Фандом: Ориджиналы. Полетел он в Торонто по путевке…
Добавить в моё избранное
6 мин, 2 сек 7153
— Уважаемые пассажиры, рейс номер СУ101 «Нью-Йорк — Москва» отменён из-за нелётной погоды, приносим свои извинения. Пожалуйста, обратитесь к персоналу из информбюро: вас проинструктируют о дальнейших действиях. Спасибо и доброй ночи, — сообщает мне сотрудник аэропорта из громкоговорителя.
«Прекрасно, — мрачно подумал я, скептически смотря на часы, — почти полночь, а я торчу чёрт знает где. Точнее, я знаю где, но как-то мне не очень хочется здесь быть. Ненавижу Нью-Йорк. Если бы не пересадка, был бы я сейчас на Сахалине. Но нет, надо было повестись на дешёвую путёвку, едрёна вошь! И это после шестичасового полёта из Лос-Анджелеса».
В Лос-Анджелес меня занесло совершенно случайно. Ну, как случайно… Выиграл я, значит-с, путёвку в Канаду на три дня. Красиво там, да ни черта не понятно. Многие из принципа не захотели со мной разговаривать на английском, а на заявление, что они вообще-то в США живут, едва в клочья меня не разорвали, чёртовы французы!
В общем, свою путёвку домой я профукал, а очухался только тогда, когда поздно было, а самолёт помахал мне задом, улетая в родные пенаты. Заплатил штраф, значит-с, внушительный такой, весомый, аж глаза на лоб полезли от количества нулей в рублях. Сказали мол: «На документе бла-бла-бла»… — в общем, читать надо было внимательней, а не как некоторые. Это я про себя, если что. Хорошо, что выигрыш вместе с путёвкой был приличный, а не то куковать бы мне где-нибудь в обезьяннике в Алькатрасе…
Думал я, депортируют меня следующим самолётом, уже даже расслабился: о деньгах думать не надо, посадят на самолёт и полетел себе до Амстердама, а вот хрен мне, как говорится, с маслом. Пожали плечами, мол, как хотите, но добираться будете сами. Вот и полетел я, значит-с, из Торонто в Лос-Анджелес, ну, а что? Сам, так сам. Никто же не сказал: «Вот прям щас!», ну я и полетел окольными путями, думал, Америку посмотрю…
Утро было, времени навалом, и билет на самолёт оказался дешёвым. Если бы я знал, чем это всё обернётся! Я не расист, но количество всяких негров и прочих людей не особо знакомой мне наружности как-то очень сильно повлияло на мой полёт. Глаз до самого Лос-Анджелеса я не сомкнул, хотя мог — пять часов всё-таки.
Прилетел я, значит-с, в Лос-Анджелес, или как его ещё пафосно называют «Эл Эй», и спрашиваю в информбюро, мол, билеты до Москвы есть? Девушка в окне широко улыбается и кивает. Когда я слышу цену, то ушам своим не верю, да я везунчик! За бесценок билеты покупаю. «Давайте», — говорю ей. И она мне сразу, мол, если вы опоздаете на самолёт мы денег не возвращаем. Я понимающе киваю, и молча завидую, это же надо сколько бабла срубить за раз. Надо было мне, что ль, вместо архитектора в пилоты податься, а ведь мне говорили: «Тебе с твоим здоровьем можно в космос летать», — а я как-то отмахивался всё.
С одним чемоданом в руке я спокойно прохожу таможню, в который раз за сегодня, и облегчённо выдыхаю, никаких тебе негров, а вот слона-то я и не приметил… Первый час полёта прошёл спокойно, я даже успел немного подремать, но не тут-то было! Рёв на весь салон заставил меня подскочить как ужаленного. Я в панике оглядываюсь, где там режут кого? Но нет, это всего лишь грудничок, и я с тоской понимаю, что полёт будет долгим, и не заметно для себя самого вырубаюсь до самого приземления.
Я, уже готовый рваться из самолёта самый первый, понимаю, что что-то не так. Роюсь в кармане куртки, чтобы найти билет и понимаю, что летим мы через Нью-Йорк. Всё бы ничего, да аэропортов в Нью-Йорке несколько, «а денег у меня куры не клюют», да и карточку трогать не хочется — без денег вообще останусь.
Значит-с, с горем пополам, я добираюсь до другого аэропорта, на все лады проклиная мегаполисы. И вот, пожалуйста, сижу в этом чёртовом аэропорту уже пятый час, а дома мне не видать ещё как минимум сутки. Чёртов Нью-Йорк! Как же я соскучился по тебе, Сахалин. Городок маленький, все друг друга знают…
Тут выныриваю из своих дум, потому что меня окликает одна из сотрудниц аэропорта. Я стараюсь улыбнуться, но что-то мне подсказывает, что улыбкой это сложно назвать. Она что-то быстро-быстро мне объясняет, и я иногда киваю, хотя разобрал от силы пару слов. Американцы тараторят без умолку, и я за ней не особо поспеваю. Единственное, что я расслышал это: «Вы поняли?», конечно же, я кивнул, мол, понял. И продолжаю себе сидеть, идти мне некуда, денег нет.
Через десять минут она снова подходит, объясняет всё заново, и на этот раз, на удивление, я понял намного больше. Может, я начал разбираться в их быстрой речи, а может, она говорила медленнее, чёрт его знает, но суть я понял. Поднял свои пожитки и развернулся к выходу. Ловить здесь мне нечего, но я бы не отказался поспать прямо тут, но, кажется, не судьба.
