Кэролайн Джонсон — известная рок-певица. Девушка сталкивается с очень странными обстоятельствами и узнает, что она вовсе не человек.
Добавить в моё избранное
402 мин, 15 сек 16109
— мозг снова показал воспоминания Ада, будто отвечая на интересующий вопрос. — Где же мой дом? — и действительно, что же девушка могла без тени сомнений назвать местом, в которое хотелось бы возвращаться? Дом, в котором прожила все свое детство? Дом, в котором жила, будучи подростком? Роскошный особняк, в котором живет в качестве убийцы? Или же место создания, где над ней истязались практически все существа? Что из вышеперечисленного можно назвать родным домом? — Почему мне все равно? — вопрос противоречащий, ведь если ей все равно, почему интересуется? — Точно, я больше, — она остановила поток мысли, дабы убедиться в правдивости своего умозаключения, — ничего не чувствую. Нет, — снова меняя смысл размышлений, — я просто не помню, что это…
Девушка медленно разлепила свинцовые веки, стараясь сразу не напрягать зрение. Она поморщилась от солнечного света, затем сощурилась, восстанавливая привычные очертания предметов. Однако глаза никак не хотели воспринимать мир таким, каким он должен быть, видя лишь расплывчатые силуэты.
— Сколько я спала? — стальной и холодный тон, от которого сидящий рядом еле ощущаемо вздрогнул.
— 3 дня, — безликий подвинулся ближе, положив ладонь на лоб девушки, тем самым, проверяя температуру. — Ты как? — он обеспокоенно взглянул на Клэр. Та повернула голову в сторону монстра, цепляясь взглядом в невидимые глаза.
Слендер не смог найти причину собственной реакции. Тело вдруг затрясло, а в горле застрял ком, причем тошнотворный. В голове вдруг промелькнула картинка ужасающего содержания, туманящая рассудок внезапным приступом животного страха. Это чувство, когда что-то, в районе груди, будто сжимается в тугой комок, когда сердечные удары больно пульсируют у виска, когда ощущаешь себя беспомощным и одиноким. Казалось бы, что же могло так напугать безликого, он ведь каждый день видит такие картины, однако на этих особую роль играла сама девушка. Издевались над ней, резали её, удары током можно было почувствовать. А все глаза. Холодные глаза, из-за черноты которых зрачка не было видно вообще. А он-то думал, что страх ему неведом. Ложь, наглая ложь, в которую он сам поверил.
— Никак, — она резко отвернулась в сторону окна, позволяя безликому вздохнуть с облегчением.
— Я даю тебе волю, — проговорил Слендер, успокоив внутреннюю дрожь. — Не буду напрягать тебя, — он поднялся с постели, намереваясь удалиться. — Вечером спустись, пожалуйста.
— Почему ты молчал? — чуть ли не перебила черноволосая, принимая положение сидя. — Ты, ведь, мой брат, — каких-то определенных эмоций не прозвучало в констатировании данного факта, впрочем безликий того даже не заметил. Он замер, пытаясь сохранить невозмутимость, дабы объяснить истинные причины, но эмоции-таки накрыли его с головой. В итоге, сорвался с места, заключая черноволосую в крепкие объятия, особо не беспокоясь за то, что девушка на них не ответила.
— Я так волновался, — почему он говорит это? Почему сейчас он настолько слаб? Кто он теперь? Существо, способное чувствовать? Бред чистой воды, однако и отказываться от предоставленного шанса выпустить накипевшее безликий не мог, а может просто не хотел. — Думал, что потерял тебя.
— Ты потерял, — безэмоциональный тон, словно для неё сие утверждение не имело смысла. Слендер многого не понимал, да и, походу, было уже поздно что-то понимать, однако ощущение отсутствия черноволосой было. Вроде, вот она, здесь, в твоих объятиях, а на самом деле рядом её и нет вовсе. — Уходи, — теперь приказ? Просьбой здесь даже не пахло. Слендер отстранился и, собравшись с мыслями и снова возымев контроль над телом, покинул помещение.
Девушка попыталась встать, но упала, едва коснувшись ногами пола. Она стукнула кулачком о скрипящую половицу и снова поднялась. На этот раз успешно. Сделав несколько шагов, девушка попробовала пробежаться. Ноги не слушались, поймать равновесие не удавалось, от чего черноволосую косило в разные стороны, однако внутренний стержень она-таки отыскала. Отлично, более-менее ходить уже может, пора переходить к внешним недостаткам. Наспех ополоснувшись и надев первое, что попалось под руку, вышла в коридор, намереваясь на время покинуть особняк. В гостиной никого не оказалось, ну, тем лучше. Девушка облегченно выдохнула, после чего направилась к выходу на улицу. Зацепившись взглядом за старую беседку, подошла к ней, расположившись на одной из скамеек спиной к особняку. Облака-кучеряшки медленно плыли по небу, иногда закрывая светило. Легкий порыв ветра всколыхнул волосы Клэр, принеся с собой сладковатый запах цветов с ближайшего луга. Но девушка его толком и не почувствовала, ибо в данный момент обоняние было сосредоточено на отвратном зловонии, кое исходило от всех существ в Гиене. В ушах стоял режущий свист, словно от пролетевшей рядом пули. Глаза не видели той природной красоты, будучи окутанные пеленой картин мерзкого содержания, которые стали для черноволосой чем-то привычным.
