Почему бы и нет…

Что еще?

Ремнев продолжал бурчать, но не переставал примерять рубашки, брюки и свитера, галстуки и костюмы, которые Степан долго и тщательно выискивал для него.

— Все! Хватит! Я больше не могу, — взмолился парень. Он стоял в примерочной «при параде» с просящим выражением лица.

— Хорошо. Уговорил, — согласился вымотанный не меньше его Коваленко. Пока собирал все, что отложили, краем глаза заметил, как Алексей в последний раз рассматривал себя в зеркале. Костюм придавал серьезный, респектабельный вид парню, который всегда выглядел на много моложе своих лет. И смотрелся на нем очень здорово.

— Жених прям. Вот увидишь, теперь карьера вверх пойдет, — пообещал мужчина. — С представительным человеком всегда приятно иметь дело.

— Но я же все изгваздаю, — с грустью попробовал в последний раз отвертеться Ремнев.

— Новое купим, — отмахнулся Степан.

Нагрузившись пакетами с покупками, пошли ужинать.

Ресторан выбрали опять на улице. Рядом играли уличные музыканты. Теплые сумерки опустились на город. Романтичная атмосфера, приятные собеседники, отличное вино и душевная близость. То, чего им давно и долго не хватало.

Вернувшись в номер, смеясь и подшучивая друг над другом, покидали все покупки в угол комнаты.

— Приличная кучка получилась, — подытожил Алексей.

— Это всего лишь тряпки. Для чего еще нужны деньги, если не делать кому-то подарки, — ответил Коваленко, направляясь в душ.

Пока он мылся, Ремнев оперативно включил ноутбук и достал бутылку вина, которую купили по дороге.

В рекламе на сайте было заявлено, что интернет есть на всей территории хостела, но по факту, оказалось, что хорошо ловит только на первом этаже, а в номерах — в определенных местах, которые вычисляются методом проб и ошибок.

В их номере хорошая связь была в углу комнаты, где стояла кровать Степана. Чтобы посмотреть что-либо нужно было поставить технику на подушку, и тогда появлялась возможность выходить в интернет.

— Я нашел эту композицию, — Алексей протянул стакан с вином, когда Коваленко вышел из душа.

— Какую? — он был одет, как обычно, когда спать собирался. Боксеры и футболка. Степан потирал шею, которая ныла после долгого насыщенного дня.

— Которую утром слушали, — он похлопал по кровати перед собой, приглашая присесть. — Иди сюда. Я помассирую твой остеохондроз, старичок.

— Правда? И как называется? — Коваленко устроился по-турецки перед монитором и выпивкой. Алексей, сидя сзади, потянул его футболку вверх, открывая доступ к спине мужчины.

— Time to say goodbye. Нашего поющего фонтана, к сожалению, нет, но есть запись из Нью-Йорка. Смотри, — он начал с силой растирать затекшие плечи приятеля.

— По-русски как песня называется?

— Время сказать прощай.

— О разлуке, что ли?

— Не совсем. Прощай можно сказать и прошлому, и одинокому будущему, и каким-то задумкам, которые планировались в одиночку.

— Красиво, — прокомментировал Степан запись в интернете.

— Давай съездим в Америку, сами посмотрим? — предложил Алексей.

— Неплохая идея, — согласился мужчина, прикрывая глаза от удовольствия. Приятное тепло стало разливаться по мышцам. Сильные руки скользили по коже. Пальцы задевали чувствительные места.

Прикосновения стали более нежные и медленные. Это настораживало.

— Ле-еш, — с сомнением сказал Коваленко, — ты какой-то не правильный массаж делаешь.

— Самый правильный, — Ремнев тихонько подул ему в шею. — Услуга за услугу.

— Что?

— Ты помог мне, а я помогу тебе.

— А ты не боишься, что я тебе руки выдерну? — угроза получилась не убедительной, голос предательски дрогнул.

— Не боюсь. Это сейчас необходимо, а то твое неудовлетворенное состояние становится проблемой для окружающих, — руки прошлись по пояснице и обхватили по бокам. Парень прижался грудью с его спине и носом провел по краю уха. — Ты так хорошо пахнешь.

— Ты уже говорил, — Степан растерялся, не знал, что делать, но тело предательски подставлялось под неожиданные ласки. Дыхание сбилось, а сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— И это говорил? Когда успел? — руки скользнули вверх, задевая грудь и соски.

— Пить нужно меньше, — судорожно сглотнул, во рту прибавилось слюны.

— Больше не буду, а то все интересное пропускаю, — Алексей резко поднял локоть мужчины и провел широким влажным языком между грудной мышцей и подмышкой.

У Коваленко непроизвольно вырвался вздох удовольствия. Он, конечно, знал, что там есть эрогенная зона, но никогда не практиковал этого. Ни со своей женой, ни с редкими партнершами. Поэтому среагировал громко даже для самого себя.

Ремнев, коварно улыбаясь, повторил, подключая губы. Его рука опустилась вниз, скользнула по бедру и аккуратно без резких движений погладила пах.