Почему бы и нет…

Личико сердечком, широко раскрытые немного подведенные глаза, оформленные брови и отличная прическа в стиле «художественный беспорядок», на которую было потрачено много мастерства, времени и геля. Из широкой горловины выглядывали соблазнительные ключицы. То, что он ярко выраженный пассив, только что красной строкой по лбу не бежало.

— Целоваться с ним не рекомендую, — посоветовал Степан все еще удивленному парню. — Неизвестно, где его губы побывали до этого. И за руки хватать тоже. Только когда будешь точно знать, что он после посещения санузла. И тогда еще нужно подумать.

— Не слушай этого зануду. Он на меня наговаривает из зависти. Ну так как? Чего молчишь?

— А какой ответ ты от меня ждешь? — не понял его Алексей.

— Ты гей? — с нажимом спросил Шура.

— Натурал, — ответил за него Коваленко.

— Гомо.

— Гетеро, — настаивал Степан.

— Заткнитесь оба, — порекомендовал Николай, делая заказ официантке. — Кто что будет?

— Я буду пиво, мне завтра с Ирой на концерт, — ответил Ремнев.

— А я перехожу на более тяжелые напитки, — кивнул Коваленко в сторону коньяка.

— Ты не ответил, — не отставал Шура.

— Если я скажу, что вы оба правы, ты отстанешь? — поинтересовался Ремнев, улыбаясь номером три.

— Ха! — воскликнул молодой пижон. — Я так и знал! У меня на это чуйка!

— «Чуйка» у него, — недовольно пробурчал Коваленко. — Что ж ты, Леха, меня так подвел?

— Чем интересно?

— Это еще одна наша старинная забава. «Угадай ориентацию». Счет пока пятьдесят на пятьдесят.

— Весело вы время проводите.

— Да уж. Мы еще в студенческие времена спорили по этому поводу. Он почему-то уверен, что я как раз должен по мальчикам ходоком быть, но практика и моя семейная жизнь доказывают обратное.

— А еще я хочу доказать ему, что самые лучшие минеты могут делать только мужчины, — вставил свои «пять копеек» Шурочка. — Скажи-скажи, кто лучше это делает? — требовал он ответ от парня.

— Ты был женат? — эта новость почему-то больше удивила Ремнева, чем то, как люди развлекаются.

— А что в этом странного? — не понял его Степан.

— Да кто же тебя такого терпеть будет, да еще и бесплатно?

— Как ни странно нашлась такая.

— А куда ты ее дел? Она все-таки сбежала от тебя? Признавайся. Не выдержала твоего ежедневного снобизма?

Все за столом замолкли. Напряженная пауза подсказала Алексею, что он влез в запретную тему.

— Сам скажешь? — предложил помощь Коля.

— Мне нечего скрывать, — Степан поднял спокойные глаза на Ремнева и продолжил. — Она умерла.

— Прости, — искренне извинился парень. — Я не знал.

— Ты еще многого не знаешь, мальчик. Так кто лучше минет делает? Мужчины или женщины? С кем секс лучше? — не отставал Шурочка.

— С любимым человеком, — не задумываясь, ответил Алексей, все еще переваривая известие, что Коваленко вдовец.

Над столом опять нависла неловкая тишина. Каждый погрузился в свои раздумья на этот счет.

— У кого ты стрижешься? — Шурочка профессионально потеребил Алексея по волосам.

— Конкретно ни у кого. Рядом с домом парикмахерская, туда и хожу.

— Оно и видно. На, держи, — он вытащил визитку и засунул Ремневу в нагрудный карман. — Через месяц обрастешь, приходи. Друзья моих друзей мои друзья.

Алексей пригляделся к надписям на маленькой картонке. Салон «Александр(а)».

— Ого. Я слышал о нем. Туда без предварительной записи и личных рекомендаций не попасть. Ты работаешь там?

Степан и Николай синхронно прыснули от смеха.

— Конечно, работаю. Это мой салон, — бахвалясь и довольный от этой оценки, ответил Шура.

— Это правда, что тебя по судам таскать пытались?

— Давай я тебе расскажу, как дело было, — усмехаясь и приобнимая за плечи парикмахера, предложил Николай. — Одно время он работал в очень приличном салоне. Ориентацию свою не прятал, но и сильно не демонстрировал в присутствии клиентов. И вот однажды пришла к нему одна краля, жена какого-то депутата. И считала она, что может позволить себе очень многое, что обычные хорошо воспитанные люди посчитали бы откровенным хамством. И как-то не очень корректно прокомментировала поведение нашего главного героя. Да, милый?— он повернул Шурочку к себе за подбородок и пока рассказывал, глаза скользили по лицу приятеля. — Саня поступил очень правильно и мудро, что обычно не характерно для него. Он попросил повторить, чтобы все сидящие в зале смогли услышать, что она сказала. Потом подстриг, так что она на десяток лет моложе стала выглядеть. Выслушал восторги по поводу своей работы, еще раз попросил повторить, чтобы закрепить в умах посетителей происходящее. Не взял с нее ни копейки, самолично проводил за дверь салона, вместе с ней вышел на улицу и только после этого дал волю своему темпераменту.