Фандом: Гарри Поттер. Если Эрни старый рыцарь, то тебя, пожалуй, можно назвать молодым оруженосцем. Наверное, вы с ним смотритесь комично, как пара в давно прочитанной маггловской книжке, достатутной, конечно.
Добавить в моё избранное
5 мин, 41 сек 3586
Но дела в очередной раз пошли не так: автобус успел остановиться в самый что ни на есть последний момент, ты даже не пострадал, и только старый водитель не постеснялся как следует отчитать того, кто его чуть не подставил, бросившись под колёса. И тебе, старина, ничего не оставалось, кроме как сдаться и уйти куда-нибудь подальше со всеми своими проблемами, дёргаясь и извиваясь от недовольства, что тебе опять придётся жить, если бы водителю, этому старому перцу, не пришло в голову попытаться помочь безработному и ни на что не годному молодому человеку без медного кната в кармане. Наверное, это он, Эрни, и есть старый ночной рыцарь, помогающий всем убогим и обездоленным, всем попавшим в беду и встретившимся на пути следования. Когда он предложил тебе работу кондуктора — конечно, дружище, ты не мог отказаться. Предложение представлялось подарком богов, воистину щедрым и всеобъемлющим.
И вот, теперь ты тоже ездишь по ночам (а изредка и по вечерам, и по утрам), собирая деньги и выполняя различные поручения водителя — в общем, помогая тому по мелочам, всем, чем можно. Если Эрни старый рыцарь, то тебя, пожалуй, можно назвать молодым оруженосцем. Наверное, вы с ним смотритесь комично, как пара в давно прочитанной маггловской книжке, достатутной, конечно. Как там их… Дон Кихот и Санчо Панса, вроде бы. Или всё же Панчо Санса? Правда, кто из вас кто? Но не всё ли равно…
Но нет, ты не тянешь ни на хозяйственника, ни на идеалиста — ты же вообще сдался и даже не имеешь представления, когда именно это произошло. Когда появилась внутри эта гниль, стал собираться этот гной в глубине души? Когда мир поменялся? Хотя, чего это ты — в мире-то всё по-старому, всё по-прежнему. А ответить, когда эта ни разу не престижная и никем не уважаемая работа стала казаться верхом ожиданий, в общем-то, некому. Вот и ходит теперь по салону весёлый и самоуверенный кондуктор, шут. И чего ходит, кого ищет…
О, вот и задрожала ложка в стакане чая — это вошёл Эрни. Значит, пора завязывать, сейчас ты поедешь, старина, поедешь дальше. Но как спокойно же было всё в самом начале, в том невообразимо далёком детстве, правда?
— Ну что, готов?
— Да я всегда, в общем-то.
— Ну, поехали.
И вот, теперь ты тоже ездишь по ночам (а изредка и по вечерам, и по утрам), собирая деньги и выполняя различные поручения водителя — в общем, помогая тому по мелочам, всем, чем можно. Если Эрни старый рыцарь, то тебя, пожалуй, можно назвать молодым оруженосцем. Наверное, вы с ним смотритесь комично, как пара в давно прочитанной маггловской книжке, достатутной, конечно. Как там их… Дон Кихот и Санчо Панса, вроде бы. Или всё же Панчо Санса? Правда, кто из вас кто? Но не всё ли равно…
Но нет, ты не тянешь ни на хозяйственника, ни на идеалиста — ты же вообще сдался и даже не имеешь представления, когда именно это произошло. Когда появилась внутри эта гниль, стал собираться этот гной в глубине души? Когда мир поменялся? Хотя, чего это ты — в мире-то всё по-старому, всё по-прежнему. А ответить, когда эта ни разу не престижная и никем не уважаемая работа стала казаться верхом ожиданий, в общем-то, некому. Вот и ходит теперь по салону весёлый и самоуверенный кондуктор, шут. И чего ходит, кого ищет…
О, вот и задрожала ложка в стакане чая — это вошёл Эрни. Значит, пора завязывать, сейчас ты поедешь, старина, поедешь дальше. Но как спокойно же было всё в самом начале, в том невообразимо далёком детстве, правда?
— Ну что, готов?
— Да я всегда, в общем-то.
— Ну, поехали.
Страница 2 из 2
