Александр I (1777-1825) российский император… Как известно, Александр I вступил на престол с помощью заговорщиков, убивших его отца — императора Павла I. Наследник престола знал о готовящемся заговоре, хотя и не давал согласия на убийство отца, — подразумевалось, что Павел будет только арестован.
Добавить в моё избранное
8 мин, 45 сек 8879
Осенью 1836 года в Сибири, в Пермской губернии, объявился человек, называвший себя Федором Кузьмичом. Рост его был выше среднего, плечи широкие, высокая грудь, глаза голубые, черты лица чрезвычайно правильные и красивые. По всему было видно его непростонародное происхождение — он прекрасно знал иностранные языки, отличался благородством осанки и манер и так далее. К тому же было заметно и сходство его с покойным императором Александром I (это отмечали, например, камер-лакеи).
Человек, называвший себя Федором Кузьмичом, даже под угрозой уголовного наказания, не открыл своего настоящего имени и происхождения. Его приговорили за бродяжничество к 20 ударам плетями и сослали на поселение в Томскую губернию. Пять лет Федор Кузьмич работал на винокурне, но затем чрезмерное внимание окружающих заставило его переехать на новое место. Но и там покоя не было. А. Валлоттен приводит эпизод, когда увидевший Федора Кузьмича старый солдат закричал: «Царь! Это наш батюшка Александр! Так он не умер?»
Федор Кузьмич отрицал легенду о своем императорском происхождении, но делал это двусмысленным образом, еще больше укреплял подозрения собеседников на сей счет. Через некоторое время Федор Кузьмич принял монашество, стал известным по всей Сибири старцем.
Очевидцы свидетельствуют, что старец проявлял прекрасное знание петербургской придворной жизни и этикета, а также событий конца XVIII — начала XIX столетия, знал всех государственных деятелей того периода. При этом он никогда не упоминал о императоре Павле и не касался характеристики Александра I.
В конце жизни Федор Кузьмич по просьбе томского купца Семена Хромова переехал жить к нему. В 1859 году Федор Кузмич заболел довольно серьезно, и тогда Хромов обратился к нему с вопросом: не откроет ли он свое настоящее имя?
— Нет, это не может быть открыто никогда; об этом меня просил преосвященный Иннокентий и Афанасий, и я им то же сказал, что говорю тебе, панок.
Нечто подобное старец сказал и своему исповеднику: — Если бы я на исповеди не сказал про себя правды, небо удивилось бы; если же бы я сказал, кто я, удивилась бы земля.
Утром 20 января 1864 года Хромов в очередной раз пришел проведать тяжело хворавшего Федора Кузьмича. В то время старец жил в келье, выстроенной специально для него около дома Хромова. Видя, что жизнь Федора Кузьмича угасает, Хромов просил благословить его. — Господь тебя благословит и меня благослови, — ответил старец. — Объяви хотя имя своего ангела, — попросила жена купца, на что он ответил: — Это Бог знает. Вечером Федор Кузьмич скончался. Перед смертью он успел уничтожить какие-то бумаги, за исключением листка с шифрованными записями и инициалами А. П.
Существует полулегендарное признание, которое якобы сделал бывший солдат роты его императорского величества Николая I. Однажды ночью он вместе с тремя товарищами по роте, согласно приказу, заменил гроб с телом Александра I в Петропавловском соборе на другой, привезенный в закрытом военном фургоне. За этой таинственной операцией наблюдал сам Николай I.
Конечно, многим людям приходила мысль провести исследование останков, хранящихся в гробнице Александра I. Известный ученый И. С. Шкловский обратился однажды с таким предложением к М. М. Герасимову, скульптору-антропологу, который прославился реконструкцией скульптурных портретов исторических деятелей по их черепам. «Есть одна проблема, Михаил Михайлович, — сказал Шкловский Герасимову, — которую можете решить только вы. Все-таки вопрос о реальности старца Федора Кузьмича… совершенно неясен.»
Обстоятельства смерти Александра I покрыты тайной. С чего это вдруг здоровый молодой (47 лет!) мужчина, так странно державший себя в последние годы своего царствования, совершенно неожиданно умирает в забытом Богом Таганроге? Тут, может быть, и не все ладно. И кому, как не вам, Михаил Михайлович, вскрыть гробницу императора, которая в соборе Петропавловской крепости, восстановить по черепу лицо покойного и сверить его с богатейшей иконографией Александра I? Вопрос будет раз и навсегда снят?«Герасимов как-то необыкновенно ядовито засмеялся.» Ишь, какой умник! Я всю жизнь об этом мечтал. Три раза обращался в правительство, прося разрешения вскрыть гробницу Александра I. Последний раз я сделал это два года тому назад. И каждый раз мне отказывают. Причин не говорят. Словно какая-то стена!
Шкловский был удивлен. Может быть, такая позиция властей — это подтверждение правдивости версии о старце Федоре Кузьмиче. Наверняка причиной отказа была не этика. Ведь не постеснялись же вскрыть гробницу Тамерлана в июне 1941 года, за день до начала войны. Разговор с Герасимовым происходил в 1968 году. А десять лет спустя Шкловский познакомился с человеком по имени Степан Владимирович, который рассказал ему, что в молодости участвовал во вскрытии могил русской знати.
