Почему бы и нет…

Его губы и язык последовали за пальцами, повторяя тот же путь. Шея, грудь, диафрагма, которая непроизвольно сокращалась от непривычных ласк, а затем пах.

— Какой сюрприз! Ты побрился!

— Заткнись, — сдавленно попросил Коваленко красный от возбуждения и смущения.

— Мм, спасибо, — Алексей потерся щекой о внутреннюю часть бедра, аккуратно устраиваясь между раздвинутых ног.

Он взял в руку уже давно сочившийся член и языком провел по мошонке, которая тут же подобралась. Парень губами прихватил темную сморщенную кожу и нежно втянул в себя. Степан зажмурился от нахлынувшего удовольствия и судорожно вдохнул, когда почувствовал, что вторая рука партнера скользнула ниже, ближе к пояснице.

— Не понял, — Ремнев резко подскочил и хмуро уставился на мужчину. — Ты там растянут. И очень прилично.

— И? — Коваленко привстал на локтях.

— Кто это сделал? — потребовали от него ответа.

— Ты не понял…

— Конечно «не понял». Я тут переживаю за него, не знаю, с какой стороны подойти, чтобы весь настрой не сбить. А он оказывается практикуется с кем-то! И без меня! Кто это? Не Коля точно. Шура тоже бы близко не подошел. Ты себе третьего приятеля гея завел, который на практике показывает, что и как делать надо? Меня нельзя было подождать?

— Да нет же. Ты не слушаешь, — попытался объяснить Степан. — Вот смотри, — он потянулся к прикроватной тумбочке.

Алексей судорожно сглотнул. Перед ним лежал объект его эротических фантазий. Изогнув спину, бесстыдно демонстрируя свои чувствительные подмышки, в меру волосатую грудь с твердыми сосками, за которые так и хочется укусить, втянувшийся живот с тазобедренными косточками, требующие отдельного внимания. И вожделенным пахом, чуть прикрытым полотенцем.

— А-а! К черту! Я потом ему голову откручу! Иди сюда! — он навалился на Степана, целуя и вылизывая подмышки.

— Нет! Подожди! — отбрыкивался мужчина. — Я не хочу, чтобы ты опять сделал далекоидущие неправильные выводы. Вот! Сам посмотри. В верхнем ящике тумбочки.

Ремнев с некоторой досадой все-таки оторвался от исполнения своих похотливых мечтаний и запустил руку в ящик. На предъявление публике показались два флакона с лубрикантами для разных типов резины, несколько пачек презервативов, фаллоимитатор средних размеров, светящийся в темноте вибратор, эрекционное кольцо, анальный расширитель и пара наручников с меховой опушкой.

— Так вот какие у вас предпочтения, Степан Викторович? — стараясь, чтобы голос звучал не очень ехидно, прокомментировал Алексей, раскачивая на пальце кольцо наручников перед собой.

— Вовсе не такие, — огрызнулся Коваленко. Его щеки пылали, спичку поднеси — вспыхнет. — Мне пришлось самому теорию проходить и остальное тоже. Думаешь, легко такие штуки в себя запихивать?

— Ну и? Как?

— Как дурак. Одному не интересно.

— Не переживай, — Алексей закинул обратно все игрушки в ящик, оставив только презервативы и лубрикант. — Мы с тобой потом ими поиграем. Думаю, вдвоем-то больше пользы будет. На чем мы остановились? — спросил он, обнимая партнера.

— Ты обещал мне «небо в алмазах», — улыбнулся Степан, лежа на спине.

— Обещал, значит сделаю.

Алексей привстал на коленях и рывком стянул с себя рубашку. Когда джинсы и полотенце мужчины отправились в ту же сторону, что и верхняя одежда, Коваленко в замешательстве уставился на партнера.

— Ты длинный, — оценил он парня.

— Но не такой крепкий, как ты.

В доказательство сказанного он соединил их члены, наглядно демонстрируя разницу в размерах.

— Мне твой нравится. Компактный, приятный на ощупь. Я это еще в первый раз отметил.

Степан думал, что сильнее смущаться уже нельзя, но оказывается можно.

Ремнев водил рукой по их стоякам, немного толкаясь вперед бедрами. Он завороженно наблюдал, как у его любовника меняется взгляд. Взор затуманился, расфокусировался, дыхание сбилось. Парень подтянул руку Коваленко и положил ее на их пенисы.

— Не волнуйся. Если не хочешь, мы до конца сегодня не пойдем. Просто ты привыкнешь немного и все.

— Да ладно уж, — смилостивился Степан, подключая уже вторую руку и помогая себе бедрами. — Когда-нибудь ведь это произойдет. Так почему не сегодня?

— Как скажешь. Я не настаивал. Запомни, — коварно улыбаясь, Алексей уткнулся носом в шею мужчине и стал неторопливо опускаться ниже. Языком и губами оставляя влажную дорожку на особенно чувствительных местах. Когда его исследования остановились в области паха, Коваленко уже готов был прогрызть подушку, в которую вцепился зубами, чтобы громко не стонать.

Ремнев облизал пальцы и осторожно пристроил один к анальному отверстию. Аккуратно обводя по окружности, наблюдал за реакцией мужчины. Тот притих, прислушиваясь к своим ощущениям. Чтобы отвлечь от возможного дискомфорта, парень накрыл губами член Степана.