Жизнь, обернувшаяся сказкой

— ее голос звучал взволновано, а на глазах появились слезы. — Ты ни чуть не изменилась. И почему ты так нарядной одета? Не молчи, прошу.

«Прости, моя когда-то любимая подруга. Жизнь моя изменилась. И я не та, за которую ты меня держишь. Мне было хорошо с тобой. Тогда. Но сейчас ты не играешь никакой роли в моей жизни. Сейчас ты для меня жертва. Я благодарна тебе за то, что ты всегда была рядом со мной, но все изменилось. И тебе так идет нормальный образ. Интересно, когда ты перестала быть готом? Хотя не важно. Тебе придется забыть…»

Внезапно позади девушки сверкнула сталь в едва заметному луче фонаря. Убийца вышел на охоту, но сегодня его ждет кое что другое.

— Ааааааа! Что ты сделала?! Боже, я побежала за помощью!

Моя рука оказалась насквозь пробита лезвием ножа, но боли не было. Почти черная жидкость медленно стекала с острия и звучно разбивалась об асфальт, образовывая небольшие лужицы. Я стояла перед Джеффри и смотрела в его глаза, наполненные удивлением и раздражением. Он точно не ожидал такого поворота событий.

— Прости, но ее ты не коснешься. Иначе сам заснешь на веки вечные.

— Ах ты тварь! Сейчас я распорю твое горлышко! — он резко выдернул нож из плоти и нацелился на горло.

— Не глупи.

Я смотрела на него так, словно хотела разглядеть его душу. Я смотрела в упор и не моргала. А он… он лишь громко рассмеялся, согнулся пополам и хохотал, хохотал, хохотал… пока вдруг не выпрямился и не оскалил зубы в злой улыбке.

— Разве ты забыла ту ночь? Мне так понравилось, как искажалось твое лицо от боли! Я могу смотреть на это вечно, ахаха!

Это заявление выбило меня из колеи. Самое ужасное, самое неприятное воспоминание из всех. Во мне бурлящим котлом кипела злоба, которая подтолкнула меня схватить парня за толстовку и, прижав к стене, поднятт над землей.

— Еще одно слово и я вырву твое сердце. Ты ведь знаешь, кто я. И что со мной шутки плохи.

Джефф замолчал и отвернул лицо. Видимо, своей шкурой он дорожил. Разжав пальцы и выпустив его, я посмотрела на давнюю знакомую, которая судорожно тыкала пальцами в телефон далеко от нас.

— Идем.

Мрак

Эта ночь была посвящена целиком и полностью кровопрооитиям, которые мы вытворяли с Джеффри. Ему было непривычно работать с кем-то в паре — это было видно по его лицу. Но по какой-то причине он все время пытался вырваться вперед, показать себя. Это меня заинтересовало и возмущало одновременно. Я смерила его холодной сталью глаз и громко хмыкнула.

— Чего ты так выплясываешь передо мной? Неужели влюбился?

На самом деле он не плясал, но его движения были полны какой-то грации, безграничной уверенности. Вы ведь замечали, каким становиться человек, если хочет, чтобы его оценили на все сто? Конечно замечали. Я знала, что убийцы, подобные ему, редко церемонятся, делают свою работу быстро и стремительно, наслаждаясь мгновением, когда душа покидает тело. Но Джефф… он играл со своими жертвами. И говорил свою финальную фразу с таким тоном, будто хочет не убить, а завлечь в свои силки.

— Ты че, спятила? Нафига ты мне нужна? Будь моя воля, я бы давно с тобой покончил. Скажи спасибо своему папочке.

Последнее слово он буквально выдавил из себя. Я видела, как исказилось его лицо, как в глазах мелькнула пустота. Он больше ничего не чувствовал по отношению к родным, к собственным родителям и брату. Так он мне сказал. Я не знала, что и думать. В принципе, после того, как изменилась моя жизнь, я перестала чувствовать что-либо к некогда близким мне людям. В какой-то степени я понимала Джеффа, а он меня. Но ведь это было далеко не единственным, что нас с ним связывало. Был еще один момент — странное влечение. Каждый раз он старался ненароком задеть меня. Рукой, ногой, ножом — чем угодно, главное дотронуться. Я молчала, но где-то внутри это грело мою душу. Темную и мрачную.

— Скоро рассвет. Да и я уже слышу гул сирены. Копы скоро будут тут.

— Да, идем.

Мы покинули третью жертву, которая все еще билась в конвульсиях и что-то хрипела. Но разобрать слова было невозможно — это нас и спасло. Хотя громко сказано. Это спасло копов от ужасной гибели.

— Я думал, у тебя будут какие-то крутые способности. А ты всего лишь…

— Молчи. У тебя вообще вместо рук одно лишь лезвие. Можешь им гордиться? Нет.

Да, этой ночью мне открылась моя тупая способность — я могла менять форму пальцев. Ну как менять. Они заострялись на концах и были похожи на лезвия Фредди Крюгера, только не из стали, а из плоти. Я выглядела как мутант, но чем-то… отдаленно была похожа на отца. Интересно, что он делает сейчас? Не думает ли о моей участи? Ха, все может быть.

— Джефф.

— Что тебе?

— Я ненавижу тебя.

В ответ юноша лишь рассмеялся и едва выдавил 'взаимно'. Он сказал еще что-то, но из-за хохота я не расслышала.