Девушка медленно разлепила свинцовые веки, стараясь сразу не напрягать зрение. Она поморщилась от солнечного света, затем сощурилась, восстанавливая привычные очертания предметов. Однако глаза никак не хотели воспринимать мир таким, каким он должен быть, видя лишь расплывчатые силуэты.
— Сколько я спала? — стальной и холодный тон, от которого сидящий рядом еле ощущаемо вздрогнул.
— 3 дня, — безликий подвинулся ближе, положив ладонь на лоб девушки, тем самым, проверяя температуру. — Ты как? — он обеспокоенно взглянул на Клэр. Та повернула голову в сторону монстра, цепляясь взглядом в невидимые глаза.
Слендер не смог найти причину собственной реакции. Тело вдруг затрясло, а в горле застрял ком, причем тошнотворный. В голове вдруг промелькнула картинка ужасающего содержания, туманящая рассудок внезапным приступом животного страха. Это чувство, когда что-то, в районе груди, будто сжимается в тугой комок, когда сердечные удары больно пульсируют у виска, когда ощущаешь себя беспомощным и одиноким. Казалось бы, что же могло так напугать безликого, он ведь каждый день видит такие картины, однако на этих особую роль играла сама девушка. Издевались над ней, резали её, удары током можно было почувствовать. А все глаза. Холодные глаза, из-за черноты которых зрачка не было видно вообще. А он-то думал, что страх ему неведом. Ложь, наглая ложь, в которую он сам поверил.
— Никак, — она резко отвернулась в сторону окна, позволяя безликому вздохнуть с облегчением.
— Я даю тебе волю, — проговорил Слендер, успокоив внутреннюю дрожь. — Не буду напрягать тебя, — он поднялся с постели, намереваясь удалиться. — Вечером спустись, пожалуйста.
— Почему ты молчал? — чуть ли не перебила черноволосая, принимая положение сидя. — Ты, ведь, мой брат, — каких-то определенных эмоций не прозвучало в констатировании данного факта, впрочем безликий того даже не заметил. Он замер, пытаясь сохранить невозмутимость, дабы объяснить истинные причины, но эмоции-таки накрыли его с головой. В итоге, сорвался с места, заключая черноволосую в крепкие объятия, особо не беспокоясь за то, что девушка на них не ответила.
— Я так волновался, — почему он говорит это? Почему сейчас он настолько слаб? Кто он теперь? Существо, способное чувствовать? Бред чистой воды, однако и отказываться от предоставленного шанса выпустить накипевшее безликий не мог, а может просто не хотел. — Думал, что потерял тебя.
— Ты потерял, — безэмоциональный тон, словно для неё сие утверждение не имело смысла. Слендер многого не понимал, да и, походу, было уже поздно что-то понимать, однако ощущение отсутствия черноволосой было. Вроде, вот она, здесь, в твоих объятиях, а на самом деле рядом её и нет вовсе. — Уходи, — теперь приказ? Просьбой здесь даже не пахло. Слендер отстранился и, собравшись с мыслями и снова возымев контроль над телом, покинул помещение.
Девушка попыталась встать, но упала, едва коснувшись ногами пола. Она стукнула кулачком о скрипящую половицу и снова поднялась. На этот раз успешно. Сделав несколько шагов, девушка попробовала пробежаться. Ноги не слушались, поймать равновесие не удавалось, от чего черноволосую косило в разные стороны, однако внутренний стержень она-таки отыскала. Отлично, более-менее ходить уже может, пора переходить к внешним недостаткам. Наспех ополоснувшись и надев первое, что попалось под руку, вышла в коридор, намереваясь на время покинуть особняк. В гостиной никого не оказалось, ну, тем лучше. Девушка облегченно выдохнула, после чего направилась к выходу на улицу. Зацепившись взглядом за старую беседку, подошла к ней, расположившись на одной из скамеек спиной к особняку. Облака-кучеряшки медленно плыли по небу, иногда закрывая светило. Легкий порыв ветра всколыхнул волосы Клэр, принеся с собой сладковатый запах цветов с ближайшего луга. Но девушка его толком и не почувствовала, ибо в данный момент обоняние было сосредоточено на отвратном зловонии, кое исходило от всех существ в Гиене. В ушах стоял режущий свист, словно от пролетевшей рядом пули. Глаза не видели той природной красоты, будучи окутанные пеленой картин мерзкого содержания, которые стали для черноволосой чем-то привычным.
Страница 47 из 115
