Фандом: Naruto. На Рождество все акацуки неожиданно для себя получили странные подарки, переданные им Дедом Морозом от некоего неизвестного лица. Чей замысел стоит за этим? На что намекают эти подарки и какие тайны они раскроют?
Добавить в моё избранное
263 мин, 7 сек 21737
Но эксперимент закончился неожиданным провалом: когда один глаз был подведен, да и второй уже почти — тоже, кисть с жидким лайнером, соскользнув с верхнего века, попала Гааре под ресницы. Глаз тут же пронзила резкая боль, началось жжение. Бросив зеркальце, парень стал тереть глаза руками, отчего резь только усилилась, возникнув и в другом глазу.
Прекратив панику, казекагэ, превозмогая боль, выпрямился и стал действовать хладнокровно, как подобает ниндзя. Завинтил футлярчик с подводкой и сунул его в карман. Достал из другого кармана ключ, ощупью нашел и отпер дверь. Выйдя из «Комнаты Синей Бороды», Гаара запер за собой дверь и кое-как добрался до своих покоев. Там он смыл злополучную косметику водой с мылом. Но глаза болели по-прежнему, их словно жгло огнем…
Казекагэ вынужден был вызвать медика. Увы, пришлось врать старику буквально во всем, так что на правильный диагноз Гаара не рассчитывал. Теперь ему оставалось только одно: ждать возвращения Канкуро и Темари, чтобы вручить им тот проклятый флакончик — пускай отнесут его куда надо, чтобы проверить на наличие ядов, да так, чтоб никому и в голову не пришло, что это по личному поручению казекагэ…
Брат и сестра должны были вернуться сегодня, примерно в полдень. Так и произошло: в начале первого коридор огласился резким встревоженным голосом Темари, а затем они с Канкуро вдвоем ворвались к Гааре. Казекагэ прежде всего спросил у них, где медик. Выяснив, что тот вышел, чтобы принести свежую примочку, а значит, кроме них троих, в комнате никого нет, Гаара рассказал брату и сестре всю правду и вытащил из кармана маленький черный футлярчик.
— Это надо проверить на яд… — тихо сказал он.
— Зачем? — удивилась Темари. Канкуро хмуро глянул на нее и взял футляр у брата.
— Что значит «зачем»? — рассердился Гаара. — Эта штука обожгла мне глаза!
— А ну дай гляну! — Темари выхватила у Канкуро тюбик лайнера, внимательно оглядела его и громко хмыкнула.
— Всё ясно…
— Что там? — в голос вокликнули ее братья.
— Вот, гляди! — она указала Канкуро на надпись мелким шрифтом на донышке тюбика.
— Ну? — Гаара от волнения открыл глаза, но тут же, застонав, закрыл их снова.
— Понятно… — медленно произнес Канкуро. — Надо же, как не повезло…
— Ну, а я о чем! — недовольно процедила Темари. — Я так и знала! А ты что, думал, я ни с того ни с сего, что ль, такой фигней пользоваться перестала? Или может, ты поверил в эти глупые басни, что я не крашусь из-за каких-то там идейных убеждений?
— Мне что, применить к вам обоим Песчаный Гроб? — зловещим тоном поинтересовался казекагэ. — Или все-таки скажете, в чем там дело?
— Скажем, скажем… — по-прежнему недовольно, но с заметным облегчением в голосе отозвалась Темари. — Дело там в трех словах: «Made in China».
Гаара помолчал, переваривая информацию, которая ему мало о чем говорила. А затем осторожно спросил:
— И что?
— И ничего, — уже почти весело ответила ему сестра. — Пойду, скажу лекарю, чтобы заварил для примочек ромашку, календулу и еще некоторые травы — полный рецепт я до сих пор помню наизусть. Готовится быстро, за полчаса. Все эти растения есть в наших теплицах. Средство проверенное: сама пользовалась когда-то. Через часик всё пройдет — гарантирую! А ты отдыхай пока… И больше с этой дрянью не возись, ладно? Ой, повыбрасываю я твои посылки к чертям собачьим, вот увидишь!
Она встала и устремилась к выходу, поманив за собой Канкуро. Тот поднялся и вышел следом за нею. За ними оглушительно захлопнулась дверь: Темари никогда ничего не делала наполовину, и радовалась она тоже всегда в полную силу.
Довольная, что с младшим братишкой не произошло ничего страшного, Темари заскочила к медику и проинструктировала его, а потом как на крыльях полетела в свою комнату. Ей не терпелось выполнить маленький, но очень важный обряд, который она совершала всегда, когда возвращалась с миссии — поздороваться с фотографией Шикамару, стоящей у нее на комоде в роскошной золоченой рамке…
Гаара, оставшись один, погрузился в размышления. Слова сестры принесли ему двойное облегчение. Казекагэ был рад, что его внезапная болезнь вполне излечима. Да что там — это, кажется, и не болезнь вовсе, а так, легкая бытовая травма… Но еще больше согрело ему душу обещание Темари выбросить его посылки. Слова, которые еще совсем недавно он воспринял бы как грубое вмешательство в его личные дела, теперь звучали как обещание свободы. Гаара подумал, что не так уж и плоха идея поручить брату и сестре незаметно, в несколько приемов, вынести всё это косметическое барахло из резиденции, отвезти очень далеко и уничтожить. Может, никто ничего и не заметит. И тогда одна из двух проблем в его жизни наконец-то исчезнет…
Жаль, что другую его проблему им не под силу решить. Это вообще никому не под силу… Отгоняя мысли о той, другой проблеме, Гаара терпеливо дожидался лекаря.
