагаешь? Какое таинственное похищение новорожденной дочери? Да мы с Руди никакую сволочь близко даже к нашему дому не подпустили бы, не то что к новорожденному ребенку! Какие эльфы-предатели? Какой Дамблдор под обороткой? Да тебя с такой больной фантазией в Мунго нужно сдать!
— Не горячись, Белла, — посмеивалась Хель. — Надо же как-то объяснить твое появление. А безхозное тело найти не так легко. Тем более ты сама в чужое тело не хочешь.
— Не хочу. Но она же такое предлагает — уши вянут.
— Так предложи сама что-нибудь подходящее! Откуда могла появиться женщина, похожая на тебя как две капли воды! Единственный вариант — это твоя дочь.
— Её могли клонировать! — с горящими энтузиазмом глазами предложила Карменсита Мария Хуана Родригес.
— Прокляну! — рявкнула Беллатрикс. — Да как у тебя язык повернулся говорить такое чистокровной порядочной ведьме!
— Не надо ее клонировать. Человечество не настолько сильно провинилось перед богами. Им одной Беллы хватит. Вот, кстати. А как звать-то тебя будут, трагически потерянное дитя семейства Блэк?
— То есть как? Беллатрикс Блэк, разумеется.
— Беллатрикс Рената Блэк. Спрятана злобным лордом Волдемортом, чтобы не отвлекать родителей от борьбы против его врагов. А Белле и ее мужу он стер память… — предложила неунывающая любительница мыльных опер. Хель согласно кивнула:
— На этом и остановимся. Не кривись, Белла. А то здесь останешься. Кстати, а как ее в дом Блэков занесет?
— Что значит как? Я Блэк по крови, дом для меня открыт. Меня никто не выжигал с родового гобелена. Постучусь и войду, Кричер с радостью меня впустит.
— А Беллатрикс Рената об этом откуда знает? Ей злобный лорд Волдеморт что, письмо с инструкциями оставил?
— Я все равно его найду! От Блэков еще никто не уходил! — надрывалась Беллатрикс.
Хель мысленно посочувствовала ее несчастному супругу, который вынужден был терпеть такие выходки, и от души пожелала Рудольфусу Лестрейнджу жить долго, счастливо и погибнуть в бою. Чтобы гарантированно не повстречаться с Беллой снова. А вот Тома Марволо Риддла, называвшего себя Лордом Волдемортом, Хель готова была пришибить. За бегство, за пренебрежение воистину божественным подарком — ему, паразиту, расколотую душу вернули, а он не оценил! А еще за то, что приходится выслушивать истерики Беллы. Чтоб тебе, гаду неблагодарному, эту психопатку в жены до скончания века. А это мысль!
— Я помогу тебе, — величественно кивнула Хель. При ее специфической внешности величественное выражение сине-красной физиономии пришлось долго и тщательно тренировать. Но результаты впечатляли…
— Когда я могу вернуться? — Белла никогда не отличалась терпением.
— И как ты объяснишь свое появление в мире живых? — поинтересовалась Хель.
— Зачем? Любого, кто сунется с вопросами, приложу Авадой.
— Гениально. Тебя на переговоры с троллями нужно посылать. А вот люди не оценят. Надо тебе легенду придумать…
— Да! Я всегда знала, что стану героиней легенды.
— Не в том смысле. Легендой называют историю, сочиненную для обмана окружающих. Так, кто же у меня специалист по таким делам? Папеньку просить не стоит, он такого накрутит, что тебя сразу даже не в этот ваш Азкабан отправят — заавадят для профилактики. Нужно что-то трогательное сочинить. С рыданиями и страданиями, чтобы всех проняло.
Беллатрикс скривилась: она терпеть не могла ничего трогательного, тем более с рыданиями и страданиями. Она предпочитала открытые боевые действия, а не душещипательную ерунду. Хель тем временем наконец-то определилась с вызовом нужного специалиста по легендам.
— Знакомься, Белла. Это Карменсита Мария Хуана Родригес, знаток всех мыльных опер.
— Какие еще оперы! Петь не буду! Тем более про мыло!
— Упаси меня папенька Локи слушать твое пение. Слушать будешь, что тебе скажут. И запоминать.
Следующие несколько дней все обитатели царства Хель, затаив дыхание, наблюдали процесс создания легенды для Беллатрикс.
— Что ты мне предлагаешь? Какое таинственное похищение новорожденной дочери? Да мы с Руди никакую сволочь близко даже к нашему дому не подпустили бы, не то что к новорожденному ребенку! Какие эльфы-предатели? Какой Дамблдор под обороткой? Да тебя с такой больной фантазией в Мунго нужно сдать!
— Не горячись, Белла, — посмеивалась Хель. — Надо же как-то объяснить твое появление. А безхозное тело найти не так легко. Тем более ты сама в чужое тело не хочешь.
— Не хочу. Но она же такое предлагает — уши вянут.
— Так предложи сама что-нибудь подходящее! Откуда могла появиться женщина, похожая на тебя как две капли воды! Единственный вариант — это твоя дочь.
— Её могли клонировать! — с горящими энтузиазмом глазами предложила Карменсита Мария Хуана Родригес.
— Прокляну! — рявкнула Беллатрикс. — Да как у тебя язык повернулся говорить такое чистокровной порядочной ведьме!
— Не надо ее клонировать. Человечество не настолько сильно провинилось перед богами. Им одной Беллы хватит. Вот, кстати. А как звать-то тебя будут, трагически потерянное дитя семейства Блэк?
— То есть как? Беллатрикс Блэк, разумеется.
— Беллатрикс Рената Блэк. Спрятана злобным лордом Волдемортом, чтобы не отвлекать родителей от борьбы против его врагов. А Белле и ее мужу он стер память… — предложила неунывающая любительница мыльных опер. Хель согласно кивнула:
— На этом и остановимся. Не кривись, Белла. А то здесь останешься. Кстати, а как ее в дом Блэков занесет?
— Что значит как? Я Блэк по крови, дом для меня открыт. Меня никто не выжигал с родового гобелена. Постучусь и войду, Кричер с радостью меня впустит.
— А Беллатрикс Рената об этом откуда знает? Ей злобный лорд Волдеморт что, письмо с инструкциями оставил?
Страница 1 из 3