Тут она меня снова окликает, и я удивлённо оборачиваюсь.
— Зовут тебя как? — спрашивает.
— Николай, — говорю.
Она вдруг как рассмеётся.
«Прекрасно, — мрачно подумал я, скептически смотря на часы, — почти полночь, а я торчу чёрт знает где. Точнее, я знаю где, но как-то мне не очень хочется здесь быть. Ненавижу Нью-Йорк. Если бы не пересадка, был бы я сейчас на Сахалине. Но нет, надо было повестись на дешёвую путёвку, едрёна вошь! И это после шестичасового полёта из Лос-Анджелеса».
В Лос-Анджелес меня занесло совершенно случайно. Ну, как случайно… Выиграл я, значит-с, путёвку в Канаду на три дня. Красиво там, да ни черта не понятно. Многие из принципа не захотели со мной разговаривать на английском, а на заявление, что они вообще-то в США живут, едва в клочья меня не разорвали, чёртовы французы!
В общем, свою путёвку домой я профукал, а очухался только тогда, когда поздно было, а самолёт помахал мне задом, улетая в родные пенаты. Заплатил штраф, значит-с, внушительный такой, весомый, аж глаза на лоб полезли от количества нулей в рублях. Сказали мол: «На документе бла-бла-бла»… — в общем, читать надо было внимательней, а не как некоторые. Это я про себя, если что. Хорошо, что выигрыш вместе с путёвкой был приличный, а не то куковать бы мне где-нибудь в обезьяннике в Алькатрасе…
Думал я, депортируют меня следующим самолётом, уже даже расслабился: о деньгах думать не надо, посадят на самолёт и полетел себе до Амстердама, а вот хрен мне, как говорится, с маслом. Пожали плечами, мол, как хотите, но добираться будете сами. Вот и полетел я, значит-с, из Торонто в Лос-Анджелес, ну, а что? Сам, так сам. Никто же не сказал: «Вот прям щас!», ну я и полетел окольными путями, думал, Америку посмотрю…
Утро было, времени навалом, и билет на самолёт оказался дешёвым. Если бы я знал, чем это всё обернётся! Я не расист, но количество всяких негров и прочих людей не особо знакомой мне наружности как-то очень сильно повлияло на мой полёт. Глаз до самого Лос-Анджелеса я не сомкнул, хотя мог — пять часов всё-таки.
Прилетел я, значит-с, в Лос-Анджелес, или как его ещё пафосно называют «Эл Эй», и спрашиваю в информбюро, мол, билеты до Москвы есть? Девушка в окне широко улыбается и кивает. Когда я слышу цену, то ушам своим не верю, да я везунчик! За бесценок билеты покупаю. «Давайте», — говорю ей. И она мне сразу, мол, если вы опоздаете на самолёт мы денег не возвращаем. Я понимающе киваю, и молча завидую, это же надо сколько бабла срубить за раз. Надо было мне, что ль, вместо архитектора в пилоты податься, а ведь мне говорили: «Тебе с твоим здоровьем можно в космос летать», — а я как-то отмахивался всё.
С одним чемоданом в руке я спокойно прохожу таможню, в который раз за сегодня, и облегчённо выдыхаю, никаких тебе негров, а вот слона-то я и не приметил… Первый час полёта прошёл спокойно, я даже успел немного подремать, но не тут-то было! Рёв на весь салон заставил меня подскочить как ужаленного. Я в панике оглядываюсь, где там режут кого? Но нет, это всего лишь грудничок, и я с тоской понимаю, что полёт будет долгим, и не заметно для себя самого вырубаюсь до самого приземления.
Я, уже готовый рваться из самолёта самый первый, понимаю, что что-то не так. Роюсь в кармане куртки, чтобы найти билет и понимаю, что летим мы через Нью-Йорк. Всё бы ничего, да аэропортов в Нью-Йорке несколько, «а денег у меня куры не клюют», да и карточку трогать не хочется — без денег вообще останусь.
Значит-с, с горем пополам, я добираюсь до другого аэропорта, на все лады проклиная мегаполисы. И вот, пожалуйста, сижу в этом чёртовом аэропорту уже пятый час, а дома мне не видать ещё как минимум сутки. Чёртов Нью-Йорк! Как же я соскучился по тебе, Сахалин. Городок маленький, все друг друга знают…
Тут выныриваю из своих дум, потому что меня окликает одна из сотрудниц аэропорта. Я стараюсь улыбнуться, но что-то мне подсказывает, что улыбкой это сложно назвать. Она что-то быстро-быстро мне объясняет, и я иногда киваю, хотя разобрал от силы пару слов. Американцы тараторят без умолку, и я за ней не особо поспеваю. Единственное, что я расслышал это: «Вы поняли?», конечно же, я кивнул, мол, понял. И продолжаю себе сидеть, идти мне некуда, денег нет.
Через десять минут она снова подходит, объясняет всё заново, и на этот раз, на удивление, я понял намного больше. Может, я начал разбираться в их быстрой речи, а может, она говорила медленнее, чёрт его знает, но суть я понял. Поднял свои пожитки и развернулся к выходу. Ловить здесь мне нечего, но я бы не отказался поспать прямо тут, но, кажется, не судьба.
Тут она меня снова окликает, и я удивлённо оборачиваюсь.
— Зовут тебя как? — спрашивает.
— Николай, — говорю.
Она вдруг как рассмеётся.
Страница 1 из 2
