Душевные смуты пациентки Грейнджер

Гермиона ничего не сказала.

— В принципе, в такой ситуации, как у тебя, обычные люди сходят с ума и убивают себя, чтобы быть с любимым. Так поступил, например, один из братьев из сказки про Дары Смерти. Но ты ведь у нас не такая, как все…

— У того брата был Воскрешающий камень! — Гермиона до боли сжала руку Малфоя. — Если бы мне удалось найти его… Я знаю, где искать!

— Только ты забыла, что он не воскрешает полностью, — попытался возразить Драко, но остановить Главу Отдела Тайн было уже невозможно.

— Малфой! — она не выпускала его руки. — Драко! Я помню, Гарри рассказывал, как шел к Волдеморту! И камень где-то на той тропе — в Запретном лесу! Если ты мне поможешь…

— Что?!

— Помоги мне! — тараторила Гермиона. — Вместе мы быстро сможем его найти! Я буду искать по правой стороне тропки, ты — по левой!

— Грейнджер, не части! — Драко попытался вырваться, но хватка пациентки была не из слабых.

— Послушай! Сейчас мы аппарируем в Хогсмид, а там до Запретного леса рукой подать!

Пришлось вколоть ей успокоительное, чтобы Грейнджер-Пока-Еще-Уизли не бросилась на поиски прямо сейчас, босиком. Пациентку нужно было спасать. И чем быстрее, тем лучше.

Очнулась Гермиона в клинике. О том, что клиника принадлежит Малфою, красноречиво говорила его колдография, висящая на противоположной стене. На ней Драко то и дело строил самодовольные гримасы, чем раздражал Гермиону неимоверно. Она с трудом вспомнила о том, как рвалась на поиски Воскрешающего камня, и ей стало стыдно. Желание вернуть к жизни того, кто был давно мертв, не казалось абсурдным — над этим бились величайшие алхимики всех времен и народов, — а вот способ, на котором Гермиона зациклилась… Похоже, даже Малфой решил, что она тронулась умом… Женщина вздохнула, разглядывая свои ногти. Где еще она могла встречать Снейпа?! Ответа не было. Память предательски молчала.

— Отдохнула? — Драко зашел в палату, крутя палочку между пальцами. — Отлично выглядишь!

— Твоими стараниями, — скептически отозвалась Гермиона, раздумывая, который из Малфоев — на стене или на полу — раздражает больше.

— Сейчас с тобой пообщается кое-кто, — деловито заявил он. — Обещай, что примешь.

— Очередной прорицатель?

— Не угадала, — Драко щелкнул пальцами, и дверь распахнулась. — Оставлю вас, пожалуй.

С этими словами он удалился, пропуская вперед статного мужчину в годах с роскошными седыми волосами и аристократическим взглядом.

Гермиона узнала бы его из тысячи, но не испытала ничего при его появлении. Люциус Малфой.

— Что вы хотели? — официально спросила она, по правилам этикета протягивая руку, которую мужчина поцеловал со всем изяществом, присущим человеку его положения.

— Сущий пустяк, — Люциус обворожительно улыбнулся. — Доступ в Комнату Пророчеств.

— Вы отлично знаете, что это невозможно, — тон Гермионы был похож на ледяной душ, но Люциус словно ждал этого ответа.

— Я бы хотел не взять, а преподнести Министерству один очень интересный экземпляр, — сказал он, и Гермиона вспомнила, что ее рука все еще покоилась в его ладони.

— Что-то не припомню в вас мецената, — сухо ответила она, убирая руку, но Люциус не смутился:

— Никто не говорил о благотворительности, — если бы Гермионе предложили изобразить Змея-искусителя, она нарисовала бы именно старшего Малфоя. — Я лишь предлагаю встречу в неформальной обстановке, в ходе которой мы могли бы обсудить все условия сделки.

— Никакой сделки не будет, — отрезала Гермиона.

— Жаль, — Люциус деланно вздохнул. — Думал, пророчество, касающееся Северуса Снейпа, могло бы вас заинтересовать…

— Вы просто манипулятор! — возмутилась Гермиона, чувствуя, что теперь уже не сможет отказать Люциусу, даже зная, что они с сыном работают в тесной связке.

— Возможно, — Люциус прищурился. — Но на что только ни пойдешь ради ужина с Главой Отдела Тайн…

Среди акул

Драко держал Гермиону в клинике еще несколько дней, и каждый из них ознаменовался визитом его отца — галантного и изысканного — который прилагал все усилия для того, чтобы расположить ее к себе. Он был живым воплощением обворожительности, но на Гермиону его трюки не действовали.

Их встреча состоялась в ресторане на нейтральной территории.

— Волнуетесь? — весело подмигнул Люциус, придвигая ей стул.

— Не более чем всегда, — холодно отозвалась Гермиона.

— А вот я — напротив — очень взволнован близостью такой эффектной женщины, — лукаво произнес он.

— Неприкрытая лесть, — констатировала Гермиона. — Я этого не люблю.

— За лестью не всегда можно различить правду, уж поверьте мне, — Люциус кивнул, и его волосы рассыпались по плечам серебристыми нитями. Гермиона подумала, что именно так он выглядел бы в постели, но отогнала от себя неподобающие мысли.