The Debate — Предмет дискуссии

День клонился к вечеру, ночь обещала быть холодной, но, к счастью, сухой. На вершине невысокого холма, там, где можно было укрыться под редкими деревьями, небольшая компания путников остановилась на ночлег.

Гэндальф и Арагорн отошли за деревья, Сэм поднялся чуть выше по склону и привязывал пони.

Остальные выбрали самый нагретый за день участок земли и, позаботившись об удобстве, расселись. Гимли устроился прямо на земле и методично копался в своей поклаже, нехотя переговариваясь с Боромиром.

Недалеко от него лежал Пиппин, пристроив голову Мерри на колени и закрыв глаза. Мерри гладил его по волосам и выглядел довольно задумчивым; на самом же деле он всего лишь прикидывал, сможет ли он отойти покурить. Меж деревьями маячил Фродо и придирчиво их рассматривал, потом, приняв для себя какое-то решение, быстро кивнул и начал взбираться на дерево.

В нескольких шагах от всех одиноко стоял Леголас, подняв голову и прислушиваясь к ветру.

— Как у нас с припасами? — спросил Боромир.

— Их более чем достаточно, — ответил Гимли. — Но если они вдруг закончатся, всегда можно съесть одного хоббита. — Посмеиваясь над собственной шуткой, он снова принялся потрошить поклажу.

Боромир покачал головой, отвернулся и занялся своими вещами.

— Ну нет, так нечестно. — Пиппин приподнялся. — Почему это — хоббита? Почему не тебя?

— На тебе больше мяса, — согласился с ним Мерри.

— Меня вы есть не станете, — возразил Гимли.

— Кто сказал? — спросил Пиппин. — С тебя выйдет хороший навар.

— И бросите мой топор? — хмыкнул Гимли. — Юный хоббит, если вас когда-нибудь сильно прижмет, он очень понадобится. Тогда вы пожалеете, что решили меня съесть — и не ошибетесь. Гномы очень выносливы, и выживаемость у нас превосходная. А еще мы отвратительны на вкус, — добавил он.

— Хм. — Мерри почесал подбородок. — Он в чем-то прав, Пип. Думаю, мы могли бы слопать тебя, — предположил он, толкая Пиппина в пухленький бок.

— Меня? — переспросил Пиппин, отпихивая его руку. — А меня почему?

— А почему нет?

— Я самый маленький, из меня ничего не сваришь, — сказал Пиппин. — Лучше Сэма, он самый упитанный.

— Ни за что, — заявил Боромир, не отрываясь от своего занятия. Казалось, он даже не вслушивался в их разговор. — Сэма мы не съедим ни при каких обстоятельствах.

— Почему это? — опять спросил Пиппин.

— Он лучший повар, — пояснил Боромир.

— Стойте, погодите. — Фродо уже сидел на нижней ветке облюбованного дерева, радостно размахивая ногами. — Ты хочешь сказать, что не только убьешь моего кузена — ты еще и будешь ждать, что Сэм приготовит его тебе на обед?

— Ну, — немного смущенно произнес Боромир, — когда ты так об этом говоришь…

— Когда я так об этом говорю, — повторил за ним Фродо. — О, вот и он. Сэм, Боромир хочет, чтобы ты сварил Пиппина.

Сэм, который как раз поднимался на холм, остановился и переспросил:

— Что?

— Я этого не говорил, — заверил его Боромир.

— Говорил, — настаивал Фродо.

— Что тут вообще происходит? — недоуменно поинтересовался Сэм.

— Не надо меня варить, Сэм, — попросил Пиппин. — Пожалуйста.

— Я никого не собираюсь варить! — ужаснулся Сэм. — О чем вы вообще?

— Нет, нет, — поддержал его Гимли. — Никто не просит тебя никого варить. Мы просто рассуждали — и пусть этот день никогда не наступит, — что если мы будем вынуждены кого-нибудь съесть, ты сможешь вкусно его приготовить.

Сэм сложил руки и уставился на Гимли с видом разъяренной хозяйки.

— Ладно, но если этот день когда-нибудь наступит, приготовишь им сам себя, потому что я этого делать не буду, — пригрозил он. — Я не буду готовить мистера Пиппина!

— Да почему меня-то опять? — взвыл Пиппин откуда-то снизу. — Вы не будете меня есть — я жилистый.

Леголас в два широких шага подошел к Гимли и встал рядом с ним.

— Если все будет так безнадежно, не думаю, что нас будет заботить вкус.

— Почему бы тогда не Мерри? — спросил Пиппин. — Он же больше.

Мерри успел только открыть рот, но его опередил с ответом Гимли:

— Я полагаю, лучше съесть тебя.

— Почему? — огрызнулся Пиппин. — Вот что я тебе сделал?

— А вот и Гэндальф. — Гимли умоляюще протянул руку к Гэндальфу, который как раз показался из-за деревьев, чуть позади него шел Арагорн. — Да прикроют ваши молитвы мои тылы. Если — не дай боги — у нас вдруг кончится еда и нам придется кого-нибудь есть, мы должны будем съесть Пиппина. Разве нет?

— Ну конечно, — отозвался Гэндальф, и глаза его заблестели. — А в самом деле, чего мы ждем? Зачем тянуть, съедим Пиппина сегодня же вечером.

— Я вам всем устрою несварение, — пообещал Пиппин.

— Я не буду варить мистера Пиппина!