«Как хорошо известно, — пишет Шкловский, — во время голода 1921 года был издан знаменитый ленинский декрет об изъятии церковных драгоценностей.
Человек, называвший себя Федором Кузьмичом, даже под угрозой уголовного наказания, не открыл своего настоящего имени и происхождения. Его приговорили за бродяжничество к 20 ударам плетями и сослали на поселение в Томскую губернию. Пять лет Федор Кузьмич работал на винокурне, но затем чрезмерное внимание окружающих заставило его переехать на новое место. Но и там покоя не было. А. Валлоттен приводит эпизод, когда увидевший Федора Кузьмича старый солдат закричал: «Царь! Это наш батюшка Александр! Так он не умер?»
Федор Кузьмич отрицал легенду о своем императорском происхождении, но делал это двусмысленным образом, еще больше укреплял подозрения собеседников на сей счет. Через некоторое время Федор Кузьмич принял монашество, стал известным по всей Сибири старцем.
Очевидцы свидетельствуют, что старец проявлял прекрасное знание петербургской придворной жизни и этикета, а также событий конца XVIII — начала XIX столетия, знал всех государственных деятелей того периода. При этом он никогда не упоминал о императоре Павле и не касался характеристики Александра I.
В конце жизни Федор Кузьмич по просьбе томского купца Семена Хромова переехал жить к нему. В 1859 году Федор Кузмич заболел довольно серьезно, и тогда Хромов обратился к нему с вопросом: не откроет ли он свое настоящее имя?
— Нет, это не может быть открыто никогда; об этом меня просил преосвященный Иннокентий и Афанасий, и я им то же сказал, что говорю тебе, панок.
Нечто подобное старец сказал и своему исповеднику: — Если бы я на исповеди не сказал про себя правды, небо удивилось бы; если же бы я сказал, кто я, удивилась бы земля.
Утром 20 января 1864 года Хромов в очередной раз пришел проведать тяжело хворавшего Федора Кузьмича. В то время старец жил в келье, выстроенной специально для него около дома Хромова. Видя, что жизнь Федора Кузьмича угасает, Хромов просил благословить его. — Господь тебя благословит и меня благослови, — ответил старец. — Объяви хотя имя своего ангела, — попросила жена купца, на что он ответил: — Это Бог знает. Вечером Федор Кузьмич скончался. Перед смертью он успел уничтожить какие-то бумаги, за исключением листка с шифрованными записями и инициалами А. П.
Существует полулегендарное признание, которое якобы сделал бывший солдат роты его императорского величества Николая I. Однажды ночью он вместе с тремя товарищами по роте, согласно приказу, заменил гроб с телом Александра I в Петропавловском соборе на другой, привезенный в закрытом военном фургоне. За этой таинственной операцией наблюдал сам Николай I.
Конечно, многим людям приходила мысль провести исследование останков, хранящихся в гробнице Александра I. Известный ученый И. С. Шкловский обратился однажды с таким предложением к М. М. Герасимову, скульптору-антропологу, который прославился реконструкцией скульптурных портретов исторических деятелей по их черепам. «Есть одна проблема, Михаил Михайлович, — сказал Шкловский Герасимову, — которую можете решить только вы. Все-таки вопрос о реальности старца Федора Кузьмича… совершенно неясен.»
Обстоятельства смерти Александра I покрыты тайной. С чего это вдруг здоровый молодой (47 лет!) мужчина, так странно державший себя в последние годы своего царствования, совершенно неожиданно умирает в забытом Богом Таганроге? Тут, может быть, и не все ладно. И кому, как не вам, Михаил Михайлович, вскрыть гробницу императора, которая в соборе Петропавловской крепости, восстановить по черепу лицо покойного и сверить его с богатейшей иконографией Александра I? Вопрос будет раз и навсегда снят?«Герасимов как-то необыкновенно ядовито засмеялся.» Ишь, какой умник! Я всю жизнь об этом мечтал. Три раза обращался в правительство, прося разрешения вскрыть гробницу Александра I. Последний раз я сделал это два года тому назад. И каждый раз мне отказывают. Причин не говорят. Словно какая-то стена!
Шкловский был удивлен. Может быть, такая позиция властей — это подтверждение правдивости версии о старце Федоре Кузьмиче. Наверняка причиной отказа была не этика. Ведь не постеснялись же вскрыть гробницу Тамерлана в июне 1941 года, за день до начала войны. Разговор с Герасимовым происходил в 1968 году. А десять лет спустя Шкловский познакомился с человеком по имени Степан Владимирович, который рассказал ему, что в молодости участвовал во вскрытии могил русской знати.
«Как хорошо известно, — пишет Шкловский, — во время голода 1921 года был издан знаменитый ленинский декрет об изъятии церковных драгоценностей.
Страница 2 из 3