Прекратив панику, казекагэ, превозмогая боль, выпрямился и стал действовать хладнокровно, как подобает ниндзя. Завинтил футлярчик с подводкой и сунул его в карман. Достал из другого кармана ключ, ощупью нашел и отпер дверь. Выйдя из «Комнаты Синей Бороды», Гаара запер за собой дверь и кое-как добрался до своих покоев. Там он смыл злополучную косметику водой с мылом. Но глаза болели по-прежнему, их словно жгло огнем…
Казекагэ вынужден был вызвать медика. Увы, пришлось врать старику буквально во всем, так что на правильный диагноз Гаара не рассчитывал. Теперь ему оставалось только одно: ждать возвращения Канкуро и Темари, чтобы вручить им тот проклятый флакончик — пускай отнесут его куда надо, чтобы проверить на наличие ядов, да так, чтоб никому и в голову не пришло, что это по личному поручению казекагэ…
Брат и сестра должны были вернуться сегодня, примерно в полдень. Так и произошло: в начале первого коридор огласился резким встревоженным голосом Темари, а затем они с Канкуро вдвоем ворвались к Гааре. Казекагэ прежде всего спросил у них, где медик. Выяснив, что тот вышел, чтобы принести свежую примочку, а значит, кроме них троих, в комнате никого нет, Гаара рассказал брату и сестре всю правду и вытащил из кармана маленький черный футлярчик.
— Это надо проверить на яд… — тихо сказал он.
— Зачем? — удивилась Темари. Канкуро хмуро глянул на нее и взял футляр у брата.
— Что значит «зачем»? — рассердился Гаара. — Эта штука обожгла мне глаза!
— А ну дай гляну! — Темари выхватила у Канкуро тюбик лайнера, внимательно оглядела его и громко хмыкнула.
— Всё ясно…
— Что там? — в голос вокликнули ее братья.
— Вот, гляди! — она указала Канкуро на надпись мелким шрифтом на донышке тюбика.
— Ну? — Гаара от волнения открыл глаза, но тут же, застонав, закрыл их снова.
— Понятно… — медленно произнес Канкуро. — Надо же, как не повезло…
— Ну, а я о чем! — недовольно процедила Темари. — Я так и знала! А ты что, думал, я ни с того ни с сего, что ль, такой фигней пользоваться перестала? Или может, ты поверил в эти глупые басни, что я не крашусь из-за каких-то там идейных убеждений?
— Мне что, применить к вам обоим Песчаный Гроб? — зловещим тоном поинтересовался казекагэ. — Или все-таки скажете, в чем там дело?
— Скажем, скажем… — по-прежнему недовольно, но с заметным облегчением в голосе отозвалась Темари. — Дело там в трех словах: «Made in China».
Гаара помолчал, переваривая информацию, которая ему мало о чем говорила. А затем осторожно спросил:
— И что?
— И ничего, — уже почти весело ответила ему сестра. — Пойду, скажу лекарю, чтобы заварил для примочек ромашку, календулу и еще некоторые травы — полный рецепт я до сих пор помню наизусть. Готовится быстро, за полчаса. Все эти растения есть в наших теплицах. Средство проверенное: сама пользовалась когда-то. Через часик всё пройдет — гарантирую! А ты отдыхай пока… И больше с этой дрянью не возись, ладно? Ой, повыбрасываю я твои посылки к чертям собачьим, вот увидишь!
Она встала и устремилась к выходу, поманив за собой Канкуро. Тот поднялся и вышел следом за нею. За ними оглушительно захлопнулась дверь: Темари никогда ничего не делала наполовину, и радовалась она тоже всегда в полную силу.
Довольная, что с младшим братишкой не произошло ничего страшного, Темари заскочила к медику и проинструктировала его, а потом как на крыльях полетела в свою комнату. Ей не терпелось выполнить маленький, но очень важный обряд, который она совершала всегда, когда возвращалась с миссии — поздороваться с фотографией Шикамару, стоящей у нее на комоде в роскошной золоченой рамке…
Гаара, оставшись один, погрузился в размышления. Слова сестры принесли ему двойное облегчение. Казекагэ был рад, что его внезапная болезнь вполне излечима. Да что там — это, кажется, и не болезнь вовсе, а так, легкая бытовая травма… Но еще больше согрело ему душу обещание Темари выбросить его посылки. Слова, которые еще совсем недавно он воспринял бы как грубое вмешательство в его личные дела, теперь звучали как обещание свободы. Гаара подумал, что не так уж и плоха идея поручить брату и сестре незаметно, в несколько приемов, вынести всё это косметическое барахло из резиденции, отвезти очень далеко и уничтожить. Может, никто ничего и не заметит. И тогда одна из двух проблем в его жизни наконец-то исчезнет…
Жаль, что другую его проблему им не под силу решить. Это вообще никому не под силу… Отгоняя мысли о той, другой проблеме, Гаара терпеливо дожидался лекаря.
Страница 70 из 71
